А. Котенко - Странник удачи

– Каким образом корабль мы протащим по суше?

Когда разбойник закончил расправляться с очередной тарелкой мяса, он весьма подробно рассказал о своих идеях. Не ожидали мы от него подобного. Нас мучил единственный вопрос, который, кстати, я, сощурившись, и задала ему:

– И как ты это представляешь?

Чем пустыня не море? Эта мысль и подтолкнула Сорро к его открытию. Да ничем она, практически, не отличается. Только вместо воды - песок. Где-то он лежит достаточно плотно, и человеку не составляет труда пройти по земле. А где-то он зыбуч, и поглощает все, что оказалось рядом. Так почему бы тогда не плыть по пустыне, как по морю?

– Потому что это суша! - Рэтти удостоила горе-изобретателя щелбаном.

Странная она: то бьет, то любит.

Сорро насупился и, многозначительно сказав: 'Мдаааааа', - продолжил излагать свой план. Похоже на то, что он не только ел, но и думал за троих.

Коли корабль не может плыть по песку, то почему бы не запрячь верблюдов, что паслись на заднем дворе гостиницы и заставить их волочить судно.

– Я, конечно, понимаю, - Сунна чуть не хохотал от услышанного предложения, - что верблюдов в Джанубтераб используют для перевозки товаров, но я не думаю, что даже десяток ентих животных сможет дотянуть 'Огненную стрелу' до Морека. Да несчастные животные от таковской ноши скончаются, не пройдя и трети пути.

Раскатистый хохот двух мужчин за соседним столиком заставил меня обернуться. Мне было стыдно за своих друзей вне-закона, которые прилюдно позволяли себе говорить подобные глупости. Верблюды, запряженные в корабль - это какой должна быть фантазия. Я, конечно, не сомневаюсь, если Сорро сможет найти выводок горбатых лошадок, как я поняла, верблюдами звали именно их, запредельной силы, то подобная упряжка нас не только до Морека, а и до Шамсмадены дотащит. Однако вряд ли на постоялом дворе подобные водились.

Четыре женщины, что ужинали вместе с хохотавшими, прикрыли лица руками и тоже засмеялись. Какой позор для принцессы, сидеть в неподобающем ей одеянии рядом с простолюдинами в каком-то сомнительном заведении и служить посмешищем для шуток провинциальных южанок.

– Вы это, - хихикая, сказал один из соседей, - колеса бы к кораблику приделали.

– А что? - почесал в затылке Сорро. - Идея!

Он вскочил из-за стола, засунул в карманы все, что можно было съесть, а остатки завернул в карту. Рэтти, увидев такое надругательство над единственным имевшимся у нас изображением земель Инселерда, чуть не залепила ему пощечину, но парень уклонился и ухватил штурмана за руку.

– Верну я тебе карту, не волнуйся.

– Главное, в качестве лаваша не проглоти! - фыркнула Рэтти, отдернув руку.

Сорро, как я поняла, очень сильно обиделся на прекрасную рыжеволосую пиратку. Он молча вышел из-за стола и быстро отправился по узкой улочке, ведущей в гору. Впрочем, свое обещание он выполнил: доставил меня в Бат и мог быть свободен. Но я почему-то считала иначе. Разбойник не мог просто так встать, развернуться и уйти. Этот заботливый человек, который во что бы то ни стало стремился обеспечить принцессе безопасное возвращение домой, уходя бы точно попрощался и посоветовал, куда мне следует отправиться, чтобы добраться до дома. Да и сердцем я чувствовала, что не мог Сорро вот так просто бросить всех нас. Тем более, с недавнего времени нас четверых стало объединять какое-то странное дело, связанное с интригами Централи.

На улице уже стемнело. В Бате не горело ни одного фонаря, и поэтому различить очертания домов возможно было только благодаря тусклому свету из зашторенных окон и серебряным лучам ночного светила. Мы отставали от целенаправленного разбойника. За третьим поворотом так и вообще, потеряли его из виду, а когда очутились в тупике, Сунна, тяжело вздохнув, заметил, что разбойник где-то успел перепрыгнуть через забор, чем и запутал наши следы.

Я, прислонившись к холодной серой стене, горько заплакала.

– Ничего, вернется, - хихикнула Рэтти, - как погляжу, вы стали закадычными друзьями за время путешествия по Хигаши. Я даже ревную.

Я почувствовала, как щеки наливаются жаром, и закрыла лицо руками. Мельком я увидела, как штурманша и сын фаворитки переглянулись. Все, теперь еще и шуточки будут отпускать, что принцесса Нордэрда влюбилась в страшного лесного разбойника. Хотя, не скрою, Сорро мне очень нравился. По крайней мере, он мне намного симпатичнее, нежели эти двое.

Мы медленно спускались к морю, пытаясь в темноте найти если не нашего сбежавшего спутника, то хотя бы его следы. Однако Сорро как сквозь землю провалился.

Только дойдя до причала и удостоверившись, что бригантина наша в полном порядке покачивается на волнах, мы немного успокоились.

– И куда только он мог пойти, - грустно сказала я, глядя на звезды.

Но ни Сунна, ни Рэтти не могли мне дать ответа. Хотя, сын фаворитки дернул меня за рукав, и я наклонила к нему ухо.

– А давайте я сделаю так, что Сорро прибежит сюдася через минуту.

Почему бы и нет - пожала плечами я. И паренек, закрыл глаза, недолго постоял, сосредоточившись, а потом вдруг на его плечах повисла желтая рубашка разбойника. Мы с Рэтти сразу догадались, что задумал малолетний проказник, а тот мило улыбался нам.

Но обещанного проявления Сорро не произошло. И Сунна, сбросив рубашку на землю, еще раз сосредоточился на своих телепатических мыслях. Через мгновение парень держал в руках кожаные штаны нашего разбойника.

– Если он и сейчас не явится, я не знаю, что и делать, - хихикнул он.

Я живо нарисовала в воображении разбойника с тремя мечами в сапогах и… нижнем белье. Более нелепого вида представить было просто невозможно. Но… наш товарищ все равно не явился на главную площадь. О, если бы он, полуголый, тайком попытался проникнуть в гостиницу, мы бы заметили: вход мы видели как на ладони.

Пока я думала: почему Сорро не появляется, Сунна успел утащить и сапоги разбойника.

– Остались только трусы, - ржала без умолку малиновая как свекла Рэтти.

– Увы, я не могу их украсть, - грустно вздохнул Сунна. - Я могу перенести в пространстве токма ту вещь, что я видел.

И тут меня посетила гениальная идея:

– А мечи его ты тоже видел! - крикнула я от радости чуть ли не на всю площадь.

– Ну… могу попробовать.

Он сложил в кучку все наворованное и сосредоточился на оружии моего разбойника.

– Так, - обессилено вдруг произнес парень, - катана неуловима, моя рука не может коснуться ее рукояти.

Ничего, есть еще два меча.

– Фламмер горяч, и я боюсь обжечься, - вторая неудача.

Хороша защита на его оружии, что ни один вор не может взять в руки.