Ник Эндрюс - Странники морей

— Надежный заслон, — негромко заметил офирец. — Этот Радигес довольно богат, раз может содержать таких бойцов.

— Прорваться было бы сложно, — невольно пробурчал Исмал.

Отряд повернул направо. Всадники не сдвинулись с места, они словно превратились в статуи, и лишь лошади мотали головами и хрипели. Воины настороженными взглядами провожали чужестранцев. Дорога часто петляла, и вскоре заслон зингарцев скрылся из виду. Неожиданно до людей донесся странный звук.

— Похоже на рог, — произнес Баррас, кладя ладонь на рукоять секиры.

— Не торопись, — остановил его киммериец.

Заметив волнение среди шемитов, один из гонцов пояснил:

— Вам оказана большая честь: барон решил встретить отряд лично. Глашатаи предупреждают о приближении его свиты.

— Прямо как дома, — прошептала Селена.

О том, что она когда-то была принцессой Пограничного Королевства, знали лишь Андуран и варвар. Свою тайну волшебница скрывала надежно. Еще девочкой Селена сбежала из родительского замка. Светская жизнь ее угнетала, предстоящее замужество и вовсе пугало. Она предпочитала бродяжничество, лишения и невзгоды — роскоши замков и дворцов. Волшебницу всегда привлекала магия, и после длительных скитаний девушка, наконец, нашла достойного учителя… Но сейчас эти гулкие звуки пробудили в ее душе воспоминания детства. Лес расступился, и северянин увидел впечатляющую кавалькаду. Впереди ехали трое юношей лет четырнадцати и оглашали окрестности надрывным ревом длинных металлических труб.

За ними двигались восемь тяжело вооруженных всадников, а за ними — еще целая толпа народа, не меньше четырех десятков человек. Конан заметил развевающиеся дорожные платья и высокие женские головные уборы. Радигес утроил целое представление. Похоже, досточтимому барону скучно, и он желает повеселиться…

Зингарцы остановились примерно в сорока шагах от чужаков. Глашатаи и воины тотчас расступились, и в образовавшийся проход двинулись четыре человека.

Впереди ехал высокий худощавый темноволосый мужчина лет сорока. Маленькая треугольная бородка, узкие усики, чуть впалые щеки, длинный с горбинкой нос, крупные черные глаза… Заостренный подбородок говорил об упрямстве, быстроте ума и чрезмерном властолюбии. На шее зингарца виднелся крупный красноватый шрам — наверняка, след от меча. Такие раны появляются тогда, когда клинок рассекает кольчугу и край шлема. В том, что это и есть барон Радигес, киммериец не сомневался. Взгляд у дворянина был злой, надменный, колючий. Он натянул поводья лошади и внимательно, бесцеремонно разглядывал путешественников. Из всех присутствующих мужчин только барон не носил доспехов, хотя варвару показалось, что под роскошной одеждой Радигеса скрывается тонкая кольчуга. Позади господина расположились три молодых человека в стальных латах. На поясе у каждого был меч и кинжал; кольчужный капюшон отброшен назад.

— Я барон Радигес Смелый, владелец этих земель, — громко и отчетливо вымолвил высокий зингарец. — С кем имею честь?

— Конан из Киммерии, — представился варвар. — Наемник и ловец удачи. Сейчас состою на службе у Великого Андурана, правителя Кироса. Это одно из самых сильных и богатых государств Шема.

— Я прекрасно знаю, где находится Кирос, — надменно сказал дворянин.

Северянин хотел произвести впечатление именем Андурана, но цели не добился. О могущественном волшебнике барон ничего не слышал. Что, впрочем, неудивительно. Король Кироса не стремился к славе и известности, а Зингара находится слишком далеко от Шема, тем более, ее северные провинции.

— Наемник, — подчеркивая это слово, произнес Радигес, — ты и твои люди нарушили границы моих владений. Само по себе, преступление небольшое. Но вы еще и налог не заплатили. А вот это уже серьезный проступок.

— Мы не знали, кому его платить, — ответил Конан.

— Тогда почему же вы так поспешно покинули деревню? — спросил барон.

— У нас очень много дел. Отряд стремился побыстрее добраться до Кордавы.

— А вот здесь кроется еще один вопрос, — на губах дворянина появилась ироничная усмешка. — Откуда вы взялись? Если бы приехали с юга или с запада, это было бы объяснимо. Но с севера… Неужели правитель Кироса хочет заключить союз с воинственными и дикими пиктами?

Шутка господина понравилась свите, и зингарцы дружно рассмеялись. Сам барон остался невозмутим. Лишь на губах застыла холодная ухмылка.

— Это, действительно, тяжело объяснить, — кивнул головой Конан. — Мы путешествовали по провинциям Аквилонии — Пуантену, Таурану, заехали и в Боссонские Топи. Король хочет наладить торговлю с богатыми северными правителями. После ряда удачных сделок, советник Андурана Исхад решил вернуться домой по морю, с посещением столицы Зингары Кордавы и большого шемского города Асгалуна. Наш отряд двигался по дороге вдоль восточного берега Черной, когда неожиданно на нас напали пикты. Откуда эти размалеванные убийцы появились на берегу, я не знаю. В завязавшейся схватке Исхад и большая часть воинов погибли. Дикари прижали отряд к воде. Был только один шанс спастись — построить плот и уплыть от неприятеля, что мы и сделали. Течением нас прибило сюда.

— Красивая история, — бесстрастно заметил Радигес. — Но мне почему-то кажется, что это ложь. А если все представить несколько иначе? Аквилонцы хотят вторгнуться в северные земли Зингары и решили провести разведку?.. Я им никогда не доверял. Они нанимают шемитов и отправляют их сюда. Кто заподозрит странных южан?

— В подобных рассуждениях есть логика, — согласился киммериец. — Но взгляни повнимательнее на моих людей. У одного отсечена кисть, у второго свежий след от стрелы, у третьего на спине две раны… У меня нет ни одного невредимого бойца. Какой смысл вести калек на столь опасное дело?

Дворянин поправил правой рукой длинные волосы. Рассуждения варвара ему понравились. В северянине барон чувствовал достойного оппонента.

— Это интересный спор, — задумчиво вымолвил Радигес. — Я сегодня собрался поохотиться, и лесничие уже подняли оленей. Но вы нарушили мои планы. Продолжим беседу в замке. Я давно не общался с чужестранцами…

Спорить было бесполезно. Решение барона здесь закон. Возражать значит обострять отношения, а северянин еще надеялся уладить дело миром. Дворянин развернул лошадь и поскакал назад. Кавалькада медленно разворачивалась: сначала глашатаи, затем рыцари, воины охраны и, наконец, многочисленная свита. Только теперь Конан сумел рассмотреть женщин. Их оказалось всего шесть. Одной лет около тридцати, остальные гораздо моложе, — совсем еще девочки. Типичные зингарки: смуглая кожа, удлиненные носики, пухлые розовые губки, черноокие, чернобровые, с волнистыми вьющимися волосами.