Энн Маккефри - Белый дракон

Джексом кивнул. Нет, никогда он не признается, что замешан в этом деле. Хорошо еще, что он не проболтался Лайтолу о своем приключении. Никто не должен знать, что это он, Джексом, вернул яйцо. И особенно Лесса. Он послал мысленный приказ Рут'у, но тот сонно пробубнил, что слишком устал, чтобы кому-то о чем-то рассказывать, и вообще дадут ему наконец спокойно поспать?

— Ты прав, — сказал Джексом в ответ на слова Робинтона. — Я понимаю, что сейчас необходима чрезвычайная осторожность.

— Есть еще кое-что… — на подвижном лице Робинтона отразилась глубокая печаль; он помолчал, подыскивая нужные слова. — Обстоятельство, которое со дня на день еще больше осложнит и без того нелегкую ситуацию, — он коротко глянул на Н'тона. — Я говорю о Д'раме.

— Полагаю, Робинтон, что ты не ошибаешься, — произнес бронзовый всадник. — Вряд ли он останется предводителем Вейра, если Фанна умрет.

— Если? Боюсь, что правильнее будет сказать «когда». А судя по тому, что мне поведал мастер Олдайв, чем скорее это случится, тем милосерднее поступит судьба по отношению к ним обоим.

— Я и не знал, что Фанна больна, — произнес Джексом, а мысли уже умчались вперед, к печальному событию, которое неминуемо последует за смертью Фанны, — ее королева Мират'а добровольно уйдет из жизни вслед за своей всадницей. О гибели королевы будут скорбеть все драконы — и Рамот'а. И Лесса тоже!

Лайтол помрачнел, как случалось всякий раз, когда что-то напоминало ему о гибели его дракона. А Джексом, расправившись с остатками самолюбия, окончательно смирился со своим предстоящим ученичеством — нет, никогда больше он не станет подвергать Рут'а такой опасности!

— Фанна тихо угасает, — продолжал Робинтон, — ее съедает болезнь, которую ничто не может остановить. Мастер Олдайв сейчас с ней, в Исте.

— Да, его файр позовет меня, когда он соберется уезжать, — сказал Н'тон. — Д'рам может рассчитывать на меня.

— Ох уж эти файры, — задумчиво проговорил Робинтон. — Еще один камень преткновения в Бендене, — он взглянул на бронзового, мирно дремавшего у него на плече. — Там, на площадке Рождений, я чувствовал себя как-то неуютно — из-за того, что со мной не было Заира. Честное слово! — Он снова взглянул на притихшего бронзового, потом на Триса, сонно жмурившегося на плече у всадника. — А ведь они утихомирились!

— Потому что Рут' здесь, — сказал Н'тон, поглаживая своего Триса. — С ним они чувствуют себя в безопасности.

— Дело не в этом, — заметила Менолли, не спуская глаз с лица Джексома. — Они и при Рут'е не могли угомониться. Это дикое беспокойство улеглось только сейчас. Они больше не видят яйца! — Арфистка скосила глаза на свою маленькую королеву. — И я думаю, что это вполне объяснимо. Запечатление прошло благополучно, и то, чего они так боялись, не произошло. Или, — она неожиданно взглянула на Джексома в упор, — все-таки произошло?

Джексому ничего не оставалось, как только изобразить на лице искреннее недоумение.

— Так ты считаешь, Менолли, что они волновались из-за королевского яйца? — спросил Робинтон. — Жаль, мы не можем сказать Лессе, как они переживали. Это хоть как-то оправдало бы файров в ее глазах.

— А я думаю, — сердито бросила Менолли, — что их уже давно нужно было призвать к порядку!

— Но, дорогая моя девочка… — Робинтон был явно растерян.

— Я говорю не о наших, мастер Робинтон. Они доказали, что могут приносить большую пользу. Просто слишком многие относятся к ним спустя рукава и не считают нужным воспитывать, — она как-то странно засмеялась. — Вот и Джексом может подтвердить. Они так допекают Рут'а, что он вынужден прятаться от их назойливого внимания в Промежутке. Верно, Джексом?

Было в ее настойчивом взгляде нечто такое, что ставило юношу в тупик.

— Не могу сказать, чтобы они всегда докучали Рут'у, — осторожно сказал Джексом, вытягивая под столом длинные ноги, — но ты же знаешь, Менолли, у каждого бывают минуты, когда хочется побыть одному.

Лайтол понимающе хмыкнул, и Джексом понял, что Бранд поделился с управляющим своими подозрениями насчет Кораны.

— Зачем? Чтобы жевать на пару огненный камень? — ухмыльнулся Н'тон.

— Вот, значит, чем вы занимались, отправляясь в другое время! — широко раскрыв глаза, воскликнула Менолли; лицо ее светилось невинным и лукавым любопытством.

— Можно сказать и так.

— А что, файры действительно осложняют вам жизнь? — заинтересованно спросил Робинтон.

— Видишь ли, мой господин, — ответил Джексом, — где бы мы ни очутились, каждая ящерица в округе считает своим долгом поглазеть на Рут'а. Обычно он не возражает — файры развлекают его, пока я занят делами холда.

— А они случайно не говорили Рут'у, что их так взбудоражило? Ты-то сам знал про их видения? — Робинтон подался вперед, с нетерпением ожидая, что скажет Джексом.

— О том, как драконы сжигают ящериц? И еще непонятное черное пятно и яйцо? Да, они чуть не свели Рут'а с ума своим вздором, — ответил Джексом. Он нахмурился, как бы озабоченный невзгодами своего друга. В сторону Менолли он старался не смотреть. — Но теперь, судя по всему, все прошло. Наверное, суматоха была вызвана кражей яйца. Молодая королева благополучно появилась на свет, и ты сам видишь, что они утихомирились и больше не мешают Рут'у спать.

— А где ты был во время Запечатления? — Менолли так неожиданно атаковала Джексома, что Н'тон и арфист с недоумением переглянулись.

— Где? — засмеялся Джексом, потрогав обожженную щеку. — Сражался с Нитями — где же еще?

Его находчивый ответ поставил Менолли в тупик, и она сконфуженно замолкла, зато Робинтон вместе с Н'тоном и Лайтолом втроем набросились на него, упрекая в безрассудстве. Он, не споря, выслушивал их нравоучения, спасавшие его от проницательности Менолли. Эта девчонка стоила всех троих… Значит, она все-таки что-то заподозрила. Джексому хотелось открыться ей. Из всех близких она была единственным человеком, которому он мог полностью доверять. Но он знал — будет гораздо разумнее, если все поверят, что яйцо вернул всадник из Южного. Это мучило его; с каким бы облегчением, с какой радостью он все рассказал бы Менолли… да и Н'тону, пожалуй, тоже.

Подали угощение, и разговор снова вернулся к огненным ящерицам.

Стали обсуждать, чего от них больше, пользы или беспорядка, и наконец Джексом понял, что в этом вопросе все придерживаются единого мнения. Вот только как умиротворить Рамот'у и Лессу?

— Рамот'а скоро сама забудет о своей неприязни, — сказал Н'тон.

— Зато Лесса не забудет, так что я сомневаюсь, стоит ли посылать Заира в Бенден-Вейр.