Ксения Чайкова - Светлым по Темной

— Индюк тоже думал, да в суп попал, — хмуро процедила я сквозь зубы, отходя подальше от злорадствующей делегации, обозлившись и не на шутку обидевшись. Скажите пожалуйста, думали они! А языка нет спросить?! Впрочем, это же светлые, что с них возьмешь…

Ненависть, успевшая расправиться со своим ужином, шаловливо поддела меня, мрачно сидящую под деревом, носом, стараясь развеселить и утешить. Я снисходительно потрепала восхищенно жмурящуюся морду и невольно улыбнулась. Как хорошо, что я не пожалела денег на покупку яйца валерисэн! Теперь у меня есть отличное ездовое животное и верная подруга. Ненависть, словно подтверждая эти мысли, улеглась рядом, положив голову мне на колени, временами шумно вздыхая и сопя.

— Эй, Дивена! Ты это… ну, поешь, что ли? — смущенно раздалось над ухом. Я удивленно повернула голову и узрела Айлайто, сконфуженно протягивающее мне свою тарелку. — Ты не злись, мы и вправду решили, что ты птицей обойдешься, никто и не думал обижать тебя, честно!

— А не спросили почему? — тихо поинтересовалась я, почесывая шею Нены и не делая никакого встречного движения, чтобы взять тарелку. — Лень было? Язык отвалится? Или вы считаете, что за каждое слово, которым вы обмолвитесь с темной, ваши боги покарают, как за отдельный грех?

— Ну что ты несешь? — досадливо поморщилось эльфо, усаживаясь рядом и заплетая ноги в сложное положение, по конфигурации здорово напоминающее кукиш. — Понимаешь, мы темных-то впервые только на этих землях и увидели. А до этого разве что Шерринар, кажется, с кем-то из ваших искусников и общался. Поэтому как вести себя, мы попросту не знаем.

— А как со своими, светлыми, — подсказала я. — У них-то вы наверняка бы поинтересовались, хватит ли им птички, или нужно угостить чем-то более существенным.

— Ну, придумаешь тоже, как со своими, — недоверчиво вытаращило глаза Айлайто в шоке от подобного святотатственного предложения. — Ты еще скажи, что к тебе как к светлой эльфице относиться нужно!

— А что? — вскинулась я. — Почему нет?! Корона у вас упадет, если со мной нормально обращаться будете? Чем я хуже ваших остроухих девчонок?!

Айлайто потрясенно расширило и без того уже едва не вываливающиеся из орбит глаза и бестолково затрясло остроухой головой. Глобализм моего заявления никак не мог найти дорогу до эльфийского сердца. Я, поняв, что светлых не переубедить, во всяком случае моими силами, встала и с очень гордым и независимым видом переместилась под другое дерево. Нена, посвистывая что-то удивленно-вопросительное, переползла следом, изгибаясь, как настоящая ящерица. Я улеглась, положив голову ей на хвост, и бездумно уставилась в постепенно наливающееся чернотой небо. Шерринар, изредка посматривая на меня, шептался со своими учениками, Впрочем, судя по тому, что вскоре парень и девушка под руководством светлого искусника начали отрабатывать какие-то пассы и заклинания, ко мне их разговор имел самое косвенное отношение. А вот Айлайто вскоре все-таки поднялось и перешло ко мне, бестолково вставив перед собой многострадальную тарелку с уже остывшей кашей.

— Ну, может, ты все-таки поешь?

— А что мне за это будет? — нахально вопросила я, косясь эльфо одним глазом.

Оно оторопело от подобной наглости и бестолково захлопало длиннющими светлыми ресницами, силясь выдумать остроумный или уничижительный ответ. Естественно, не смогло, поэтому просто протянуло руку и передвинуло тарелку мне под нос. Я слегка поморщилась:

— Не нужны мне объедки, благодарствую.

— Да я… от всего сердца… А ты так… Шерринар прав: ты просто капризная, вздорная, избалованная темная девчонка, которую мало в вашей жуткой Школе розгами лупили! — начало задыхаться остроухое чудо природы, оскорбившись до самой глубины своей светлой души. Но каша от сердца — это интересно! Может, стоит перестать кривляться и попробовать этот оригинальный продукт? Хотя я бы предпочла кашу от мышц и печени — там-то мяса побольше, а то что там сердце — на один зуб.

Эльфо насмерть оскорбилось и, прихватив свою тарелку с отвергнутой мною кашей, не скрывая возмущения, уползло поближе к Шерринару и его ученичкам — наверняка шипеть, плеваться и жаловаться на вероломство и невоспитанность темных. Судя по возмущенным взглядам, коими я вскоре была обстреляна с ног до головы, душераздирающий рассказ Айлайто нашел живейший отклик в светлых сердцах слушателей. Подумаешь! Я демонстративно фыркнула и повернулась к ним спиной, продолжая использовать хвост Ненависти в качестве подушки. Теперь перед глазами были всякие былинки-травинки и бегающие по ним муравьи. Я рассеянно следила за юркими насекомыми, похожими на вытянувшиеся зерна мака, пока не начала задремывать. Впрочем, светлые были бы не светлыми, если бы оставили меня в покое и не попытались наставить на путь истинный.

Первым, как ни странно, выступил Айрэк. Парень бесшумно, как огромный рыжий кот, подкрался ко мне и уселся рядом. К счастью, я хоть и не услышала, но очень четко почувствовала, как ко мне кто-то приближается. Поэтому тихое: «Дивена-а…» над ухом неожиданностью не стало и подпрыгнуть не заставило.

— Чего тебе? — нарочито лениво и сонно поинтересовалась я, поворачиваясь к Айрэку. Наверное, я уж слишком выгнулась, потягиваясь, отстегнутый клапан рубашки, открывающий правое плечо с цеховым знаком, сместился ниже и интригующе встопорщился. Парень старательно отвел взгляд, продолжая краем глаза коситься в мою сторону, делая вид, что он тут ни при чем, зато Инната, сидящая у костра и внимательно наблюдающая за действиями своего благоверного, взвилась так, будто ее вурдалак за пятую точку хватанул. Я поспешила принять сидячее положение и на всякий случай скрестила руки на груди, дабы не быть заподозренной в попытках соблазнить Иннатиного женишка. Кстати, странные у них какие-то отношения, больше похожие на давнюю дружбу, чем на влюбленность. Вернее, со стороны Иннаты, Айрэк-то, кажется, наглядеться-нарадоваться на светлую девчонку не может, прямо завидно иногда делается. И ведь оба младше меня, а поди ж ты — уже жених и невеста. В Темной Школе магических искусств подобные

серьезные отношения не поощрялись — считалось, что школяры об учебе, а не о делах сердечных должны думать. Вот окончат сие достойное учреждение образования, отработают, сколько положено — тогда да, пожалуйста. Хоть по пять раз в год бегай в храм да венчальную молитву твори. Не то чтобы эти постулаты так уж помогали студиозусам во время отчаянных попыток не сломать зубы о гранит науки, но факт остается фактом — женихов-невест среди школяров было мало, на нашем потоке к концу десятого курса сформировалось не более трех пар, да еще один парень подыскал себе суженую где-то на стороне.