Виктория Бесфамильная - Баба-Яга на договорной основе (СИ)

Примерно через час, после того как я выпроводила из своего дома Лешего и навела порядок на маленькой кухне, я перешла к главному в списке своих дел: вызвала на связь Кощея.

— Доброе утро, — улыбнулся он мне во все тридцать три зуба самой очаровательной своей улыбкой. — Надеюсь, ты отдохнула?

— Надейся, — я решила не поддаваться на провокацию и держать оборону.

— Как поговорила с Гамаюн? Надеюсь, она тебе понравилась?

— Очень. Очаровательная девушка, очень милая. А какая сознательная, не чета некоторым.

— То есть? — лицо собеседника выразило легкое удивление.

— То есть ее интересует моральная сторона вопроса. Гамаюн хочет гарантий, что повсеместная огласка секрета существования молодильных яблок не всколыхнет не слишком добрые умы и в конечном итого не приведет к большим волнениям и неприятностям, чем возможное воцарение на троне Берендея недостойного наследника.

— Ты хочешь сказать, что она отказывается?

— Я хочу сказать, что ей нужны гарантии высокой моральности и необходимости данного сообщения. Она не хочет быть причиной очередной смуты, и я ее понимаю и даже поддерживаю.

— Да ты как нечистая сила должна всеми руками быть за смуту, — возмутился Кощей.

— Начнем с того, что я мылась, поэтому если я и сила, то чистая. А во — вторых, я за собственный покой и безопасность. И коль скоро эти понятия со смутой не совместимы, то я против. А если ко мне еще и каждый день толпы молодцев приходить будут в поисках молодильных яблок, то я вообще против всей этой затеи. Так что я тебе сказала, дальше сам думай. Конец связи.

Крайне довольная я щелкнула пальцами, разрывая связь, и строго настрого запретила яблочку отвечать на вызовы Кощея в ближайшие сутки. Месть, даже такая мелкая и мелочная, сладка. А затем я принялась за изучение инструкции для начинающей бабы — яги. И читать я ее села вовсе не для того, чтобы найти между строк спрятанные от меня тайные знания. Инструкция была написана довольно четким и лаконичным языком, ясно и понятно, без всяких двусмысленностей и намеков. Было понятно, что составители инструкции при ее написании исключили самую возможность возникновения у читающего ее подозрений о наличии каких‑то тайн и секретов, которые надо искать. Вполне логичный подход: давая в руки обезьяне гранату, не только не объяснять ей, как выдернуть чеку, но даже и не упоминать о существовании чеки в природе. Я позицию составителей данной инструкции вполне разделяла. Поймите меня правильно, меня вовсе не прельщала мысль о мировом господстве, власти над умами народов и устрашении мира. Я дитя современного города, привыкшее к удобствам в квартире, возможности выхода в интернет и шаговой доступности развлечений в виде кино и театров. Дитя изнеженное и к диким лесам не привыкшее. И таким я и планировала остаться. Возможно, кончено, что навыки ведьмы — убийцы могли бы мне пригодиться и в современном цивилизованном мире, но честно говоря, я не планировала по возвращении домой вести жизнь, в которой эти навыки были бы нужны, а потому и смысла в их приобретении не видела. Меня интересовал более насущный вопрос: вопрос моих прав и обязанностей, то есть, кого и когда я могу послать куда подальше, а кому помогать обязана. А для этой цели изучение контракта не подходило по той причине, что расписанные там многочисленные мои обязанности были несколько расплывчаты и туманны и могли включать все, что угодно при надлежащем толковании, которое меня в принципе не устраивало. А потому я читала инструкцию, чтобы понять, что же, по мнению своих работодателей, я должна уметь делать. Все просто: если я это делать умею (или чисто теоритически должна уметь делать), то делать это мне придется, а если ничего такого в инструкции не указано, то я смело могу отправлять вопрошающих идти своей дорогой дальше, особо не заморачиваясь. И главное ни у кого никаких претензий возникнуть не может, во всяком случае, претензий обоснованных. Красота.

— Я придумал, как нам справиться с этой проблемой — заявил Кощей прямо с порога, даже не постучав для вежливости.

Я пригорюнилась и заметила, кроме белозубой улыбки, еще и маленький прыщик на подбородке. Нда, определенно мое недавнее путешествие несколько притупило мое восхищение этим красавцем. Не понятно только это хорошо или плохо. С одной стороны хорошо: до потери мозгов восхищаться чужим мужем малоприятно и вредно, постоянно норовит развиться депрессия. С другой стороны: а не признак ли это моего полного очерствения и плотного вхождения в образ? В образ входить не хотелось, тем более, что был он при любом, даже самом радужном раскладе, малоприятным и нормальных людей отталкивающим. Конечно, круто дружить со Змеем Горынычем и Лешим, но вот когда дружишь только со Змеем Горынычем и Лешим, это уже повод призадуматься. Впрочем, вдохновленный решением Кощей на мои терзания внимания не обратил и, усевшись за стол (хотя его никто не приглашал), начал излагать мне свой план.

— Я тут долго думал, как можно минимизировать риски для общества, тем более что после некоторого обдумывания не могу сказать, что позиция птицы Гамаюн лишена оснований, и решил, что самым лучшим вариантом будет создание искусственных условий для прохождения квеста.

В ответ на эту очень умную тираду я зевнула и похлопала ресницами.

— Все очень просто. Мы создадим для сыновей царя Берндея контролируемую среду. И настоящее местонахождения молодильных яблок раскрывать не будем. Я думаю самым лучшим в нашем случае будет привлечь Серого Волка. Он зверь разумный и обстоятельный, заодно и счастливчика — царевича проконтролирует и следы запутать поможет так, что никто не найдет. Чтобы сразу стало понятно, что дело это не простое и без помощи не справишься.

— Молодец. Я в тебя всегда верила, знала, что ты найдешь решение. Желаю удачи, расскажешь, как все пройдет.

— Что значит расскажешь как пройдет? — удивился Кощей. — Ты что не собираешься мне помогать?

— Бинго! Прям сам угадал, без подсказок.

— Ты не можешь отказаться, — обрадовал меня Кощей. — По контракту ты должна помогать всем, кто у тебя помощи просит. Вот я и прошу. И прошу вполне выполнимые вещи. Тебе всего и надо будет с Серым Волком договориться, чтобы он одному из царевичей помог молодильные яблоки найти.

Вот как чувствовала, что не избежать мне близкого знакомства с местной братвой.

— А сам ты с ним поговорить не можешь?

— Поговорить могу, только он может мне и отказать. А Бабе — яге ни один зверь отказать не может.

— Почему?

— Не знаю. Меня этот вопрос как‑то не очень интересовал, но факт остается фактом. Звери даже Лешего не всегда слушаются, а Бабе — яге в помощи отказать не могут. Приказы выполнять не обязаны, но вот если их попросить.