Спецкурс магической ботаники - Валентина Ильинична Елисеева

горячую заинтересованность в нашем сыне. — Вошедшая в комнату мать сразу расставила верныеакценты, обозначив общуюродительскую позицию.

Отец поспешно закивал, скрывая лукавую улыбку. Он с далёких времён детства Мара предпочитал не вмешиваться в материнские методы воздействия на сына, если видел, что сын и сам неплохо с ними справляется. Мать Мара происходила из древнего магического рода, и её старшая сестра по воле родителей вышла замуж за кронпринца, став впоследствии королевой, а ещё позже — вдовствующей королевой-матерью. Что же касается матушки Мара, то ей — любимой младшей доченьке, позднему ребёнку — постаревшие родители позволили выйти замуж за человека ниже её по общественному положению, зато искренне и взаимно в неё влюблённому.

— С книгой всё не так тривиально, — утешил отца Мар, исследуя второе подношение, и подскочил в кресле: — Ого, знакомые элементы в заклинании! Более простые, чем на браслете, но явно с тем же принципом действия!

— О каком браслете речь? И дай-ка посмотреть на книгу, среди нас только я — дипломированный артефактор, — загорелась интересом матушка. — Ага, советую остановить свой выбор на второй девчонке: она умней, умеет работать на перспективу и грамотно подходит к поставленной задаче, не забывая собрать сведения о начальных её условиях.

Мужская часть семьи с лёгким раздражением уставилась на женскую: леди Левитт имела обыкновение говорить загадками, которые родным полагалось с ходу разгадывать. То, что у них редко это получалось, мать семейства не смущало и она всегда давала им шанс развить сообразительность.

— Дорогая, драматичная пауза тебе удалась как никогда, — хмыкнул отец. — Так какое заклинание наложено на книгу?

— Отворотные чары. Логичный первый ход, если есть подозрение, что сердце избранника не совсем свободно, — оценила леди Левитт и впилась в сына пристальным взглядом в ожидании реакции. Тот вспыхнул, на его скулах заходили желваки, а губы сжались в тонкую линию. Затем зелёные глаза Левитта-младшего полыхнули яростным огнём, он вскочил и вылетел в открытое окно. — Любопытно..., — протянула матушка Мара и решительно заявила: — Я хочу её увидеть!

— Любовь моя, мы это уже обсуждали, — сухо отрезал лорд Левитт, закрывая окно за сбежавшим сыном. — Не суй свой прелестный носик в жизнь ребёнка! Он взрослый мальчик, сам со всем разберётся.

Незаметно проникнуть в спальню принца практически невозможно. Дворец полон магов охраны, личные покои сторожит магия сложных артефактов. Сам младший принц тоже не последний маг королевства (хоть пока ещё не дипломированный), да и родовые кольца, браслеты и амулеты надеваются не одной красоты ради. Приятная уверенность в полной безопасности окружающего пространства расслабляет и дарует умиротворение... вплоть до того момента, как горло пережимает чужая рука, а попытка атаковать магией быстро проясняет, что ты столкнулся с превосходящим по силе противником, легко заблокировавшим все королевские артефакты!

— На любую силу всегда найдётся превосходящая сила, племянник, — прошептал на ухо принцу знакомый бархатный голос, — а охранная магия крови бесполезна против тех, кто находится с тобой в родстве. В который раз жгуче жалею, что невозможно забрать магию у сильных и отдать её умным и совестливым. Полагаю, ты уже догадался о причине моего позднего визита.

— Да, хоть меня успели посетить смутные сомнения, что древнее проклятье, сводящее в могилу всех заговорщиков и предателей короны, действует не столь эффективно, как прежде, — прохрипел принц, когда ему позволили дышать и разговаривать.

— Оно действует, но не моментально, так что «заговорщик и предатель» вполне успеет тебя прикончить до того, как скончается сам, — насмешливо напомнил Мар, усаживаясь на прикроватную тумбочку. — И неизбежность его собственного отхода в мир иной тебя вряд ли тогда утешит.

Его высочество отложил в сторону учебник по магической ботанике, который читал в постели перед сном, и холодно посмотрел на кузена отца. Перед носом принца закачался памятный браслетик, и королевскому сынку хватило совести густо покраснеть.

— Юношам свойственно влюбляться в молодых, талантливых, остроумных преподавательниц: заслуженное чувство восхищения и преклонения перед их очарованием и умом легко окрашивается в романтические тона. Однако злостное вмешательство в их личную жизнь никакая романтика не оправдывает! — прорычал Мар.

— А искреннее желание помочь — оправдывает? — прищурился Стен.

— Совершенно бескорыстное желание? — деланно изумился Мар. — Неужели не появился бы ещё один «подарок королевы», на этот раз уже приворотного действия?

— Не появился бы, — глухо подтвердил принц. — Я прекрасно понимаю, что мне ещё меньше чем тебе дозволено жениться на девушке без магических сил, а Кассандра не из тех, кто удовлетворится ролью любовницы.

— Верно подмечено, но с чего ты так уверовал в необходимость отвратить её от меня, что даже о точных настройках позаботился? Кэсси пребывает в твёрдом убеждении, что маг человеку не товарищ. — Голос Мара тоже стал низким, приглушённым.

— Заметил, как разрядился браслет с точной настройкой на тебя? А ведь она его носила всего-то пару дней — значит, были чувства, которые приходилось приглушать, чтобы дать ей шанс посмотреть вокруг не через призму неразумной склонности.

«Она носила его пару часов», — мысленно поправил Мар. Он тоже обратил внимание на низкий уровень остаточной магии в отворотном артефакте, в который превратили браслет.

— Игры с чувствами до добра не доводят, — тихо предупредил он. — Знаешь, что такой же фокус провернули с твоей матерью, когда к ней приехал свататься только коронованный правитель Каруза? Твоя мать обучалась на артефактора, но ей не пришло в голову проверять перед сном подушки на собственной постели, а именно в них заботливый папочка насыпал отворотный порошок, чтобы приглушить чувства доченьки к прежнему жениху. Тот был младшим принцем Лензы, не наследовавшим престол отца, и твой дед счёл действующего короля Каруза более удачной партией для дочки. Только беда в том, что отворот не избавляет человека от искренних чувств навсегда, он лишь на время уводит их на второй план. А потом действие магии заканчивается, и человек оказывается в невыносимой, выжигающей душу ситуации, в которую завёл его «холодный разум» и «продуманные решения». Стэн, приучайся доверять людям самостоятельно строить свою жизнь, иначе и не заметишь, как превратишься в хладнокровного тирана, в кукловода-манипулятора.

— Не знал о таких закулисных тонкостях женитьбы родителей, — побледнел принц. — Впрочем, не удивлён: интриги власть имущих всегда были грязным делом, все исторические хроники это подтверждают, да и отец никогда не скрывал, что их брак с мамой — не более чем политическая сделка. — Стэн помолчал и задумчиво протянул: — Ненаследный принц Лензы до сих пор не женат.

«Он даже постоянной любовницы не имеет, — дополнил про себя Мар. — Несмотря на то, что служба имперской безопасности четверть века лезет из кожи вон, чтобы наладить его личную жизнь: счастливые люди