Александра Лисина - Время вызова 2 Песнь жизни

- Болван!

- Я просто отвлекся!!

- Сейчас я тебе отвлекусь! Сейчас вот двину... так, ладно, - неожиданно успокоилась Гончая. - Придется возвращаться и искать. Нет, всем не обязательно, достаточно двоих. Аззар, бросай вещи, пересаживайся на Ирташа и - вперед, иначе до ночи будем плестись туда и обратно. Я с тобой, потому что быстрее наших мальчиков никого в целом свете нет. А нам, возможно, придется все кусты придорожные обшаривать из-за твоего разгильдяйства. Остальные ждут здесь. Таррэн, мы постараемся вернуться побыстрее, но если вдруг задержимся...

- Я с тобой.

- Нет, - качнула головой Гончая. - Прости, но у тебя слишком сильная аура. Боюсь, с ней будет трудно искать небольшой всплеск чужого перстня - заслонишь. Один Аззар точно не управится, а от остальных в таком деле и вовсе никакого прока. Так что пойдем вдвоем.

- Я тоже поеду, - спокойно вмешался Шранк. - Мы с тобой почти одинаково чуем магию, а Серок способен угнаться даже за Каррашем. Да и прикрыть вас надо. Вдруг что не так пойдет?

- Согласен. Разумно. Ирташ, поможешь?

Мимикр недовольно засопел, откровенно не желая подставлять спину какому-то чужаку, но Хозяйка смотрела требовательно, настойчиво. Он тяжело вздохнул и, пристально взглянув на забеспокоившегося эльфа, медленно наклонил голову.

- Отлично. Аззар, перебирайся, но за поводья лишний раз не дергай: мальчик прекрасно понимает нашу речь. В седле не ерзай, про хлыст даже думать забудь, а попробуешь пришпорить - мигом без ног останешься. Все ясно? Тогда лезь и постарайся не осрамить славу эльфов, как непревзойденных наездников. Таррэн?

Таррэн легко соскочил с седла и приблизился к Каррашу, вопросительно поглядывая на сосредоточенно нахмурившуюся Белку. Та неожиданно свесилась с седла, обхватила его руками за шею и, пристально взглянув, неслышно шепнула несколько слов в остроконечное ухо.

- Нет, - вполголоса отозвался эльф. - Слишком опасно.

Она нахмурилась еще больше и снова шепнула, на что Таррэн прикусил губу.

- Нет. Не стоит так рисковать.

- Они могут помочь, - настойчиво повторила Белка. - Сам подумай: у кого получится лучше?

- Да, но...

- Это не стоит жизни Аззара. И мучений его тоже не стоит, если кто-то вдруг наткнется на перстень раньше нас. Хорошо еще, что тракт пустой, не то мы могли бы здорово влипнуть с этой безделушкой. А ТАК у нас втрое больше шансов! Тем более что скоро все равно пришлось бы рисковать, а отдавать все козыри в одни руки - неразумно.

- Хорошо, - наконец, неохотно согласился Таррэн, почему-то покосившись на Линнувиэля. - Но только, если не будет другого выхода.

Белка довольно кивнула и, обменявшись со Шранком выразительным взглядом, черной молнией сорвалась с места.

Их не было до позднего вечера. Небольшой отряд Темных эльфов (Таррэн настоял на том, чтобы продолжить путь, не смотря даже на утраченный перстень) весь день тревожно прислушивался к безмятежному шепоту леса и нетерпеливо оглядывался, с надеждой высматривая знакомые силуэты на неровной дороге. Но там было по-прежнему тихо и пустынно. Не доносился знакомый грохот копыт. Не дрожала земля от тяжелой поступи обоих мимикров. Не слышался торжествующий рев Карраша, подсказывающий издергавшимся эльфам, что все в порядке и можно больше не беспокоиться.

Вообще ничего: ни знака, ни звука, ни весточки.

К тому времени, как сумерки милосердно прикрыли верхушки сосен бархатным серым покрывалом, Перворожденные измаялись так, как никогда в жизни. Разумеется, все понимали, что Аззар совершил непростительную ошибку. Конечно, знали, чем могла грозить бессмертному эта нелепая оплошность. Еще лучше осознавали, что вполне могут в ОЧЕНЬ скором времени потерять бессмертного собрата, но верить в столь чудовищное стечение обстоятельств никому не хотелось. Потому что погибнуть в бою или, на худой конец, от рук наемного убийцы - еще куда ни шло. Но оказаться в пожизненной кабале у какого-нибудь сведущего в магии смертного... да даже бессмертного! И, тем более, Светлого!.. лучше самому призвать Ледяную Богиню, как недавно сделал Линнувиэль.

За все это время Таррэн не произнес и десятка слов. Ехал молча, настороженно посматривая по сторонам. Непрерывно тянул ноздрями заметно посвежевший воздух и изредка касался проплывающих мимо стволов, будто метил своим запахом бесконечно вьющийся и дробящийся на бесчисленное множество веток тракт, чтобы догоняющие не смогли ошибиться.

Однако Линнувиэль не зря был неплохим магом, не зря занимал почетное второе место среди равных себе и совсем не зря получил гордое звание Хранителя Знаний. Он не раз и не два ощущал слетающие с ладоней повелителя крохотные, почти невесомые и совершенно невидимые постороннему глазу искры. И по ним безошибочно сумел определить, что молодой лорд тоже неспокоен. Что он постоянно касается кровных уз, связывающих его с проворной Гончей. Неотрывно слушает свое второе сердце и частенько пытается понять, что происходит.

В напряженном молчании прошел целый день. Так же молча эльфы свернули с дороги, едва Таррэн позволил устроить привал. Без лишних слов расседлали усталых коней, разожгли костер, старательно избегая упоминания о задерживающихся спутниках, хотя время для возвращения давно уже миновало. Неохотно прожевали небогатый ужин и, не зная, чем еще заняться, принялись мрачно глазеть друг на друга.

- Думаешь, они справятся? - тихонько спросила Мирена, подсев к Хранителю и поежившись, как от холодного ветра.

Линнувиэль поджал губы.

- Надеюсь. Если Аззар сумеет его почувствовать.

- Но времени много прошло, а он даже не помнит, где мог его оставить.

- Белик должен справиться.

- А если нет?

Младший Хранитель быстро отвел глаза и не стал озвучивать очевидное. Если Аззар не найдет свой перстень, то может больше не возвращаться в Темный Лес: за подобную оплошность отец его самолично удавит и проклянет, как позор всего Дома Истарре. После чего несчастного будет ждать Отречение, Изгнание и бесконечное множество дней или веков в полном одиночестве. До тех пор, пока кто-нибудь не найдет его второе сердце и не разобьет его милосердно о ближайший магический алтарь, при этом потратившись на неслабого мага, знающего законы течения силы бессмертных, и при этом искренне пожелает его смерти. Только тогда (может быть) измученному бесконечным ожиданием эльфу удастся, наконец, обрести покой. А если сильно не повезет, он останется обреченным на вечное скитание среди смертных, подобно лорду Торриэлю - вынужденный искать свою потерянную душу по ближайшим весям, а затем (если, конечно, найдется смельчак, рискнувший бы угрожать Перворожденному расправой) служить кому-то из них до того момента, пока его бесконечно долгая жизнь, наконец, случайно не оборвется.