Ян Ирвин - Врата трех миров

— А не было ли… проблем после того, как он… вернулся без меня?

— Это выглядело нехорошо — он вернулся, а ты нет. — Таллия не стала продолжать.

Карана ходила по комнате взад и вперед. Наконец она присела на корточки прямо перед Таллией.

— Ты мне что-то недоговариваешь. С ним хорошо обращались? Ты сказала, его нашел Мендарк?

У Таллии был смущенный и пристыженный вид.

— Когда вырвался транкс и напал на нас, Лиан отстал от нашего отряда и чуть не замерз насмерть, а его ноги сильно пострадали от оков.

— Его бросили — одного, в цепях — в такую ужасную ночь? — прошептала Карана. — О Таллия, неужели всем было безразлично, что с ним будет? — Карана прикрыла лицо руками, переживая все, что пришлось пережить Лиану, с такой остротой, как могут только чувствительники.

— Я не стану оправдываться. Когда появился транкс, воцарился хаос.

— Продолжай!

— Затем нас атаковал лорск. Карана, у меня ушло бы полночи, чтобы рассказать о всем, что случилось до того, как мы наконец добрались до Готрима. Но Лиан уже шел на поправку, когда мы с Шандом отправились в путь.

— И ты оставила его на попечении Иггура и Мендарка? Его врагов?

— Многое переменилось.

— Не очень! — холодно возразила Карана. — Учти, Таллия: тот, кто причинит вред Лиану, — мой враг. Я уйду на рассвете, какой бы ни была погода. Счастливо оставаться!

15

РЕАЛЬНОСТЬ И ИЛЛЮЗИЯ

Карана замкнулась, размышляя о страданиях Лиана. Она отвечала на вопросы Таллии лишь междометиями и кивками. Через некоторое время Таллия отступилась, и они шли в напряженном молчании часами.

Погода была прескверная. Солнце ненадолго выглянуло на рассвете, но потом ветер переменил направление, и с запада принесло дождь со снегом.

Всю ночь мело, и теперь в лесу свежевыпавшего снега было по колено, он пушистым одеялом скрыл кочки, поваленные деревья и овраги. И хотя Карана с Таллией шли быстрым шагом, казалось, они совсем не продвинулись. Они очень устали. Но проверить, как далеко им еще до Готрима, не представлялось возможным: куда бы они ни посмотрели, все выглядело одинаковым.

— Мы заблудились, — сказала Карана, выйдя из своей задумчивости.

Теперь они продвигались очень медленно, утопая в мягком снегу, и вдруг Таллия налетела на валун, ободрав себе ногу.

— Ой! — вскрикнула она, закатывая штанину и рассматривая порез. — Какой странный камень! — Таллия счистила снег, и под ним обнаружился каменный шестиугольник.

Стряхнув в него снег, они поняли, что это была колонна, походившая на обелиск с плоским верхом. На каждой стороне виднелись надписи — имена и даты.

Карана начала читать надписи вслух: «Здесь пали Тартим и Тартам, Хьюлия и Далан, Мелусинта и Бирн. Да будет проклято имя Базунеца и его деяния вплоть до седьмой вечности».

— Мелусинта! — повторила Таллия. — Это похоже на твое второе имя — Мелузельда. Она не?..

— Она была одной из семерых внуков Базунеца, — с дрожью в голосе сказала Карана. — Они все — его внуки. Как-то все вместе они пошли сюда в лес на пикник. Старшему было всего семнадцать. Шестеро из семерых здесь погибли — их растерзала горная кошка. Так гласят семейные предания.

— Тогда почему же здесь проклинают Базунеца?

— Понятия не имею. Это было давно. Когда я изучала предания моей семьи, об этой очередной трагедии нашей семьи мало что было известно. По крайней мере, теперь я знаю, где мы находимся. Пошли!

Но когда они снова двинулись вперед, мысли Караны вернулись к детям, устроившим пикник в лесу. Она хотела понять, что же случилось с ними на самом деле. Карана чуть ли не слышала их крики о помощи, ощущала их ужас. Горные кошки здесь почти не водились, и они никогда не нападали столь яростно и без повода. Вспомнив статуи, увиденные в Каркароне, Карана почувствовала, как мороз пробежал у нее по коже. Что выпустил Базунец?

Еще через несколько часов они заметили, что дорога стала идти под уклон. Земля была изъедена оврагами. Пошел сильный снег.

Наконец Карана резко остановилась:

— Это безумие! Я хорошо знаю этот лес, но я понятия не имею, где мы находимся.

Таллия указала на восток:

— Если мы будем спускаться под уклон, то рано или поздно выйдем на опушку.

Однако чем дольше они шли в выбранном направлении, тем гуже становился лес. Теперь им уже приходилось протискиваться между стволами.

Склон стал круче.

— Тут, несомненно, должна быть опушка! — раздраженно воскликнула Карана. — В этом месте весь лес имеет в ширину пол-лиги. Мы могли бы пройти его насквозь за час-другой.

— Посмотри! — указала пальцем Таллия. — Открытое место. Наверно, мы почти пришли.

— Я не помню это место! — Карана, которой не терпелось оказаться дома, пролезла мимо нее.

— Я чувствую себя полной дурой, — сказала Таллия. — Я здесь проходила только вчера.

— Это очень старый лес. Не думаю, чтобы тут срубили хоть бы одно дерево со времен Базунеца. Это всегда казалось мне странным. Мой отец часто об этом говорил. — И Карана прибавила шагу.

Протиснувшись между последними стволами — для чего ей пришлось снять с плеч рюкзак, — она оказалась в небольшой лощине, имевшей форму чаши. Снег был белый и гладкий, и на нем не было ни одного следа. Ручеек, вдоль которого они двигались, в центре лощины впадал в овальное озерцо и, минуя его, бежал дальше. И ручеек, и озерцо замерзли и походили на чашку с ложкой.

— Как странно, — заметила Карана, настолько заинтересовавшись этой картиной, что даже не обратила внимание на то, что по другую сторону лощины стволы стояли еще теснее.

Она обернулась к Таллии, шедшей позади.

— Это странно… — начала она, но Таллии нигде не было видно. Карана оглянулась — следы Таллии выходили из леса. Мурашки забегали по спине Караны.

— Таллия! — позвала она.

Никакого ответа. Бросив рюкзак на снег, Карана прошла по следам Таллии обратно к лесу. Однако деревья сблизились еще теснее, и теперь Карана даже не могла просунуть между стволами голову. И тем не менее там отчетливо были видны следы!

— Таллия!

Карана сделала несколько шагов вправо — туда, где роща казалась пореже, однако здесь так же невозможно было пройти, как и всюду. Карана побежала обратно. И того хуже!

— Таллия! — в отчаянии крикнула она.

Деревья приглушали ее голос. Карана вопила изо всех сил, но выходил лишь испуганный писк. Черные тучи закрыли свет, поляна стала серой и зловещей. Высоко наверху тонкие ветки разрезали небо на тускло-коричневые треугольники.

Карана уселась на свой рюкзак, пытаясь думать. «Такие вещи не случаются сами по себе. За этим кто-то стоит. Но кто?» Она резко обернулась, словно кто-то шепчется у нее за спиной. Однако там никого не было.