Стивен Дональдсон - ЗОЛОТНЯ-ОГОНЬ (ДОПОЛНЕНИЕ К КНИГЕ II)

Но все же пришло в свое время согласие к хо-ару и нимиши. И прозрели они, осознав, что ведут бессмысленную вражду, никому не несущую победу.

Ведь воины обоих кланов не уступали друг другу в силе и ловкости, так что ни одна из воюющих сторон не могла удерживать хоть сколь возможное краткое господство. И если даже это изредка и случалось, и семья победителя увеличивалась вдвое, то вскоре недостаток еды, и тепла, и надежного крова убивал его сородичей, как и впредь. Поэтому вожди кланов встретились и объединили враждующие стороны Узами Братства. Распрям и вражде был положен конец, и рука почувствовала руку брата. С этих самых пор и дальше, хо-ару и нимиши боролись совместно против общей нужды.

И пришел час, и нужда толкнула их на восток, прочь с Западных гор, подогревая их намерение завоевать мощью своих кулаков все возможное для поддержания жизни, чем не обеспечивал их дом родной, так, чтобы жены их и дети смогли выжить. Корик доказывал свое первенство на состязании, длившемся всю долгую зиму, чтобы завоевать себе право встать рядом с Тьювором, Баннором, Морином и Террелом во главе армии из тысячи самых сильных и достойных воинов-харучаев, что вскоре двинулась через Ущелье Стражей и вдоль холодящей своей ледяной чистотой реки Ллураллин войной на Страну.

Не встречая никакого сопротивления, прошли они по краям и долинам, что позднее получили названия Кураш Пленетор, Больной Камень, и Тротгард.

Вопреки их ожиданиям и боевому настрою, они были встречены местными жителями со спокойствием, бесстрашием и терпимостью, и безо всякой борьбы им давали все, что они требовали. Эти мирные люди не находили радости и пользы в войне. В конце концов они даже направили харучаев в Ревлстон, где заседал в свои первые годы Совет Высокого Лорда Кевина.

И там-то, под стенами Ревлстона, и родилась Клятва Стражи Крови, и доверие пролегло между великанами и харучаями.

Едва завидев Ревлстон, захватчики были поражены в самое свое сердце от величайшего удивления. Они понимали горы, покоряли неприступные утесы и скалы, знали, как неукротим бывает камень, но никогда в своих самых теплых и светлых мечтах, не помышляли они о том, что гора внутри может быть столь приятна, желанна и пригодна для жилья. С удивлением и восторгом вглядывались они в строгие контуры Великой Твердыни, что была искусно вырублена в камне и с великим тщанием доведенная до ума великанами, и души их переполняла буйная радость, сравнимая разве что с той, что посещала воинов-харучаев при взгляде на суровые и аскетичные остроконечные горные вершины или в объятиях всеобъемлющей любви их жен. И чем больше всматривались они в неведомое им доселе великолепие, тем более желанным представал перед ними Ревлстон. Изящные его формы, точеные линии его окон и балконов, парапеты, уходящие к самой вершине высоченной скалы и переплетенные великанами в витиеватые узоры, – кружили им голову и все больше порабощали своей красотой и надежностью. Здесь, в тепле и уюте, посреди изобилия пищи и солнечного света высился один-единственный скалистый дом, но огромный до того, что был способен вместить в себя весь народ харучаев и навсегда избавить их от нужды. Великолепие и многозначительность той роскоши заставляла каждую бойницу и зубчатые стены жить странной жизнью, освещенной высшими мистериями и неиссякаемыми возможностями.

Во внезапном приступе незнакомой им страсти они поклялись, что завоюют эту Твердыню и сделают ее своей. Без колебания тысяча невооруженных харучаев осадили Ревлстон.

Но их военные действия не зашли слишком далеко. Почти сражу же огромные каменные ворота под сторожевой башней широко распахнулись, и Высокий Лорд Кевин выехал вперед, чтобы встретить осаждающих. Он ехал верхом на великом ранихине и в сопровождении половины своего Совета, Дозора Боевой Стражи и компании ухмыляющихся великанов. Серьезно и со вниманием выслушал Кевин требования, выдвинутые перед ним Первым Знаком Тьювором, и могущество Посоха Закона позволяло ему понимать язык харучаев. Затем он объявил свою волю, что ничто не заставит его вступить в кровопролитное сражение с харучаями, он ненавидел сражения и был против войны. Вместо этого он пригласил пятерку возглавляющих воинство харучаев в Ревлстон на попечение радушных и гостеприимных Лордов. И хотя харучаи опасались предательства и вероломства, не принять приглашение им не позволила гордость.

Но предательства не случилось. Огромные ворота по-прежнему оставались открытыми все три дня, пока пятеро командующих осаждавшим воинством знакомились с великолепием и простором Ревлстона. Они сами испытали на себе добродушное могущество веселых и жизнелюбивых великанов, что сотворили эту Великую Твердыню, вдохнув новую жизнь в камень, и наконец получили предложение от Совета Лордов по доброй воле снабдить харучаев всем, в чем у них есть нужда, и помогать им так долго, как им того потребуется. Когда воины возвернулись к своим армиям, они не шли пешком, но ехали верхом на горделивых ранихинах, что избрали для себя носить харучаев. В душе Корика и равных ему воинов жило одно и тоже чувство.

Что-то новое открылось им, что-то, находившееся вне их возникшей близости с ранихинами, вне дружбы и благоговейного трепета перед великанами и даже завораживающего великолепия самого Ревлстона. Харучаи были воины, привыкшие силой добывать себе то, что они требовали: они не могли принимать дары, не отдавая что-то взамен.

Поэтому той же ночью воинство с гор Западных собралось под южной стеной Ревлстона. Харучаи крепко задумались, и уже вскоре сообща выковали Клятву – чистую и высокую, не подвластную жалости и лжи, не несгибаемую ни болью, ни непогодой: клятву, словно высшую присягу, произнесенную над рекой смерти, что связывает даже богов. То была клятва, рожденная из самых глубин их гордых и чистых сердец, и была она под стать мастерству великанов и могуществу Лордов. Когда они произносили горячие слова ха-мэн руал тайба-сах карэб хо-йел – земля, казалось, всколыхнулась под их ногами и дохнула на них жаром, как если бы вся земная сила собралась к ее поверхности, чтобы услышать воинов. И когда они наконец принесли свою Клятву полностью, так, что не изменить ей и не оступиться, камни под их ногами глухо зарокотали и огонь пробежал по жилам воинов, укрепив их мощь к обещанию, данному ими.

Так это было. Перед рассветом оставшееся воинство отправилось назад через Ущелье Стражей и дальше домой. А пять сотен харучаев Клятвы отправились в Ревлстон, чтобы стать Стражами Крови, защитниками Лордов: крепкой и надежной преградой между Ревлстоном и любым грозящим ему злом и напастями.