Знакомьтесь: ваша будущая жена-злодейка (СИ) - Власова Ксения

— Ваше Величество, возьмите. — Макс протянул Николасу стакан с водой, а на меня покосился с подозрением. — И давайте продолжим, если никто не против.

Николас сделал большой глоток и с готовностью кивнул. Рози, уже прекратившая икать, торопливо уселась на свое место и замерла над шахматной доской, как мышь под веником.

 Игра продолжилась. Вот только у меня перед глазами вместо шахматных фигур и вариантов ходов стояло лицо Макса. Пульс участился, дыхание стало более тяжелым. Мысли путались, но краем еще не затуманенного сознания я уловила момент, когда партия Рози и Николаса подошла к финалу и закончилась ничьей.

Рози с просветлевшим лицом, на котором было написано полнейшее неверие собственной удаче, встала из-за стола. Гости неохотно поаплодировали, признавая ее триумф, а затем церемониймейстер объявил то, о чем все уже и так знали: Рози прошла испытание.

Теперь остались только мы с Николасом.

Мне стоило огромных усилий сконцентрироваться на игре. В какой-то момент я просто поняла, что указания Саймона доносятся до меня, как сквозь толщу воды. И, кажется, именно в этот миг Николас медленно, невероятно торжественно положил своего короля. Я ошарашенно подняла взгляд от шахматной доски.

— Вы выиграли, леди Морган, — с легкой улыбкой проговорил Николас и с восхищением добавил: — Ваша взяла.

Я пораженно застыла, но всего на мгновение. Меня оглушили аплодисменты: в этот раз они оказались более искренними, чем в случае с Рози.

Меня окружила толпа гостей. Я улыбалась, кивала, что-то отвечала на поздравления, но все это было словно во сне. В голове набатом билась одна мысль, даже имя: Макс.

Я плохо помню, что происходило дальше. Кажется, Николас толкнул скучную, неимоверно пафосную речь о том, что проигравших среди невест нет. Вроде бы он еще раз выразил признательность Вивьен, Гвен и Лайзе за то, что те боролись за его сердце. Ну и корону с троном, естественно.

С каждой секундой мне становилось все жарче. На лбу появилась испарина, которую я смахивала рукавом, наплевав на приличия. Испытание плавно перетекло в обычный бал, и я проявила стратегическую хитрость, граничащую с наглостью, когда самым бессовестным образом слиняла на балкон от многочисленных кавалеров, жаждущих одарить вниманием возможную королеву.

Там же, на балконе, и нашел меня Макс.

— Нам нужно поговорить, — сухо сказал он, остановившись напротив меня.

Меня окутал аромат его горьковатой туалетной воды и перед глазами все окончательно поплыло. Очертания предметов потеряли свою четкость, зато на фоне этого смазанного цветового пятна хорошо выделялся Макс. Сейчас, когда все мои чувства обострились, я видела только его.

«Женщина, возьми себя в руки! Мы срочно, срочно должны сварить противоядие от этого приворотного зелья!»

Что? Зачем? Мне и так хорошо!

Подозреваю, на моих губах расплылась счастливая улыбка влюбленной дуры, потому что Макс ощутимо напрягся. Саймон же в ужасе взвыл, а затем выплюнул:

«Прекрасно! Просто чудесно!»

— О чем вы хотите поговорить, Максвелл? — томно поинтересовалась я и даже кокетливо повела плечиком. — Что-то важное?

— Не здесь, — мрачно ответил он и достал из кармана портал. — Закройте глаза.

Я послушно выполнила его просьбу. В лицо ударил яркий свет и теплая струя воздуха, как это обычно и бывает при переходе, а мгновение спустя мы с Максом оказались в его кабинете.

— Ну и чем вы себя опоили? — Макс обогнул стол и замер, опершись ладонями на крышку стола. Взгляд карих глаз не отрывался от моего лица. — Можете быть со мной откровенны, здесь нет лишних ушей: кабинет защищен от прослушивания.

«Полундра! — завопил Саймон так громко, что я поморщилась. В голове и без этого шумело. — Это провокация, не поддавайся!»

Я чуть покачнулась, потому что ноги сделались ватными. Вообще координация движений явно пострадала после принятия зелья. Общее состояние напоминало подшофе.

