Евгения Петроченко - Весна в стиле фэнтези

— Ну что вы? — не смогла сдержаться я. — Все обойдется. Вы же охрану поставили? Поставили. Вик не дурак, понимает, что лучше для него сидеть дома и не высовываться. Так что все будет хорошо.

— Ага, еще как хорошо, — расстроено сказала Таня. — Ладно, пусть не будет повышения, премии… отпуска, — это её, видимо. Расстраивало больше всего, — но патруль… Я не хочу туда. Ску-ко-ти-ща! Постоянные штрафы, мелкие нарушители беспорядка… И их всех надо ловить, заводить протоколы, вести отчеты… Не хочууу!!!..

Таня пару раз всхлипнула, а потом не сдержалась и заплакала, спрятав лицо в ладонях. Я не нашла ничего лучше, как сесть рядом и успокаивать её, говоря всякую чушь вроде «все образумится», «не расстраивайся», «вот увидишь, Вик будет вести себя пай-мальчиком». Эх, если бы я сама верила в то, что говорила. Не верююю! Не будет всё так гладко!

Константин Сергеевич первый очухался, выглянул наружу и попросил секретаршу принести чай с успокоительным. Через минутку вбежала та грозная бабулька, которая когда-то не хотела соединять меня с КонСером, и, попеременно охая и ахая, налила в маленькую ложечку какую-то жидкость из бутылочки. Напоив этой гадостью Таню (а что это гадость, ясно говорила выражение таниного лица), она попыталась впихнуть это в меня, но я довольно резко ей ответила. Видимо, бабулька меня тоже вспомнила, поэтому приставать не стала и пошла мучить Константина Сергеевича. Тот после непродолжительных попыток уступил и выпил жидкость.

Наконец, все успокоились, сели на диванчик и в полной тишине стали пить чай. Секретарша бесшумно выскользнула из комнаты.

— Я, наверное, пойду. Уроки делать надо, — решила я, поднимаясь с дивана и застегивая куртку.

— Угу, — полувсхлипнула-полуответила Таня.

— Осторожней там. Зеркало всегда носи при себе, — напомнил мне Константин Сергеевич.

Я коротко кивнула, попрощалась и вышла из кабинета. Идя по коридору и вглядываясь в лица беспокойно пробегающих мимо меня людей, я прекрасно понимала, что чувствует сейчас Таня. Так хотеть работать здесь, получить желаемое и провалить задание… Да ладно Таня, она еще молодая! А как быть КонСеру? В обычный патруль? Я представляю, сколько он дослуживался до своей должности, и тут такой облом! Я влюбилось в это место с первых минут пребывания здесь, оно стало мне родным и таким уютным, как дом, и тут такое… Да какой штат? Как я могла мечтать, чтобы меня приняли сюда хотя бы на должность девушки на побегушках? Да мне память сотрут да личное дело в мусорное ведро выкинут!!! Размечталась!

Я дошла до зеркала, перенеслась в холл на первом этаже и пошла к Главной площади. Всю дорогу я пыталась сосредоточиться хоть на чем-нибудь, но мысли теснили друг друга, напрыгивали одна на другую и всячески мешали приведению мозгов порядок.

Из ступора меня вывел звонок.

Я долго пыталась сообразить, что это такое, потом не могла найти мобильник в карманах куртки, но в результате (гудков через десять) все было найдено и прислонено к уху.

Странно… Незнакомый номер.

— Алло, — сказала я привычную фразу.

— Привет! — бодрый голос. Знакомый… Сердце подпрыгнуло и начало колотиться с бешеной скоростью. — Не узнала?

— Ннееет, — проблеяла я, хотя как я могла не узнать владельца этого неторопливого, немного ироничного голоса?

— Это Вик. Одноклассник, — пояснил он. Мне почему-то казалось, что Вик улыбается.

— Ааа… — только и смогла промычать я.

— Ты сейчас не занята?

Я? Занята? Для тебя я всегда свободна!!! Я тупо остановилась в шаге от зеркала, боясь дышать.

— Я?..ммм… нет, — невразумительно ответила я, глядя на выходящих из зеркала людей и не только. И тут… тут из зеркала прямо на меня шагнул… Кирилл. Толкнул, потом попридержал, чтобы я не упала, пробормотал «извините», посмотрел мне в лицо и отшатнулся.

— Ой, — только и сумел вымолвить он после извинения. Перевел ошарашенный взгляд на толпу, потом снова на меня.

— Свет, ты ещё тут? — в третий раз спросил Вик.

— Я… тут… — ответила я, не отрываясь глядя на Кирю, — извини, я сейчас немного занята, — почему-то прошептала я, отключая связь.

— Ничего страшного, — это я уже Кириллу. Он кивнул и пошел прочь, периодически оглядываясь.

Странное поведение… У него было такое лицо, словно он приведение увидел, а не девушку. Что во мне такого страшного? Не мог же Киря узнать меня, в самом деле? Я его ни разу не видела как Света! Откуда друг Вика мог меня знать?

Размышляя, я шагнула в зеркало к себе в комнату. Разделась на автомате и пошла есть шоколадку — лучшее успокоительное на свете. Даст фору любой валерьянке. Ну за что мне это? Вечно влипаю во всякие неприятности! Кирю увидела — раз, Вик звонил, а я вела себя как дура и что-то мычала — два, этот же герой может выкинуть какую-нибудь глупость и пострадать — три, ЕГЭ плохо написала — четыре, опять же с Виком ничего не ясно после поцелуя — пять, мы всё никак не поговорим, да и он, видимо, не горит желанием — шесть… блин, а вдруг он звонил именно затем, чтобы поговорить? А я… я… надо же быть такой… тупицей, мягко скажем… Миленько… Ничего не скажешь…

Растравив себе душу, отправилась пить чай с печеньем, дабы угробить фигуру окончательно и потом поливать слезами отсутствие силы воли…

Нет, так дело не пойдёт. С этим решением я отправилась проветривать голову. Одела джинсы, теплый свитер, куртку с шапкой, вставила наушники в уши и пошла гулять в скромном одиночестве. Ритка обидится, я снова ей не позвонила и вот уже неделю не хожу с ней гулять. Но меньше всего на свете мне хотелось кого-либо видеть.

Тусклый свет лампы в подъезде, медленный лифт с его обрисованными стенами с стершимися цифрами на кнопках, прохладный воздух, заходящее солнце, затянутое тучами небо… Пасмурно, слякотно, ноги намокают после второго шага, но по-настоящему. Настоящая весна, настоящий март, а не майское тепло Главного. Я вдохнула воздух и поняла, что не променяю мой родной город ни на Главный, ни на Москву, ни на Питер, и плевать, что из них круче, я всё равно всегда буду любить этот фонарь с вечно перегоревшей лампой, эти малоэтажные дома из старого кирпича, тихие маленькие кафе и пиццерии без претензии на столичный блеск, хмурые лица прохожих, возвращающихся с работы, проносящиеся маршрутки, так и норовящие обрызгать водой из луж всех, кто проходит рядом в радиусе двух метров… И пусть нет зеркал, нет таких крутых ночных клубов и супермаркетов с волшебными травами, пусть нет рядом Вика с его легкой улыбкой и смеющимися глазами… Пусть. Главное, чтобы он был здоров, счастлив и жил в том мире, в котором привык и который ему милее. А я буду жить в своем.