Джейн Рейб - Предательство

Мэлдред с Вейреком еще спали, а Рикали снова проснулась и теперь увидела, что Дамон вытаскивает небольшой ларчик, который был спрятан в изножье ее постели. Грозный Волк позвал девушку наружу, и она на цыпочках последовала за бывшим рыцарем, чтобы не разбудить мужа.

Небо уже посветлело, и полуэльфийка заворожено смотрела на кружащихся в синей вышине над поляной трех белых цапель.

– Рассвет, – прошептала она. – Больше всего люблю это время. Сначала небо такое, словно усыпано лепестками роз, а потом сразу становится голубым.

Рикали бросила пристальный взгляд на Грозного Волка, который сидел на земле и вскрывал замок при помощи кинжала с рукоятью, украшенной кораллами. Наконец крышка поддалась, и Дамон принялся перебирать оказавшиеся внутри драгоценности. Рикали сама учила его разбираться в драгоценных камнях, поэтому он в первую очередь отобрал самые дорогие – гранаты, сапфиры и изумруды, а также крупный гиацинт размером с фалангу большого пальца. Сложив камни в мешочек, Грозный Волк повесил его на пояс. В следующий мешочек отправились камни подешевле. Золотой кованый широкий браслет, усыпанный кусочками нефрита и турмалина, он надел на руку, а толстую серебряную цепь повесил на шею.

– Конечно, они красивые, – сказала полуэльфийка, внимательно глядя на драгоценности, но даже не шевельнулась, чтобы прикоснуться к ним, и добавила: – Но на самом деле не такие уж и дорогие. – Дамон как раз рассматривал топаз размером со сливу. – И этот тоже ничего, но, безусловно, с изъяном. И зачем тебе столько? Тем более…

Не обращая внимания на ее слова. Грозный Волк сунул этот камешек и несколько других в мешочек с монетами, выбрал изящную серебряную браслетку с нефритом и отдал ее Рикали.

– Глупо оставлять это здесь. Тем более что деревенским драгоценности без надобности.

«Да они их и не заслуживают», – добавил бывший рыцарь мысленно.

Девушка с некой почтительностью повертела браслетку в изъеденных кислотой пальцах и только затем надела, немного сжав, чтобы украшение сидело плотнее и не соскользнуло с руки.

– Мы могли погибнуть, Дамон, – тихо произнесла она. – Каждый из нас.

– Рики, сколько ему лет?

Вопрос оказался неожиданным.

– Что?

– Сколько лет Вейреку?

– Ты не вернулся за мной, Дамон Грозный Волк, а мне так хотелось, чтобы кто-то был рядом. Он любит меня. Очень любит. Потратил последние деньги, чтобы купить мне маленькое колечко, – Рикали приподняла руку, демонстрируя подарок Вейрека.

– Сколько ему лет? – настаивал Дамон.

– Девятнадцать.

– Он совсем мальчишка. О чем ты думала, Рики?

– О чем я думала? – прошептала девушка. – Уж конечно, не о тебе. Ты бы никогда не женился на мне, Дамон Грозный Волк. – Занятый своими мыслями, бывший рыцарь не заметил грустных ноток в ее голосе. – Ты бы даже не смог пожить со мной спокойно, не мечась с места на место.

– Да, – согласился Дамон. – Не смог бы.

– Так почему тебя должно заботить то, что я делаю? – Грусть уступила место хорошо сдерживаемому гневу. – Почему тебя должно заботить, сколько ему лет?

– Ты старше меня. Ты почти вдвое старше его. Подумай об этом, Рики. Приковать его в таком молодом возрасте. И не только женой, но семьей. Это долго не продлится.

Полуэльфийка покачала головой; солнечный свет заиграл в растрепавшихся завитках волос.

– Он не мальчик, Дамон Грозный Волк. Он – молодой мужчина. Молодой мужчина, который очень, очень любит меня. Ну, что тебя еще заботит?

– Да нет, ничего. – Дамон взял гиацинт со следами сколов, осмотрел его и отбросил в сторону. – Действительно, больше ничего.

Девушка присела рядом на корточки и принялась перебирать камни, но было видно, что мысли ее где-то далеко отсюда.

– Ты не считаешь, что он будет хорошим отцом? – Рикали поморщилась, уколов палец осколок нефрита.

– Рики…

В этот момент легкий ветерок подул со стороны кучи трупов, принося с собой ужасающее зловоние, и полуэльфийка, отвернувшись, прикрыла лицо руками. Впрочем, в следующий миг она уже вновь смотрела на Дамона.

– Пойду лучше разбужу его, а? Мы ведь скоро покидаем это ужасное место. Я слышала, как Мэл во сне говорил о каких-то пиратских сокровищах. Я бы пошла на риск ради настоящего богатства. – Девушка указала на драгоценности. – А на такое жалко даже время тратить.

Она скрылась в хижине, оставив Дамона наблюдать за приближавшимися селянами.

Они разобрали один из навесов и соорудили небольшие носилки, на которые уложили несколько заплечных мешков с провизией, дюжину бурдюков и мешок Грозного Волка с бутылками крепкого эльфийского вина.

Дамон осмотрел носилки и запасы, мельком проверив содержимое мешков. Его спутники уже проснулись и теперь вместе с Рикали копались в одежде Соламнийских Рыцарей, надеясь подыскать себе что-нибудь по размеру.

Мэлдред фыркнул и кивнул в сторону сивака, притопнув ногой.

– Пора заняться им. – Силач закинул руку за спину, и утреннее солнце заиграло на клинке его двуручного меча, который он отыскал в одной из хижин.

Драконид стоял спокойно, внимательно следя за Мэлдредом и не показывал никаких признаков страха, когда тот приблизился. Он даже не пытался напасть, хотя длина цепи позволяла дотянуться до силача. Дамон перехватил пристальный взгляд сивака и повял, что тот не собирается защищаться.

– Они не хотели, чтобы ты летал, не так ли? Опасались, что ты сможешь легко сбежать?

Драконид на шаг отступил к древесному стволу.

– Поэтому они и отрезали твои крылья?

Мэлдред остановился.

– Дамон, эта тварь не собирается отвечать тебе. И потом – посмотри, какая рана на горле. Возможно, он вообще не может говорить и…

– Это цена, которую я заплатил за то, что сказал «нет», – произнес сивак шепотом, не имеющим ничего общего с обычными голосами драконидов, тихим и неприятно шелестящим.

Подойдя ближе, Грозный Волк почувствовал запах, которого не замечал раньше, наблюдая за тварью, – запах горячего металла и дыма, какой обычно источает недавно выкованный меч, словно существо родилось в кузнице. «Интересно, все сиваки так пахнут?» – подумал Дамон. До этого он как-то не обращал на это внимания.

– Это с тобой сделала Нура Змеедева? – продолжил расспрашивать бывший рыцарь.

Драконид кивнул:

– Потому что я не хотел добровольно помогать ей.

Мэлдред подошел к Дамону и заглянул сиваку в глаза:

– Какой смысл в том, что ты не захотел помогать Нуре? Весь ваш род служит драконам.

Сивак не ответил.

– Я думаю, он был бы не против служения Сабл, а до этого Такхизис. Но эта Нура…

Существо переводило взгляд с Мэлдреда на Дамона и обратно.