Полина Сербжинова - Радужный мост судьбы (СИ)

Наряды полетели обратно в кофр, а на развешанные она так и не взглянула, решив, что остаток ночи можно и подремать.

Мышильда немного потопталась на очередной жёрдочке, потом вылетела в форточку и направилась в башню — не стоило оставлять Ровену одну так надолго.

Глава 14

Утро ознаменовалось торопливой пробежкой управляющего по замку и прилегающему хозяйству. Ранчер помнил, что леди собиралась развлекаться, и теперь искал следы её ночных развлечений, чтобы успеть навести порядок.

Сарайчик с садовым инвентарём стоял закрытый, кусты сохранили цветы и листья, стёкла в окнах целы, кирпичи из стен не повысыпались. Да и поднимающиеся слуги не жаловались на массовые галлюцинации или преследующих их чудовищ. Ранчер тут же пришёл в благодушное настроение, проводил взглядом сменяющуюся охрану короля и поспешил проверить на всякий случай ещё и сад.

Вовремя! Навстречу ему уже спешил не то давящийся смехом, не то булькающий от ужаса садовник. Управляющий насторожился.

— Что случилось? Пастух не углядел за козами, и они погрызли жасмин под господскими окнами?

Что он городил и сам не понимал, торопясь увести старого мужчину от возможных глаз и ушей.

Садовник всё-таки смеялся, но делал это сдавленно, поминутно хватаясь, то за рот, чтобы не слишком ярко светить странными зелёными зубами, то за грудь, то за трясущийся живот.

— Да что там? — Ранчер воровато оглянулся по сторонам, опасаясь, что их ещё кто-то увидеть.

— Слизень, господин, — садовник трагически булькнул и закатил глаза. — Огромный плачущий слизень.

Ы-ы-ы-ыыы…

Зеленовато-полупрозрачный слизень ползал вдоль тщательно подстриженной изгороди из буксуса, то и дело роняя крупные слёзы, похожие на незрелую клубнику. Он не торопился, не высовывался, просто мотался туда-сюда, печально свесив рожки и моргая фиолетовыми ресницами.

— Леди, — шепотом обратился к слизню управляющий. — Леди, уже утро. Если вас увидят в таком состоянии, то может получиться крупный скандал.

Садовник булькнул ещё раз и прислонился к стволу вовремя подвернувшегося дерева.

Ранчер оглянулся на слугу, неизвестно зачем пожевал губами, поняв одно — этот человек либо уже видел метаморфов, либо знал, на что они способны. Во всяком случае, пугаться он не собирался, и за грудь хватался совсем по другой причине, нежели от страха.

— Леди, — управляющий сам готов был зарыдать вместе со слизнем.

— Какая я тебе леди? — трагическим баритоном выдал лорд Кристиан, снова пустив слезу. — Уйди, несчастный, я в печали.

— Лорд? — Ранчер плюхнулся на траву и сжал пальцами виски. Вот от кого он не ожидал подобной выходки, так это от наследника Зелёной долины собственной персоной.

— Так это, может сюда стожок привезти? — робко вмешался садовник. — Прикроем его высочество травкой, пусть себе погорюет, коль настроение такое.

Кусты зашуршали, будто через них ломилось нечто гигантское, и на лужайку скользнула змея, ярко блистая фиолетовой чешуёй. Под солнечными лучами от чешуек рассыпались блики, точно отражаясь от алмаза.

— Э-э-э, — управляющий поднялся на ноги, на всякий случай отвесил поклон и замолчал, гадая, кого могло принести в компанию к тоскующему метаморфу — самого повелителя или скучающую старушку.

— Тогда два стожка, — садовник прищурился, зрительно пытаясь измерить ещё и змею и прикинуть, сколько понадобится травы для прикрытия.

— Не надо, — змея свилась в клубок, поднимаясь уже в человеческом облике.

Вирнисса в строгом, то есть без огромного декольте и разрезов по бокам, платье встала на ноги, подошла к продолжавшему рыдать слизню и что есть силы пнула его в бок.

— За что? — негромко взвыл Кристиан, тоже перекидываясь в человека.

— За несвоевременную трагедию, — пояснила леди. — Тоже мне, мужик называется. Подумаешь, в девушке отказали. Ещё не вечер, в смысле, не свадьба, всё триста раз поменяется. Тебе ещё твою красавицу на тарелочке с голубой каёмочкой принесут, золотой ленточкой перевязанную, в качестве подарка.

— Ага, так стожки уже не нужно, — обрадовался садовник, хватаясь за здоровенные ножницы. — Тогда пойду кустарник стричь, а то господа проснутся и соизволят своё «фи» высказать, если неровные ветки торчать станут. Преогромная вам благодарность, леди, а то его сиятельство и её сиятельство точно бы удар хватил.

Ранчер задумчиво проводил взглядом удаляющегося садовника. Надо же, столько лет служил и никогда бы не подумал, что в доме есть работники, которые спокойно относятся к представителям нелюдей.

— Тётушка, я вчера лично присутствовал при разговоре с его величеством, — вздохнул Кристиан. — Король заявил, что брак с Ровеной невозможен по статусу. Никогда бы не подумал, что наследный принц может быть настолько ограничен в собственном выборе.

— Ограничен, так и есть, — Вирнисса невозмутимо кивнула, одновременно делая знак управляющему, что инцидент исчерпан, проблема решена, и слизень некоторое время точно не появится. За другие облики она не ручалась. — Любой наследник ограничен законом, но не в твоём случае. Разговор был вчера? Вчера. Потом целая ночь прошла. Расслабься и наслаждайся чудесным утром, ласковым солнцем и запахом жасмина, от которого у меня уже болит голова. Ненавижу жасмин, ненавижу жасмин, ненавижу жасмин…

— То есть вы уже вмешались? — мужчина недоверчиво прищурился, разглядывая собственную престарелую тётку. Как-то не выглядела она престарелой, очень даже не выглядела, и уж точно была в собственном обличье, а не в изменённом.

— Отчасти, — внесла туману в разговор метаморфа. — Ночь — время тёмное, всякие тайны выползают на поверхность. Разные скелеты могут выскочить из шкафов и забыть вернуться обратно. Только, умоляю, не лезь куда не надо и вообще никуда не лезь, а то испортишь момент истины.

Рассказывать про свой полуночный разговор с Брандтом она не собиралась, как и ставить родственников в известность, что несколько лет являлась хранительницей сверхценного родового артефакта.

Кристиан хмуро проводил её взглядом, за ночь определённо что-то произошло — Вирнисса пусть и не выглядела как леди, но на столичную актрису тоже смахивала с трудом. Своей родственнице он доверял полностью, не сомневаясь в её талантах улаживать спорные моменты. Но, именно для сегодняшнего улаживания, нужны были железные аргументы, подтверждённые или прямыми свидетелями, или настоящими документами. Интересно, а откуда метамофа, последнее время практически не покидавшая дворца, смогла раздобыть необходимые бумаги или сведущих личностей, да ещё за такое короткое время?