Hel Lumi - Кровавое наследие

Охотники намеревались найти мою мать, а я должен был защитить ее. Белле грозит опасность, но вместо беспокойства о ней я способен был думать лишь об окутывающем меня запахе той, что находилась рядом со мной. Голос разума и долга уступил животному влечению. Я осознавал, что это неправильно, но сопротивляться не мог. Бекки будто околдовала меня, и, если бы я верил в волшебство, то принял бы ее за ведьму.

Итак, Охотники уехали, а я отправился провожать Ребекку. По пути я тщетно принюхивался к посторонним запахам и шел с той стороны, где ветер не приносил бы аромат любимой девушки. Мое странное поведение не могло остаться незамеченным, но Бекки делала вид, что всё нормально. Конечно, ведь она знает кто я и, вероятно, представляет себе мои чувства! Я - оборотень-охотник, и чуять добычу - мое призвание. Я охочусь на зверей и вампиров, но Бекки отчасти тоже моя добыча.

В вагоне поезда я пытался сосредоточиться на чем угодно кроме аромата девушки, но, увы, здесь оказалось слишком мало специфически пахнущих людей, которые сумели бы в достаточной степени повлиять на обонятельные рецепторы. Я не мог сидеть рядом с Бекки, поскольку вокруг нее застыло неподвижное облако, будившее во мне страсть. Я хотел выскочить из вагона, но ограничился лишь тем, что поднялся и принялся ходить из одного края в другой. Пассажиры глазели на меня, как на сумасшедшего. Кстати, именно так я себя и чувствовал.

"Скорее бы добраться до квартиры!"

Я взглянул на Бекки и тут же отвернулся. Это ненормально! Я не хотел держать ее за руку и смотреть в ее глаза, как поступали Ева и Макс. Я страстно желал ее. Моя любовь не была спокойной и беззаветной, как у пары Вервольфов. Однако разве я имею право именоваться чистокровным оборотнем? Может, так проявляются чувства вампиров?

Наконец, мои мучения прекратились. Мы с Бекки вышли на знакомой до боли станции Адамс. Через пару кварталов показался дом, где жила девушка. Но даже это расстояние не далось мне легко: отворачиваясь от любимой, я ловил носом ветер, приносящий запах реки и заводских выхлопов.

-Ну, что с тобой?! - обиженно воскликнула Бекки, прижимаясь щекой к моему плечу. (Какой волнующий аромат! Почему ее квартира располагается так далеко?) Я с тоской воззрился на небо. - Разве ты больше не любишь меня?

-Люблю, - сдавленным голосом пробормотал я.

-Тогда почему постоянно отворачиваешься?

Нет, она не понимала моих чувств.

-Твой запах... - пролепетал я. - Он кажется мне сильнее, чем обычно.

-Вон оно что. - Бекки резко отпрянула. Я смотрел на небо, но, кажется, девушка нахмурилась. - Тебе неприятно находиться рядом со мной.

-Неправда! - выкрикнул вдруг я, испугавшись, что она уйдет. Девушка уже успела отдалиться на шаг, как я не позволил ей двигаться дальше, заключив в объятия. - Твой запах притягивает, как магнит. Ты даже не представляешь, как нужна мне! Я должен был идти с Охотниками, но твое очарование сильнее других эмоций и чувств.

-Мне приятно это слышать, - улыбнулась девушка. Она попыталась поцеловать меня, но на сей раз отстранился я. Бекки удивилась: - Что это такое, Эл?

-Твой аромат приводит меня в безумие, - спокойно сознался я. Следует поставить все точки над i. - Ты знаешь, кто я?

-Граф Содзмен? - усмехнулась она, и я отрицательно повел головой. - Конечно, знаю. Я всё поняла бы и без подсказок отца.

-И ты?.. - Вопрос застыл на полуслове.

