Альберт Максимов - Путь Сашки. Книга четвертая

Через пару часов Сасон и храмовник уже ехали на север. Вечером, когда уже стемнело, и они разожгли костер, жрец осмелился задать вопрос.

— Хак, послезавтра мы пересечем границу с Ларском. Ты не боишься, что нас убьют? Ведь уже несколько групп храмовников не вернулось.

— И один жрец, — прохрюкал орк. — Ты это имел в виду?

— Да.

— Через ларские земли мы пойдем ночью. К тому же там после победы над Аларесом расслабились, да и Ксандр сейчас находится или в замке или в городе. Мы же пойдем проселочной дорогой. Там и днем мало ездят.

— А если мы не пройдем, что будет с походом на Ларск?

— Он все равно состоится. Зук уже должен быть на месте. Мы только его подстраховываем.

— А разве Зук не мог попасться этим ларцам?

— Он прошел через пиренские земли.

— А Черный Герцог знает о походе?

— Еще рано. Он нам сейчас не нужен.

— А когда будет нужен?

— Ты слишком любопытен.

— Но я хотел уяснить, как мне вести, если встретятся люди.

— Как? Ты жрец, а я тебя сопровождаю. Ведь мы, храмовники, ваши слуги, — орк довольно захрюкал

— Но позволь спросить, сколько всего будет орков?

— Много. Пятьдесят или шестьдесят тысяч.

— Так много? — ахнул Сасон.

— Они последнее время хорошо размножались.

— Но Ларск большой город и там сильное войско. Половина орды может погибнуть под его стенами. А если они еще и разбредутся по графству, то потери будут очень большими.

— Переживаешь за них? Или за себя? Боишься умереть?

— Нет.

— Нет?

— Боюсь, но ведь это разумно.

— Разумно. После уничтожения Ларска мы вернемся обратно в храм. А о погибших орках не беспокойся. Вся восточная сторона Ларского графства превратится в пустыню. Они сделают свое дело. Орк сделал свое дело — орк может умереть. В становищах много молодняка и детенышей. Через пару лет они почти восстановят численность. Орки, в отличие от людей, вырастают быстро.

К середине третьего дня пути они подъехали к ларской границе. Как таковой границы не существовало. Вот это поле принадлежит каркельскому рыцарю, а за тем леском уже земли ларского барона. Сам же лес ничейный, каждый может им пользоваться, но с опаской, как бы с другой стороны не захотели выкрасть смельчака.

— Через лес на ту сторону пойдем, как стемнеет. Тогда сейчас привал. До вечера нужно выспаться.

Они свернули в лес, найдя низину, которая скрыла их вместе с конями от чужих взглядов, и расположились на отдых. Проснулись еще засветло. От криков, раздавшихся неподалеку. И орк, и жрец с опаской достали мечи, поднялись наверх и стали высматривать источник шума. Два молодых парня что — то делали у деревьев.

— Что это они? — тихо спросил орк.

— Блюдца вешают. Сок будут собирать.

— Какой сок?

— Березовый. Ох, вкусный!

— Вкусный, говоришь? Это хорошо. Свежее мясо совсем рядом, а то вяленое старье как — то приелось.

— Ты что, хочешь их съесть?

— Одного. Но убить надо обоих. Когда их хватятся, мы уже будем далеко отсюда.

— Но это опасно. А если здесь еще кто — то?

— Тогда тебя схватят и повесят.

— Как? Здесь еще Каркел.

— А они на той стороне леса повесят. Если не хочешь болтаться на дереве, ты сделаешь всё, как я скажу.

— Может быть, все же обойдешься вяленым мясом?

— Нет, я хочу свежего. С кровью. Поэтому сейчас ты выйдешь и направишься к ним. Встанешь так, чтобы они повернулись ко мне спиной. Когда я выскочу, ты убьешь ближнего к себе.

— Но он молодой, убежит. Я его не догоню.

— Не убежит. Он не успеет. А если убежит, то тебя поймают и повесят. Иди.

Сасон с трудом совладея с дрожью в руках, вскарабкался из лощины наверх и на ватных ногах направился к парням. Да они еще совсем молодые. Вон тот еще совсем подросток. Парни, разинув рты, смотрели на непонятно откуда появившегося жреца, а тот, пройдя еще дальше, заставил их повернуться к нему лицом, а к Хаку, готовящемуся выпрыгнуть из лесной лощины, спиной. Сасон приблизился к младшему из братьев, а то, что это были братья, было очень заметно.

Вот с рычанием выскочил Хак, парни повернули к нему головы, а Сасон, достав кинжал, шагнул к младшему. Хак, бросившийся на старшего из братьев, повалил парня на землю и вонзил клыки в его шею. Брызнула алая кровь, и орк, урча от удовольствия, стал ее жадно пить. А Сасон вонзил кинжал в спину младшему, тот изогнулся и упал на землю.

Когда орк насытился горячей человеческой кровью, он повернул свою довольную и измазанную морду к жрецу.

— А ты боялся. Все вы жрецы такие. Выводи лошадей, этого, — орк кивнул на убитого им парня, — грузим и едем.

— Может младшего, он легче, а лошадь и так перегружена. Или может, отрезать голову и быстро освежевать, а то они какие — то костлявые, а кости тяжелые.

— Глупец. Тогда сразу догадаются, чья это работа. А так найдут одного твоего с раной в спине, подумают на разбойников. Решат, что одного убили, а второго продали в рабство. Никто искать не будет. И брать с собой надо моего, с разорванным горлом оставлять здесь нельзя. Хорошо бы и второго взять, но лошади, точно не вынесут. А жаль, ты прав, костлявые они, мяса мало. Но зато свежее…

Труп убитого парня Хак освежевал только утром следующего дня, когда они свернули с проселочной дороги в ближайший лес. Теперь они ехали по ларским землям, и уже следовало опасаться встреченных людей. Не дай Великий Ивхе нарваться на аристократа или солдат. Поймают и убьют. Храмовника на месте, а Сасона чуть позже, отправив в качестве подарка в Ларск. Из — за ночной темноты и плохой дороги, скорость движения упала значительно.

На исходе пятого дня поездки через ларские земли, место, где они устроили привал, окружили солдаты во главе с каким — то аристократом. Храмовник сразу же упал, распластавшись на земле, показывая всем своим видом покорность людям, а Сасон побледнел и только смог выдавить из сковавшего спазмом горла:

— Не… надо… нет.

— Хороший подарок для нашего виконта! — радостно воскликнул аристократ.

— Нет, нет, нас нельзя, у нас важная миссия, — смог сказать жрец.

— Куда? — спросил аристократ.

— На север, к оркам.

— Что?!

— Сейчас весна, они голодные, мы каждый год по весне туда ездим, иначе они обязательно кинутся на человеческие земли. Это же дикие орки, — увлеченно врал жрец.

— И как ты это делаешь?

— Не я, а вот этот, через него. Они его слушаются. А он их стравливает, и орки режут друг друга, утоляя зимний голод. Девять лет назад наш жрец не дошел до орков. На него напали разбойники. Вспомните, как в тот год сюда прорвалась большая орда. Если мы не успеем, то в этом году все может повториться, — продолжал вдохновенно врать жрец. А аристократ, кажется, стал верить.