Майя Зинченко - Седьмое чувство

– Это хорошо, что ты так думаешь. – Рихтер вздохнул и слабо улыбнулся. – Ты ведь редко ошибаешься. Смотри! Метеор полетел… Красиво.

Гном не ответил, погруженный в свои мысли. Прошлой ночью Дарию приснился необычный сон, и теперь воспоминание о нем не давало гному покою. Он без конца думал об этом сне, пытался вспомнить подробности…

Ему снилось, что он стоит в пустоте в широком потоке света, и к нему из темноты выходит мужчина. Незнакомец был худощав, его коротко стриженые волосы были белыми как снег.

– Кто ты? – спросил его Дарий.

– Я – Матайяс, – просто ответил тот.

Это имя ничего не говорило Дарию. Ни во сне, ни наяву.

– Так случилось, что твой сон – для меня возможность быть тем, кем я хочу. Это очень помогает, – пояснил человек.

– Что я здесь делаю? – Гном огляделся, но вокруг не было ничего, кроме мрака.

– Не имею ни малейшего понятия. Ведь это твой сон.

– В таком случае, кто ты такой?

– Как тебе сказать… А впрочем, стоит ли?.. Ты и так все узнаешь.

– Я не понимаю, о чем ты.

В пустоте вокруг них стали загораться звезды. Каждый раз с появлением новой звезды слышался тихий звон, и Дарию почудилось, что все вместе они наигрывают необыкновенную мелодию. Матайяс спокойно смотрел на Дария. Гном удивленно отметил, что у незнакомца красивые темно-карие глаза.

– Твой сон – это моя жизнь. Твоя жизнь – сон для других. Проснешься ты – проснусь я. И исчезну, – сказал мужчина.

– Почему? – искренне удивился гном. – Это несправедливо! Так не должно быть.

– Все правильно, Дарий. Ведь сейчас это твое имя, верно? Да, правильно… Но достаточно грустно. И изменить это почти никому не под силу.

– Разве ты не жалеешь об этом?

– Что я могу поделать? – Матайяс обреченно покачал головой. – Хоть это и печально, но в том мире, где сейчас не спят, я – всего лишь мышь.

Его последние слова повторило невесть откуда взявшееся эхо. Облик человека стал нечетким и растворился в пустоте. Музыка звезд ушла вместе с ним, и Дарий проснулся. Несколько минут он лежал не двигаясь, не понимая, где он и что с ним происходит. Он попробовал вспомнить собственное имя, но и это оказалось нелегко. Память возвращалась очень медленно. Встав с кровати, гном подошел к окну. Было раннее утро.

Пожалуй, Дарий не придал бы значения этому видению – мало ли какая ерунда приснится, – если бы не «Книга Имен». Заглянув в нее как обычно, Дарий прочел такие слова: «Ибо во сне мир более истинен, и, даже ли простая мышь попросит тебя о помощи, – помоги ей. Кто знает, кем она обернется для тебя в мире реальном?» Эти строчки нельзя было проигнорировать, да и в совпадения Дарий не верил. Ведь случайностей не бывает.

– О чем ты задумался? – спросил Рихтер.

Дарий рассказал.

– Ты обращался к толкователю?

– Нет. Я заранее знаю, что он мне скажет: «Вас гложет чувство вины, причиненное близкому человеку. Покайтесь, очистите свои мысли, внесите пожертвования на развитие ордена толкователей, и все обернется благом»… – Гном с негодованием фыркнул. – Что бы ни снилось, у них все сводится к одному: внесите пожертвования, – добавил он.

– Мне всегда казалось, что твоя «Книга Имен» не так проста, как кажется. Даже если это всего лишь список.

– Я никогда не считал ее «простой». – Дарий едва слышно вздохнул. – Я не знаю, что мне делать.

– Похоже, тебе нужна помощь. Сначала странное поведение книги, теперь этот сон… Иногда мне в голову приходят туманные мысли, что ты не тот, за кого себя выдаешь.

– Кто бы говорил… «Я не властна над тем, что старше меня»… Ну не знаю я, не имею ни малейшего понятия, что это значит! – Последние слова гном выкрикнул, прекрасно понимая, на что намекает Рихтер.

– Успокойся, пожалуйста. – Некромант тронул друга за плечо. – Я ни в чем тебя не обвиняю. Но необходимо разобраться.

– И как?

– Есть только одно место, где ты можешь получить ответ. Конечно, если правильно задашь вопрос.

– Неужели ты предлагаешь обратиться к Затворнику.

Рихтер кивнул:

– Угадал.

– Не думаю, что он захочет меня принять. У меня ранг не тот. Я не король, не император, а всего лишь Главный Хранитель… Кто станет меня слушать?

– Затворник тем и знаменит, что ему наплевать на деньги и статус. Он ни от кого не зависит и может себе позволить выбирать, кого принимать, а кого нет.

– Да, я слышал об этом, но вот что-то с трудом верится, – с сомнением пробормотал Дарий. – И потом, для того чтобы с ним встретиться, надо ехать в центральные земли, а это далеко.

– Да, далековато, – согласился Рихтер. – До Вернстока много дней пути. Только не говори мне, что у тебя слишком много работы и поэтому ты не можешь поехать.

– Извини, но у меня слишком много работы.

– Разве тебе самому не интересно? – удивился некромант. – Ты бы мог спросить и про книгу, и про этого Матайяса.

– А ты про… – Дарий не договорил. Было и так понятно, какой вопрос больше всего интересует Рихтера.

– Мне он не ответит. Я ведь вне закона. Совет магов постарался на славу, чтобы до всех донести эту светлую мысль. – Некромант покачал головой. – На мне все еще кровь этого проклятого герцога. До простых людей, которых я убил, никому не было дела, но вот герцог!.. Лицемеры! Конечно, ради него собрали Совет! – с внезапной злостью сказал Рихтер. И так же быстро успокоился. – Но речь не об этом… Ты, чист перед обществом, и поэтому у Затворника нет никаких причин… Всего несколько минут, проведенных в его обществе, и тебе больше не придется ломать голову над этими вопросами, – сказал Рихтер, видя, что Дарий колеблется.

– Звучит заманчиво. Я подумаю. – Гном решительно встал со скамейки.

– Куда ты?

– Да так… Вспомнил, что у меня осталось одно незаконченное дело.

– Тебе помочь?

– Нет-нет. Я сам, – ответил Дарий. – Вернусь, наверное, часа через два.

На самом деле никакого дела у гнома не было. Ему просто хотелось походить по ночной библиотеке. Длинные запутанные коридоры, гулкий звук собственных шагов, и шепот, бесконечный шепот миллионов книг. Дарий не хотел, чтобы Рихтер пошел с ним, справедливо полагая, что тот может повлиять на принятие решения, а он сам хотел понять: ехать ему или нет?

Вернсток лежал на пересечении дорог, в самом центре материка. Это был очень древний город. Пожалуй, самый древний в тех краях. Правители приходили и уходили империи рушились и создавались вновь, а город нерушимо стоял на своем месте и, казалось, был совершенно неподвластен ходу времени.

Вернсток стал местом паломничества для многих людей. Город контрастов – величественные дворцы и замки в окружении трущоб, и город чудес, давший приют сотня странствующих волшебников. Лакомый кусочек для многих правителей, неоднократно бывший и официальной резиденцией королей, и оплотом инакомыслия. Город, страдающий от ежегодных пожаров, но неизменно возрождающийся из пепла.