Роджер Желязны - Миры Роджера Желязны.Том 18

Сэру Оливеру пришлось орать в самое ухо Глобусу, иначе бы тот не услышал:

— Надо укрыться!

— Так точно, сэр. Но как передать приказ? Кто услышит нас в этаком содоме?

— Что-то разладилось! — прокричал сэр Оливер. — Известим Антонио. — Он по-прежнему называл так Аззи.

— Его нигде не видать, милорд!

— Разыщи немедленно!

— Есть, сэр. Но где?

Они взглянули друг на друга, потом на огромную, серую, мокрую от дождя равнину под ногами.

Глава 4

Зевс не ограничился испорченной погодой. Он и его дети прорабатывали отдельные схемы, как известить людей о своем возвращении.

Зевс покинул других олимпийцев. Он хотел проверить состояние человечества на текущий момент.

Первым делом Громовержец посетил Грецию. Его худшие опасения оправдались: со дней великого Агамемнона греческие вооруженные силы пришли в плачевный упадок.

Он огляделся, присматривая подходящее воинство. Все армии Европы заняты в локальных конфликтах. Требовались свежие силы. Зевс уже знал, куда их пошлет: через сердце Европы прямой наводкой в Италию. Здесь он собирался основать собственное царство. Победоносные армии понесут на штыках его культ, а он отплатит им славой и коварством. Старый способ, проверенный способ — а старые способы всегда лучше, особенно если они замешаны на крови.

Однако прежде следовало отыскать пифию, чтобы через нее выяснить, где есть свободные войска. Зевс быстро сверился с каталогом прорицателей и узнал, что дельфийская пифия скрывается в Салониках под видом ресторанной банщицы.

В Салониках Зевс упрятал облако мрака в мочевой пузырь и заткнул пробкой, чтоб при случае выпустить снова. Потом пошел на центральную агору и спросил, где найти мойщицу из Главных Бань. Торговец рыбой указал дорогу. Зевс миновал разрушенный колизей, заброшенное ристалище и вскоре увидел, кого искал: согбенную годами старуху с большим черепаховым панцирем — их банщицы употребляют вместо шаек.

Пифии пришлось жить под чужой личиной и прорицать тайно, поскольку церковь запретила ей и ее коллегам заниматься старинным ремеслом. Даже держать питона означало навлечь на себя обвинение в «склонности к противозаконному волхованию древними изжитыми методами». Однако пифия все равно толковала знамения друзьям и некоторым вольнодумным аристократам.

Зевс пришел к ней, закутанный в плащ, тем не менее она узнала его с первого взгляда.

— Я за толкованием, — сказал Зевс.

— О, это счастливейший день в моей жизни, — выговорила пифия. — Думала ли я увидеть лицом к лицу древнего бога… О, только скажите, чем я могу быть полезна…

— Войди в транс и узнай, где есть свободное войско.

— Да, господин. Но ведь ваш сын Феб — бог прорицателей, что бы вам прямо у него и спросить?

— Не хочу спрашивать Феба и вообще никого из этой компании, — сказал Зевс. — Я им не доверяю. Есть же другие боги, кроме нас, олимпийцев, к кому-нибудь да можно обратиться?

Помнится, в мое время тут неподалеку жил какой-то еврей…

— Иегова претерпел некоторые занятные метаморфозы. За пророчествами к нему не обратишься — он строго-настрого запретил себя беспокоить.

— Но ведь есть и другие?

— Есть-то есть, да не знаю, стоит ли приставать к ним с расспросами. Они не такие, как ты, Зевс, ты был доступен для всех. А эти — злые и чужие.

— Пустяки, — сказал Зевс. — Обратись к ним. Не знаю, куда катится Вселенная, если один бог не может попросить у другого пустячного совета.

Пифия провела Громовержца в свою каморку, зажгла священные лавровые листья, посыпала священным гашишем, вокруг разбросала другие священные предметы, вынула из корзинки змею, намотала себе на шею и впала в транс.

Вскоре у нее закатились глаза, и она сказала голосом, который Зевс не признал, но от которого у него волосы на спине стали дыбом:

— О Зевс, посети монголов.

— И что дальше? — спросил Зевс. Пифия прохрипела:

— Конец сообщения, — и лишилась чувств. Когда она очнулась, Зевс сказал:

— Я думал, изречения оракула темны, двусмысленны и косноязычны. Это было произнесено четко и прямо указывает, что мне делать. Тут какое-то новшество?

— Насколько я понимаю, — ответила пифия, — в высших кругах решили отказаться от двусмысленности. Она никого никуда не ведет.

Зевс вновь окутался в облако мрака, оставил Салоники и повернул на северо-восток.

Глава 5

Зевс посетил монголов, которые только что завоевали южную часть Китайской империи, отчего возомнили себя непобедимыми и вполне созрели выслушать его предложение.

Зевс нашел монгольского предводителя в его ставке.

— Ты и твои люди одержали беспримерную победу, завоевали обширную империю, но теперь вы предаетесь безделью. Вы — народ в поисках цели, я — бог в поисках народа. Что, если нам объединиться и посмотреть, может быть, выйдет толк?

— Ты, может, и бог, — отвечал Джегетэй, — да не наш. Зачем тебя слушать?

— Затем, что я думаю стать вашим богом, — сказал Зевс. — От греков я уже почти ушел. Занятный народ, предприимчивый, но с ними каши не сваришь.

— Так что ты предлагаешь?

Вскоре пронесся слух, что передовые монгольские отряды, высоко неся знамена с ячьими хвостами, на рысях спустились с Карпат на просторы Фриули — Венеции — Джулии и проникли в шестнадцатое столетие. Чтобы это устроить, Зевсу пришлось напрячь все свои силы. Проще было бы сразу перебросить войско в пространстве — времени, да лошади бы напугались.

Паника бежала по городам и весям далеко впереди наступающих орд. Близится монгольское нашествие!

Целые семьи грузились на коней, ослов или воловьи упряжки. Другие взваливали на плечи пожитки и пешком устремлялись искать укрытия от преследователей — демонов с плоскими лицами и тонкими черными усиками. Одни бежали в Милан, другие в Равенну. Однако большая часть беженцев стекалась в Венецию, веря в неприступность окружающих ее болот и лагун.

Глава 6

Весть о монгольском нашествии подвигла венецианские власти на экстраординарные шаги. Дож созвал внеочередную сессию совета и предложил некоторые меры. Решено было разрушить мосты на подступах к городу, а затем провести рейд на противоположные берега и конфисковать в округе все лодки, способные перевезти десять и больше солдат. Лодки забрать в город или потопить.

Трудности обороны усугублялись серьезной нехваткой продовольствия. Обычно продукты ежедневно подвозили суда из всех портов юго-восточной Европы и Ближнего Востока. Однако недавние шторма совершенно нарушили морские поставки. Город уже сидел на голодном пайке, и улучшений не предвиделось.