-Спрашиваешь, не боюсь ли я оборотней? Нет. Ты ведь не хочешь съесть меня? - Я ощутил на губах прикосновение ее прохладных губ.

-Нет, - шепнул я. Не уверен. Быть может, хочу.

До ее квартиры слишком далек путь, чтобы преодолевать его обычным человеческим шагом. Мы доберемся намного быстрее, если я буду идти один. Я подхватил Бекки на руки, и девушка оказалась легче пушинки.

Белла!.. Меня словно поразил электрический разряд, и живо представилась картина, как острый мачете рубит ее белоснежную фарфоровую шею. Если произойдет трагедия, то она навсегда останется тяжелым грузом у меня на совести. Что, если Трейси уже убил вампиршу? У меня кровь в венах застыла, когда я об этом подумал. Нет, это будет слишком ужасно и несправедливо. Я нашел Беллу не для того, чтобы потерять ее так скоро.

-Любимая. - Я поцеловал девушку в лоб. Она открыла глаза и сонно улыбнулась. - Мне нужно уходить.

Ребекка несколько раз моргнула, очевидно, пытаясь понять, не обманывает ли ее зрение. За окном было темно.

-Сейчас ведь ночь! - удивилась девушка.

-То-то и оно! - Я решил не заморачиваться с одеждой и идти в одних только брюках. Всё равно в мои ближайшие планы входило превращение, так что будет хорошо, если дотяну до Оак парка в образе человека. - Охотники отправились за моей матерью, а я должен ей помочь.

-Помочь вампирше?! - изумленно переспросила Бекки. Похоже, она считала, что я ненавижу всех кровопийц без исключения. - Собираешься спасать ее от Охотников?

-Да. - Я растерялся. Не ожидал, что любимая девушка меня не поймет. - Она ведь моя мать!

-Ладно, - недовольным, расстроенным тоном произнесла Бекки. - Будь осторожен. Кузен с товарищами хорошо вооружены и чрезвычайно опасны.

-Я буду очень осторожен, - заверил я и, махнув рукой на прощанье, скрылся за дверью.

Расстояние от дома Ребекки до моей деревни составляло немного меньше двадцати километров или около того - слишком большой путь для человеческих ног, легких и сердца. Волк - другое дело. Я торопился, но не мог поймать такси - благодаря натянутым нервам велик риск измениться прямо в салоне автомобиля.

Я бежал не по центру города, поскольку не намеревался привлекать внимание случайных прохожих и водителей, а перемещался по темным переулкам и дворам. Проделав примерно половину пути и выбрав место, окутанное густым мраком, где даже сова меня не увидела бы, я обратился в волка. Метаморфоза произошла мгновенно, хотя угрозы не ощущалось. Быть может, искусство перевоплощения, наконец-то, совершенствовалось?

Мышцы мои окрепли, кости превратились в металл, даже кожа, кажется, задубела, словно у старого матерого бизона. Попробуй-ка, пробей такую! Даже острое лезвие мачете не нанесет мне значительного ущерба. Только так, стоя на всех четырех (не на двух!) лапах, я чувствовал себя по-настоящему свободным и сильным. "Я не вампир!" - хотелось мне крикнуть. И хотя мои родители были кровопийцами, я появился на свет, чтобы быть оборотнем. Состояние пребывания в шкуре Вервольфа нравилось мне всё больше с каждым очередным превращением. Огромными прыжками, раза в два или три быстрее, нежели шагает человек, я преодолел оставшийся путь до деревни.

Я сбавил темп бега, когда добрался до Оак парка, а затем и вовсе остановился. Чуть приподняв морду, я принюхался к воздуху в надежде, что ветер донесет запах Охотников или вампиров. Я сомневался в умении распознавать различные запахи людей (они все одинаковые), но вряд ли по ночной деревне бродит кто-то, кроме Крептона с товарищами. Я был уверен: они где-то здесь. Увы, похоже, ветер дул в другую сторону, напротив, унося человеческий запах.