Джеффри Лорд - Ведьмы Иглстаза

— Пфуй! — фыркнул клот.

— Чушь? Да, возможно… Может быть, никто не ставил такого опыта, а гластор сломался случайно… Но скажи, друг мой, почему за ними не пришли? Почему не исправили поломку, не разыскали пропавших, не вернули назад?

— Ххо, Ллса, ххо!

— Считаешь, что я склонен к излишним подозрениям? Да, Ффа, это не очень хорошее качество. Что поделать, такая уж у меня профессия…

Блейд погрузился в молчание, обдумывая свою новую гипотезу. Она была восьмой или девятой по счету — и, надо сказать, ничем не уступала предыдущим. Каждую он детально обсудил с Ффа, однако клот, прагматик и скептик, решительно отвергал все его домыслы. Возможно, у него имелось свое собственное мнение по поводу деградации оривэев, заброшенных на Майру, или внезапной порчи трансмиттера, но скудный словарь не позволял ему высказаться с необходимой полнотой. Тем не менее Ффа был готов продолжать дискуссию и долго ждал, когда хозяин вновь заговорит.

Но Блейд, пригревшись у теплого бока клота, уже задремал. Ему снилось озеро на плоскогорье, ледяные горные пики и толпа растерянных людей, бродивших вокруг обломков гластора. В отдалении стояла группа высоких мужчин с белыми волосами, а еще дальше, рядом с блестящими контейнерами, суетились юркие фигурки в зеленом. Странник попытался разглядеть их, но видение вдруг исчезло, словно завершившаяся передача никер-унна.

Грон ад'Тейд стоял на границе меж лесом и Сухими Равнинами. Местность здесь совсем не походила на ту пустыню, которую описывал Миот; это была зеленая холмистая степь, напоминавшая скорее иллурскую унгу. Широкое полукольцо полей, перемежавшихся с фруктовыми рощами, окружало грон с запада, со стороны степи, с востока подступали редкие заросли из похожих на растрепанные пальмы деревьев, уже виденных Блейдом на берегах Иллимы. Но лесных исполинов, которые росли в земле фра, тут не было как и изобилия пернатых, поразившего странника в первые минуты после прибытия.

В миле от поселка его встретил почетный караул — десяток полунагих смуглых воинов с дротиками и широкими кинжалами за поясом. На шеях у них висели шнурки с маленькими цветными дисками, обшитыми кожей, в которых Блейд распознал те самые кругляшки, что были найдены им в ставате Тарвал. Человек с красным диском в ожерелье — вероятно, старший отряда — церемонно склонился перед ним.

— Бартайя Гардана послала нас, чтобы проводить тебя в грон тейдов. Не опасайся ничего, пришелец со звезд: наши сердца полны радости и почтения.

— Вы не ошиблись? Не приняли меня за кого-то другого? — Блейд пристально поглядел на тейда.

— Ошибиться невозможно, Талса, бартайя описала тебя со всеми подробностями. Великан с волосами на щеках и подбородке, с мечом фра, в сопровождении клота… Других таких людей в Иглстазе нет.

— Откуда бартайя узнала обо мне?

— Тейд Гардане известно все. Она очень стара и очень мудра.

— Она может разглядеть человека на большом расстоянии?

Воин пожал плечами.

— Вероятно. Кому ведомо, что может и чего не может бартайя? Но ошибается она редко.

Они шли по широкой натоптанной тропе, и Блейд уже мог охватить взглядом поселок. Он не походил на крепость Кастела Брина. Тут не было ни стены из заостренных бревен, ни боевых башен, ни ворот, окованных железом, — даже дозорной вышки со стражей. Дома, привольно разбросанные по склонам и вершинам пологих холмов, уходивших в степь, поражали изысканной резьбой по дереву, кованными из меди наличниками окон, вычурными крышами, просторными террасами, балюстрады которых оплетали лианы. Тихий, красивый и мирный поселок, решил Блейд, но совершенно беззащитный.

Он повернулся к старшему из воинов.

— Спокойное место и приятное для глаз. Видно, ваши люди любят свой грон.

— Спасибо за доброе слово, Талса. Так оно и есть.

— Я только раз встретил ваших воинов в лесу. Разве вы не охраняете свои земли?

Человек с красным диском усмехнулся.

— Почему же, охраняем… Но тейды знают лес, знают равнину и умеют хорошо прятаться. И потом, наша лучшая охрана — бартайя. Вести слетаются к ней со всех сторон, словно на крыльях птиц.

— А если бы пришла весть о том, что Кастел Брин идет на вас войной? Такой грон, без стены, вала и рва, — Блейд махнул в сторону поселка, не удержать.

— Мы не такие гордые, как фра, мы не стали бы сражаться. Сухие Равнины велики, и там много мест, пригодных для жизни. Наши разведчики ходят до самого Барга, и дороги через пустыню известны только тейдам.

Странник довольно кивнул; это он и хотел выяснить.

— Вы отведете меня к бартайе? — спросил он.

— Не сейчас, — воин, прищурившись, взглянул на небо. — Солнце скоро сядет, и тебе надо отдохнуть. Ты — гость нашего рода, Талса, и будешь жить в доме Тейд Гарданы.

Дом — вернее, дворец бартайи, небольшой, уютный, украшенный резными колоннами и башенками, — стоял на холме в центре поселка. Воины поднялись по тропинке к широкому крыльцу и сдали странника с рук на руки трем юным девушкам. Блейд, снедаемый нетерпением, покорно выдержал все последующие процедуры: паровую баню, облачение в свежий наряд и ужин. Он решил подождать до утра, не настаивая на немедленной встрече с бартайей; это выглядело бы невежливо, и к тому же Ффа хотел есть. Его аппетит не относился к числу вещей, которыми можно было пренебрегать.

Наконец юные красавицы отвели обоих путников, двуногого и четвероногого, в просторную горницу и распрощались, пожелав им доброй ночи. Блейд вытянулся на кровати, вдыхая свежий запах сена, которым был набит тюфяк, и мгновенно заснул. Ффа, питавший надежду поболтать перед сном, обиженно скосил на хозяина маленькие глазки, фыркнул и лег у порога. Вскоре он тоже начал сопеть тихо и размеренно: переполненный мясом желудок располагал к дремоте.

Утром, после плотного завтрака, посланца со звезд и его зверя провели в уютную круглую комнатку, находившуюся в одной из башен. В ней было четыре окна, на все стороны света; в северное и восточное широким потоком врывались солнечные лучи, освещая кресло из темного дерева и застывшую в нем маленькую фигурку.

Тейд Гардана была стара, очень стара. Пожалуй, Блейд еще не встречал в Иглстазе таких старых людей, ни у фра, ни среди кастелов. Ее лицо и руки не были морщинистыми, но темная, словно высушенная степными ветрами кожа так плотно обтягивала кости, что бартайя казалась почти бесплотной, невесомой. В волосах ее, однако, странник не заметил седины, глаза были яркими, черными и живыми, а голос — неожиданно громким и уверенным.

— Твоя супруга, Фра Лилла, просила передать: ее любовь пребудет с тобой вечно, Талса.

Блейд удивленно приподнял брови.