Григорий Павленко - Империя

Вообще Рорик не очень-то почитал Единого Бога имперцев, но любопытство заставило северянина пройти внутрь. И первым же, что он увидел, оказавшись внутри часовни, был какой-то мужик в дорогих одеждах, весьма истово обращавшийся к Богу. Рорик не хотел мешать этому общению и уже развернулся, чтобы уйти, но тут мужик посмотрел на него и сказал что-то про «клятву».

— Какую ещё клятву? — переспросил его Чёрный, — дружище, ты тоже обдолбался, что ли?

— Эм…

— Погоди-погоди, — Рорик присмотрелся повнимательнее к тому, кого видел перед собой. Это лицо казалось ему странно знакомым. И тут-то он понял, что перед ним стоит сам Император. Мифический и вечно занятый. — Оу. Ваше Величество.

— Не стоит, — улыбнулся тот, но улыбка вышла слишком уж вымученной. Словно Император не спал пару недель кряду. — В этом месте я такой же простой человек, как и вы. Можете называть меня просто Элхарт.

— Не вопрос, Элхарт, — Рорик протянул ему руку, которую Эл с радостью пожал, — а я Рорик Чёрный.

— Мне рассказывали о северном юморе, — сказал Эл, посмотрев на кожу и волосы Рорика, — думаю, в этом месте мы оба можем чувствовать себя как дома, так что давайте присядем.

Северянин принял его приглашение, и вскоре Рорик вместе с Элхартом сидели на одной из скамеек. Император смотрел на изображение Единого Бога, а Чёрный… думал о том, что если он достанет трубку прямо сейчас, то это наверняка будет расценено как неуважение к Богу, а такого поведения посол допустить не мог. Ведь Арнгор обещал набить ему морду, если после визита Рорика между Империей и севером начнётся какая-нибудь война. И ведь набьёт. Попытается, во всяком случае.

— Я случайно подслушал твои слова, которые ты говорил Богу, — задумчиво сказал Рорик, стараясь отвлечься от мыслей о табаке, все ещё мирно покоившемся в небольшом мешочке. — Мне тоже доводилось терять друзей.

— Это тяжело, — вздохнув, сказал Император, — я думал найти здесь какую-то поддержку. Успокоение. Но все, что я нашёл в этом месте — это бездушного идола, которому наплевать на наши молитвы.

— Если ваш Бог хоть немного похож на тех, которым молятся на севере, то я не удивлён, что он не ответил на твои молитвы. Вы, имперцы, привыкли просить высшие силы о том, чтобы они пришли и решили все ваши проблемы. Но так ведь не бывает, Элхарт, тот родитель, что лупит дворовых мальчишек за то, что они бьют его сына, дерьмовый родитель, — плюнув на приличия, Рорик все-таки достал трубку и принялся неторопливо набивать её табаком.

— Не очень понимаю, о чём ты, — сказал Эл, для которого переход на «ты» показался очень естественным, и он не стал поминать северянину о том, что тот должен проявлять уважение к его персоне. Особенно учитывая тот факт, что Элхарт сам сказал ему, что здесь они просто два обычных человека.

— Что ж тут непонятного? — Рорик разжёг трубку и пустил облачко дыма, — Боги — это наши родители, они не будут драться за нас и решать все проблемы, с которыми мы сталкиваемся в жизни. Наоборот, они будут накидывать нам новые тучи дерьма, даже несмотря на то, что мы в оной субстанции уже сидим по горло. А знаешь почему? — северянин посмотрел в глаза Императора, — потому, что они хотят, чтобы мы стали сильнее. Сталь закаляется в огне, так говорят на севере, да и у вас, наверное, тоже. Заставь человека решать свои проблемы самому, и он либо сделает это и станет сильнее, либо загнётся под ними. Сильные станут ещё сильнее, а слабые либо обретут силу, либо подохнут. Простая истина, которую отчего-то никто не хочет понимать.

— Но Бог должен помогать всем! И сильным, и слабым!

— Ну, так он и помогает. А то, что его помощь ломает тебе хребет, это уже не Бога проблема, а твоя. Ты слабый и недостойный. Ты не должен жить в этом мире и пачкать землю своим присутствием. Бог даёт тебе шанс, воспользуешься им, и станешь великим, ну а если просрёшь… Будешь всю жизнь репку растить.

— Никогда не думал о Боге в таком… ключе. Священники всегда говорили о том, что он помогает страждущим, защищает слабых, даёт сил в минуту нужды. Но твои слова определённо имеют смысл, — задумчиво сказал Элхарт.

— Угу, — Рорик выпустил ещё одно облачко дыма и протянул трубку Императору, который после секундного размышления все-таки принял её. — Боги помогают тем, кто сам себе помогает. Слышал такие слова? В общем, вот что я тебе скажу, Элхарт. За право жить, надо драться. Всегда и везде кто-то будет ломать тебя. Пытаться выкинуть на задворки жизни. Ты должен быть сильнее их всех вместе взятых.

— Совет-то хороший, — кивнул Эл, затягиваясь из трубки северянина, — да вот только как стать сильным?

— Я тебе о чём тут талдычил? — нахмурился Чёрный, — твоя жена и друзья погибли? Прекрасно. Возьми боль от их смерти и сделай из неё нож. Этот нож будет каждый божий день резать твоё сердце, тебе будет тяжело, будет больно, но однажды боль сменится гневом, а нож, который уродует тебя, окажется в твоей же руке. Ты поднимаешь его против своих врагов и будешь драться, как того хочет от тебя твой Бог!

В словах северянина была правда, или хотя бы её доля, Элхарт прекрасно это понимал. Он смотрел на образ Бога и видел, что тот глядит на него не умиротворённо и снисходительно, а испытующе. Бог словно спрашивал его: «Готов ли ты? Справишься ли ты с теми испытаниями, что я дал тебе?». Он был слишком мягок и позволял этим испытаниям ломать себя. Так было раньше, но больше Элхарт такого не повторит. Бог поможет ему, если он сам себе поможет.

То ли из-за глубоких раздумий, то ли из-за слишком уж крепкого табака, от которого у Императора слегка закружилась голова, он не заметил, как Рорик оставил его. Северянин ушёл из часовни, потому что ему не нравились ни этот храм, ни дворец, в котором он располагался, ни сам город. Все это напоминало Чёрному о тех временах, когда он, еще будучи сопливым мальчишкой, вынужден был бродить по Империи, подбирая кусочки знаний. Эти самые знания, которые он собрал в блистательной Империи, помогли Рорику завоевать место в жизни, но не едиными знаниями был вымощен его путь к вершинам. Много крови проливал молодой альбинос, очень много. Если Элхарт прислушается к его словам, он станет сильным правителем и сможет поднять Империю. Но если он так и останется слабаком, молящим Бога о помощи, то для страны ничем хорошим это точно не кончится.

Глава 18

Генерал… нет, не генерал, а маршал Донак проснулся в прекрасном расположении духа. Вчера он получил весть о том, что Император принял его кандидатуру на пост маршала, и теперь ему, Донаку, предстоит отбыть в Соладар, чтобы принять позолоченный жезл из рук Элхарта, а вместе с этим жезлом он получит власть над всеми легионами Империи. Эту должность ему ещё два года назад обещал Гортан, а теперь пришло ему время исполнять свои обещания. Судья «окучивал» Элхарта все эти два года, прошедшие со смерти Коруса, и наконец-то Император согласился. Гортан думал, что, став маршалом, Донак будет для него самой крепкой опорой и вступление его в титул маршала послужит завершающим шагом в том заговоре, что плёл старый судья. Болван.