— Не понимаю, о чем вы! — с наигранной беззаботностью выдала я и ненадолго зависла, разглядывая губы Макса. — Кстати, я вам говорила, что у вас красивые черты лица?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Он вздрогнул и посмотрел на меня уже с подозрением. Видимо, решил, что я издеваюсь.

— Правда-правда! — горячо заверила и, приблизившись к Максу, тоже подалась вперед и оперлась ладонями на стол. — Давно хотела сказать, но все не к месту было.

«О да! — съязвил Саймон. — Сейчас очень к месту!»

Макс, не отрывая от меня внимательного, напряженного взгляда, шумно выдохнул через ноздри. Я заметила, как синяя венка на его виске нервно запульсировала. Мне тут же захотелось коснуться ее губами.

«Хм… Я тут вещи пакую. Тебе брать твое любимое бордовое платье или без него обойдешься?»

Я лишь отмахнулась, слишком взбудораженная мыслью, что наши с Максом лица находятся в паре миллиметров друг от друга. А еще я могу с легкостью коснуться его руки, если чуть сдвину ладонь влево.

«Ладно, к демонам ночи платья, в бегах уже не до них будет! Ника, соберись! Тебе нужно линять из этого кабинета, пока ты не наворотила делов».

Линять? Ну уж нет! Не раньше, чем я поцелую Макса.

Я не разобрала ругательство Саймона. Возможно, это было что-то совсем неприличное. В голове раздался цокот коготков по полу, будто фамильяр резко куда-то устремился.

— Вероника, что было в стакане Николаса? — серьезно спросил Макс. — Чем вы себя опоили?

Я лишь поморщилась. Думать о другом мужчине мне не хотелось.

— При чем здесь Николас? — с раздражением спросила я. — Речь о нас с вами!

Макс нервно дернул щекой, а затем неожиданно резко выдохнул мне прямо в губы:

— Значит, не скажете? Хорошо, узнаю сам.

С этими словами он притянул меня к себе. Его язык ворвался в мой рот, словно завоеватель, решивший покорить чужую территорию. Только вот мне покорность была не свойственна. Обхватив Макса за шею, я ответила на его поцелуй с азартом, граничащим с безрассудством. Спина покрылась мурашками, внизу живота зародилось нетерпение, толкающее меня на то, чтобы прижаться к Максу еще теснее. Я пропустила волосы на его затылке сквозь пальцы, и Макс тихо рыкнул: грозно, будто раззадоренный, потерявший над собой контроль хищник. Одна его рука легла мне на шею, задевая чувствительную кожу возле уха, а вторая — на талию.

Поцелуй не походил на танец языков. Скорее на поединок, где каждый пытается нащупать слабые места противника, чтобы затем воспользоваться знанием как преимуществом. Жадный, сладкий и очень короткий поединок.

Я глухо застонала, когда Макс отстранился от меня и чуть растерянно потряс головой, будто приходя в себя.

— Приторный вкус, — тяжело дыша, заметил он. — Вероника, вы что, пытались прибегнуть к помощи приворотного зелья?

«Все отрицай! Я уже рядом!»

Я бы с удовольствием воспользовалась советом фамильяра, но розовая дымка, полностью заволокшая мой разум, помешала мыслить трезво.

— А если и так? — надулась я и одним ловким прыжком оказалась на столе. Макс дернулся от меня, как черт от ладана. — После конной прогулки вы избегали меня! Я не знала, могу ли я полагаться на вашу помощь.

Чуть изогнувшись, я, словно ластящаяся кошка, мягко придвинулась к Максу и разве что не мурлыкнула от наслаждения: чувствовать тепло его тела, ощущать его запах было удовольствием само по себе. Острым, пряным удовольствием.

Макс же наоборот замер. В его черных глазах с чуть расширенным зрачком я прочитала смятение и панику, смешанные с желанием.

Ага, я знала!

«Ника, фу! Не смей, говорю! Ты играешь с огнем, в буквальном смысле этого слова!

Судя по шуму, Саймон пробирался ко мне через бальную залу. О, ну пока он, поборник нравственности, доберется до меня, мы с Максом столько интересного можем успеть!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

К сожалению, у предмета моего воздыхания были другие планы. Ловко увернувшись от нового поцелуя, Макс взял меня за плечи и хорошенько встряхнул.

— Вероника, я понимаю, что ваш разум сейчас затуманен, но попробуйте сосредоточиться.