Арилика Валентинова - Практикуйся, ведьма

Заклинание памяти, выученное ещё в начале обучения. Когда пришлось сдавать первую сессию, а я не успела выучить несколько билетов по теории магии превращений.

Природная энергия заструилась по моему телу, преобразуясь в магию, я подобрала форму для заклинания и запустила туда живой, ещё не сформированный поток.

— Вики! — крик вырвался из горла сам по себе, да такой громкий, что у самой чуть уши не заложило.

— Вики… — уже спокойней прошептала я, утыкаясь лицом в сложенные «лодочкой», ладони.

Не знаю, зачем Аслану понадобилось меня одурманивать — он мог просто поговорить, или отпустить…

Сейчас во мне бушевала растерянность, я плакала и упорно не понимала, а может и не хотела понимать — почему со мной так поступили? Зачем Аслан обманул?

За растерянностью наступила злость. Я ударила кулаком по железному бортику ванны, выплёскивая накопившееся чувство. Рука отозвалась болью, но слабой, а в толстом железе образовалась вмятина. Единственный раз в жизни я поняла, что хочу убивать… Хочу видеть, как люди, похитившие мою сестру — бьются в агонии, хочу видеть рыжеволосую шевелюру, пропитанную кровью, и остекленевшие карие глаза, с серебристым ободком вокруг зрачка…

А раньше я не верила… Говорили, что ученики школы постепенно становятся жестокими убийцами, не щадящими никого и ничего. Теряют разум, становятся «не пробиваемыми» для ментального контакта и могут частично притуплять боль. На уроках нам объяснили, что это состояние называется «боец». Частично я его испытала, когда отбивалась от миньонов, теперь же прочувствовала полностью. Тело, словно начало слушаться, каждое движение — быстрее, чем привыкла, каждая мышца сокращается сильнее, а за ритмом сердца не угонишься. Чтобы это состояние не стало нормой, а разум не утратил способность думать, нас учили контролировать себя. Сначала, преднамеренно выводили из спокойного состояния по средством долгой, нудной и бесполезной работы, а потом, добившись состояния нужной «кондиции» успокаивали, объяснив что и почему.

Говорят, зрачки у нас в это время закрывают радужку… Я подошла к зеркалу и тут же отпрянула — на меня смотрело чудовище… Убийца, с горящими глазами и злым выражением лица. А зрачки действительно увеличились, но не намного.

Наверное, увиденное в зеркале, меня и успокоило. Как говорили преподаватели — нужен фактор, вызывающий сильные чувства… Вот уж не знала, что чучело в моём лице, когда-нибудь послужит таким фактором. Красота — страшная сила…

Пока я одевалась — злость постепенно отходила, оставляя просто холодное чувство расчёта. Вещи собирать я не стала — так как всё здесь было не моё. Мои вещи — остались в гостинице, там же в конюшне и Брусничка… А ещё где-то там, моя сестра. И я сделаю всё, чтобы вернуть её домой.

Дверь явно не была сделана, чтобы останавливать злых магичек, распавшись в прах. Я невозмутимо перешагнула через кучку пепла и направилась к Аслану.

Это была столовая. Огромная комната, с не менее огромным столом, в центре восседал титан, который даже бровью не повёл, когда увидел меня.

Стол, длиной в метров пять и шириной в полтора, явно предназначался для шумных и весёлых гуляний.

Я подошла к столу, оказавшись прямо напротив титана, затем вскочила на него. Аслан всё также изображал из себя статую, хотя теперь на его лице появилась противная самодовольная улыбка. На мгновение я смутилась, даже по-моему покраснела, вспоминая ЧТО мы вытворяли ночью, но быстро взяла себя в руки.

Приборы и еда отлетали в сторону с каждым моим шагом. Я применяла простое заклинание, чтобы не упасть и не поскользнуться. Шаг, и я в нескольких сантиметрах от Аслана.

Присела на корточки, он хотел что-то сказать, но я закрыла его губы, прижав к ним палец.

— Говорить буду я, — спокойно произнесла я.

Аслан кивнул и с явным интересом наблюдал за мной. Скользнул взглядом по лицу, затем ниже, остановился на декольте…. А я опять покраснела. Нет, ну я виновата, что в ярости, не успела зашнуровать ворот рубашки как следует, а противный корсет, подчёркивает все прелести женской фигуры? Да и по — принципу удобности выбирала одежду, а не мужчину совращать шла…

— Ты хотел меня одурманить? — скорее утверждая, чем спрашивая, сказала я. — Молодец, хорошая попытка. Или ты слишком самодоволен, или магия титанов ничего не стоит.

Я сама удивилась, как холодно звучал мой голос. Всматриваясь в карие глаза, я поневоле искала в них поддержку, умоляя прекратить эту боль, разрывающую мою душу. Но разум был холоден, а губы сами выпускали ледяные слова…

— Ты отправляешь меня туда, откуда взял. Иначе, — я достала тонкий кинжал и приставила к горлу напрягшегося титана, — Я убью тебя.

Ещё несколько секунд мы сверлили друг друга взглядами, а потом он одной рукой взял мою ладонь с кинжалом и отвёл в сторону, второй убрал палец с губ. И самое интересное, что я не могла ничего сделать… Карие глаза, нет чёрные, словно отобрали способность двигаться. Мысли в бешенстве кружились в голове, а я ничего не могла поделать с собой и ведь чувствовала, что магию он не использует…

Аслан подался ко мне чуть ближе, а я в последней попытке защититься выставила магический щит. Он спокойно прошёл сквозь него и, не отрывая взгляда, нежно коснулся моих губ.

Вся моя защита, вся злость — всё ушло разом. Через несколько минут, я поняла, что сижу у него на коленках и плачу, как маленький ребёнок. А он целует меня, то в макушку, то в лоб и нежно вытирает слёзы, пальцами.

— Отпусти меня, — тихо прошептала я. Внутренне надеясь, что он не посмеет. Всё тело уже давно хотело в постель и желательно не одной, а разум желал отправиться в жаркий город, убивать тех, кто похитил сестру.

— Не могу, — тихо прошептал он.

— Почему? — глупый вопрос, но не задать — нельзя.

— Знаешь, я всё понять не мог. Почему судьба выбрала тебя? Наделила таким редким и сильным даром…

— Влипать в неприятности, скорее всего дело привычки, а не подарок судьбы. — Ехидно заметила я.

— Нет. Я не про это, — усмехнулся он. — Ты не замечала, что мужчины липнут к тебе, словно пчёлы к мёду?

«Тогда уж скорее как мухи на….» — подумала я, но вслух ничего не ответила.

— Не знаю, как точно это назвать, — произнёс Аслан, — Но ты избранная Вералы. Её дочь на земле, та, что может свести с ума любого мужчину.

— Не хочу тебя огорчать, но Вералы не существует, — ответила я.

Верить в то, что болтает Аслан, не было никакого желания. Я никогда не считала себя любимицей мужского пола, наоборот — чуралась любых отношений. Но логику титана понять не могла — почему он мне это говорит? Да и я, вместо того, чтобы искать сестру, сижу на коленях у Аслана и слушаю его бредни? Он что, умом двинулся? Или я…