Тина Даниэл - Тёмное сердце

Кит подняла меч и привязал его к спине. Затем она отвязала Корицу и захромала рядом с лошадью, следя за отпечатками копыт лошади Урсы. Приблизительно получасовое ковыляние по следам наёмника завершилось у ручья, где следы пропали. Урса был слишком опытным наёмником, чтобы не позаботиться о том, чтобы запутать следы. Кит знала, что она никогда не сможет отследить его по следам, даже если ей удастся обнаружить их снова. В конечном счёте они снова где-нибудь пропадут.

Стоя у ручья, Кит ощутила, насколько она голодна. Склонившись к воде, она долго пила, а потом, произнеся несколько ободряющих слов Корице о том, что в конце дня её ждёт теплая, полная еды конюшня, неуклюже вскарабкалась на лошадь. Куда ехать она понятия не имела.

Силверхол находился в десяти или двадцати милях на север, но Кит не посмела отправиться туда — те стражники, которые преследовали её, несомненно рыскают по городу, предполагая, что она находится именно там. Китиара подумала, что поблизости, на юге и западе, могут быть меньшие поселения, занимающиеся поставками провианта для строителей дороги.

К полудню Кит уже была в южных предгорьях и почувствовала себя в безопасности. Силверхол был теперь на расстоянии полудня. Она находилась на краю территории, где лес заканчивался и через несколько миль земля повышалась острыми горными хребтами. Дальше на запад ландшафт становился бесплодным и неприветливым. Вряд ли даже наёмники выберут это направление для побега, уверенно подумала она.

Китиара приблизилась к небольшому скоплению жилищ. Это было похоже не на город, а на большую кучу торопливо собранных вместе палаток, хижин и лачуг. Деревянных зданий было совсем немного. Пеньгород — было написано на знаке у городка. Без сомнения, название произошло из-за того, что все деревья поблизости были срублены и вокруг красовались только одни пни.

Пёстрое население городка двигалось по грязным подобиям улиц. Однако, здесь находилось по крайней мере одно заведение, где можно было поесть и выпить. Кит увидела трактир и снова почувствовала голод. Была только одна небольшая проблема — у неё совсем не было денег.

Подъехав поближе, Кит увидела табличку у здания, гласившую: Гостеприимство Пиготта. Дом был довольно большим, хотя дерево потемнело от погоды и краска на нём облупилась. Некоторые окна были разбиты и заколочены досками, в других было темно. Единственный полуденный клиент заведения — древний седой гном — поднялся, шатаясь, по деревянным ступеням. Он выглядел так, как будто только что вылез из бочки с сажей и пеплом.

Кит подумала, что здесь нет ничего от того благосостояния и гостеприимства, которое чувствовалось в гостинице Отика в Утехе. Затем она ощутила мгновенный укол ностальгии и покачала головой.

— Должно быть, в этом виновато моё больное тело и пустой желудок, — пробормотала она себе, слезая с лошади и ведя Корицу вокруг здания, где по её предположениям, должна была быть кухня.

Привязав лошадь к стойке, Китиара спрятала в кустах меч Бека. Распрямив плечи, она постучала в дверь, решив, что попрошайкой она точно не будет.

Полный человек с толстым свисающим подбородком, одетый в запятнанный жиром передник, открыл дверь. Он неторопливо осмотрел Кит с ног до головы. Одно его ухо было деформировано и походило на комок, что явно было результатом драки.

— Ну, ты выглядишь слегка потрёпанной, юная леди. Ссора любовников, не так ли? Мне нравится их развязность, но не наглость. Что я могу сделать для тебя?

Человек не двигался, оставаясь в дверном проёме. Его массивное тело заполнило собой проход, закрывая от взгляда Кит убранство кухни. Запахи, доносящиеся оттуда, не шли ни в какое сравнение с запахами знаменитых блюд Отика, но Кит они соблазнили достаточно, чтобы она подавила отвращение к этому болвану и вежливо ответила:

— Я проходила через ваш город и потеряла на дороге кошелёк. Могу ли я как-то отработать еду?

Лицо, глядящее на Кит, приняло более деловое выражение.

— Ты знакома с работой по кухне?

Кит, которая надеялась получить какую-то физическую работу, почувствовала внезапную слабость в животе, но голод заставил её произнести:

— Да, я могу помыть посуду и при необходимости могу готовить.

Кит вздрогнула, когда человек внезапно схватил её за руку и затащил в кухню.

— Здесь готовлю я, юная леди, но если ты можешь прислуживать за столами и мыть посуду, то принимайся за дело. Те, кто работают здесь, нуждаются в любой помощи. У нас здесь маловато леди, которые могли бы помочь, так как леди в этом городе не тратят своё время на работу на кухне. Они тратят свою энергию на другие, более выгодные дела, если ты понимаешь, о чём я говорю.

Он бесцеремонно обнял Кит за плечи и подвёл её к углу длинного стола, стоящего посреди самой грязной кухни, которую когда-либо видела девочка. Грязные тарелки, горшки и кастрюли стояли на каждом свободном месте. Гигантский котёл из темно-серого чугуна, заполненный чем-то, бурлил поодаль на очаге, брызгая в огонь. Расплёскивающаяся вода, жир и остатки пищи текли по половицам, под которыми находился неглубокий погреб. Большие промежутки между досками пола позволяли большей части помоев выливаться вниз. Услышав хруст у себя под ногами, Кит подумала, что ничего из стекающего в погреб не пропадает даром.

— Моё имя Пиготт, как и написано на вывеске. Эй, Мита, насыпь этой новой девочке немного того мяса, которое у тебя горит! — завопил Пиготт худощавому подростку, прячущемуся в углу.

Трактирщик снова повернулся к Кит.

— Отработай одну смену, а там мы посмотрим. Сейчас только одна тарелка, остальное ты сможешь съесть позже. Это моё правило. Если ты управишься, то мы посмотрим, что я ещё смогу для тебя сделать.

Он бросил на неё выразительно плотоядный взгляд, а затем прошел к двери, которая выводила в общий зал таверны.

— А как насчёт моей лошади? — крикнула ему в спину Кит. — Она привязана снаружи.

Пиготт остановился и обернулся на Кит.

— Если ты хочешь, чтобы я накормил ещё и твою лошадь, то тебе придётся остаться здесь до завтрашнего завтрака. Я не занимаюсь благотворительностью. Или так, или иначе, — он непристойно подмигнул ей, — ты должна будешь расплатиться за то, что получишь.

Кит была слишком усталой и голодной, чтобы высказать ему всё, что она о нем думает. Она устало опустилась на скамейку у стола. Мальчик по имени Мита принёс тарелку с тушеным мясом и поставил перед ней. Кит с жадностью принялась за еду, не обращая внимания на то, что мясо было горячим и обожгло ей язык. Всё-таки, еда была неплоха.

Мита топтался на месте у стола. У него были желтые волосы, взъерошенные, как кукурузные побеги, рябое лицо и слегка высунутый розовый язык.