Елена Лирмант - В поисках Белого города

Грэг резко остановился и зло ответил: - А что тебе в твоей Ботике? Что других девушек нет?

- Ну, ты сравнил, я знаю Ботику давно! А эту Веду ты в глаза не видел! А потом, как ты можешь! Теперь, когда я чувствую, что с Ботикой беда! Ты.... - И отшатнувшись, Агнар побежал за Сюа...

Грэг остался стоять на месте, потом сел на камень, и потер подборок. На душе у него было скверно. Он поймал себя на том, что злится не на Агнара, и даже ни на Сюа, а на юного повара Палетика, который так нагло смел, подшутить над его вестой. Только вчера, сидя на балконе, он вдруг понял, что хочет, чтобы именно эта девушка стала его женой. - Нить судьбы! - подумалось Грэгу, - а почему он должен отказаться от Веды? Не к кому-нибудь, а именно к нему Грэгу, она вчера обратилась за помощью. Их судьбы встретились. И кто может помешать ему, выбрать женой именно ее?

Сюа нашла Палетика и Веду в огороде, прыгая через грядки, они, смеясь, подшучивали друг над другом:

- Ты бы еще прошлогодний куст взяла, книгоедка, - кричал мальчик.

- Да, что ты понимаешь, мастер каш, не спорь со знающей, - отвечала девушка, разглядывая какой-то кустик.

- Ой, держите меня, знающая! А вот это как называется, и он выдернул какую-то травку.

Девушка вытянула шею, взяла растение и с интересом стала вертеть его в руках, потом неуверенно спросила: - Петрень?

- Ой, не могу, петрень от сорняка отличить не может, да кто тебя после этого в жёны -то возьмет, разве я! За твоей спиной всю жизнь стоять буду, следить, чтобы чего не перепутала...

Девушка перескочила грядку и погналась за парнем, размахивая несчастным растением.

- Веста, - окликнула Верховная жрица Веду, - подойди сюда! Палетик, и ты тоже. Вы что, как оглашенные носитесь? Дорогуша, ты не забыла про свой статус?

- Ну, что ты, Верховная, она его как дитя под сердцем носит, - вклинился мальчик.

- Ты придержи язык, не нравится мне, как ты с вестой Раджана разговариваешь, вот лишу тебя права помогать ей, имею право...

Мальчик потупился и замолчал. Веда гневно сверкнула глазами, но опустила их, и смиренным голосом сказала:

- Нет, Верховная, прошу тебя не лишай меня этого помощника! Слишком много мы уже сделали. Без него мне не справится. А за его слова резкие меня накажи, он тут не причем, я первая начала над ним издеваться, назвала его неумейкой, криворуким и пустоголовым...

Мальчик засопел, залился краской, но промолчал.

- Ну, что ж, - пряча улыбку, протянула Сюа, - тебе минус заношу. Оскорблять людей не позволительно никому. Проси прощение у Палетика, и протяни руку для примирения.

Девушка лукаво посмотрела на поваренка и протянула ладонь: - Мир?

-Мир,- проворчал мальчик, пожимая руку, - а теперь прости нас, Верховная, у нас еще много дел, нам травы собирать надо.- И мотнув головой, приглашая девушка за собой, пошёл в сторону грядок.

Сюа не торопилась уйти, отойдя на несколько шагов, она остановилась за кустом.

- Ты зачем вину на себя взяла, головой думать надо! Мне все равно ничего не сделали бы, все знают, что мой язык на привязи удержать невозможно, а ты вон, минус схлопотала,- яростно затараторил поваренок.

- Я не хочу, чтобы вместо тебя мне какую-нибудь шпионистую девицу подсунули, - весело оправдывалась веста. - А потом, я не могла лишить себя удовольствия, убедится, что есть люди, перед которыми ты как осенний лист дрожишь ...

- Я!!! Да, как ты.... Я никого не боюсь... Я за тебя испугался, - лицо Палетика стало пунцовым, он смотрел на Веду с такой яростью, что еще немного и броситься на нее с кулаками.

- Дурак, а я за тебя, - прошептала Веда.

Поваренок шумно выдохнул воздух: - И принесла же нелегкая Верховную жрицу. Все настроение испортила.

- Забудь, выброси из головы. Нам нужна сила радости, а то ничего не получиться, - попыталась успокоить его девушка.

- Откуда же теперь ее взять? В голове до сих пор шумит...

- Так все-таки я права была, что назвала тебя пустоголовым?

- Что? От кого слышу, тебе дай волю, ты своего будущего мужа одними книгами кормить будешь!

- И буду, на первое книжка о щах, на второе о пирогах, зато ничего не испорчу и все по рецептам...

- Ой, насмешила...

- Ну, что все собрали?

- Теперь все, пойдем отсюда, а то того гляди еще и Раджан встретиться!

- А что у него поваров нет в Храме, он по огороду сам ходит и еду сам себе готовит?

- Ну, веста, сейчас ты у меня все-таки получишь!

- А ты догони....

Сюа оторвала от куста сладкий плод, и задумчиво откусила. На душе было тревожно. Ну, какая из Веды веста? - думала Верховная жрица. -Дитя дитем! Ведь, задумала что-то? Зачем сама просилась участвовать в состязании? А об одном упоминании о Раджане злиться, в голосе нотки ярости и раздражения. Ой, неспроста этот постреленок сюда заявился! Интересно, Арта в курсе? Она бы мне сказала, предупредила. Хотя, когда провожала свою воспитанницу, была в сильном возбуждении, не могла скрыть недовольства. Значит, она была против этой затеи. Какой? А впрочем, что ломаю голову. Что будет - то будет!

Как-то само собой вспомнилась мать Веды. Худенькая болезненного вида женщина с задумчивым взглядом, вечно устремленном в куда-то ей одной ведомые дали. Сюа тогда только вошла в Белое братство. После гибели семьи, в душе было пусто, жить не хотелось. И только несбыточная мечта - найти все-таки таинственный Белый город поддерживала ее. Первое задание, которое она получила - найти хоть кого-нибудь из рода Белых жрецов, которые еще помнили о местонахождении города. Ведь в бумагах, дошедших до них, было написано, что знания свои они будут передавать на генетическом уровне от матери к дочери, ведь женщины более осмотрительны, да и всегда находятся под охраной мужчин. Кто же мог предположить, что так все повернется, что храки в ярости начнут просто сжигать города вместе с людьми. Сколько тогда погибло? Кто успел спрятаться, вливались в другие кланы. Нить знаний порвалась. Но у Белого братства еще теплилась надежда, что потомки, живы. Сколько она тогда прошла дорог? Сколько горя видела! Помогала, чем могла: лечила, искала пропитание, сводила и разводила кланы. И спрашивала, спрашивала, спрашивала. Но никто не видел, никто не знал.

И когда надежда угасла, когда другие проблемы стали более насущными, в один из своих приездов в Орлиное гнездо, она случайно увидела Иолану, жену Уиллина. Все признаки рода были на лицо, серые глаза, узкое лицо, редко встречающиеся вьющиеся светло-русые волосы, но пугало отсутствие силы рода. Вместо него черные провалы. Опасения оправдались. Женщина не помнила, кто она, откуда, и кто ее родители. В ее сознание всплывало только одно - огонь пожара, крики людей, и какая-то старуха, прижимавшая плачущую девочку к груди. Исполнение мечты, вспыхнувшее было маленькой искрой, погасло. Когда же Иолана родила девочку, Сюа прилетела в надежде, что ребенок вберет в себя гены матери. Но та оказалась копией отца, темные глазки, и темный пушок прямых волос.