Томас Рейд - Расколотое небо

Угрожающие движения Каанира явно беспокоили небесных существ, стоявших радом с Микусом. Их руки превратились в длинные, грозные клинки, пылавшие огнём. Прохладный влажный воздух комнаты задрожал от жара. Где-то вдалеке, среди непрекращающегося шторма, звучали глухие раскаты грома.

Хотя Алиисза и считала Каанира довольно привлекательным, теперь, преображенный гневом, он скорее отталкивал, нежели очаровывал.

«Изображает возмущённого хама, которому всё позволено», — подумала Алиисза.

Она хотела было протянуть руку и заставить Каанира прекратить беситься, но Кэл опередил ее, одной рукой препятствуя движению Вока, а другую положив на свой меч. Сын Алиисзы и дроу наклонился к уху камбиона и что-то прошептал. Полудемон поднял брови, в его глазах сверкнул гнев, но он убрал руку с меча. На угольно-черном лице, не отразилось никаких эмоций. Кэл отстранился, положив ладони на рукояти большого меча, который упер в землю перед собой.

После успокаивающих слов Микуса, архонты немного расслабились, их пламенные мечи погасли, постепенно превращаться обратно в руки.

Алиисза спрашивала себя, где её сын взял свой клинок и сверкающие доспехи, что были на нём сейчас. Он надел их вскоре после её пробуждения. Где-то между странной просьбой Торана и прибытием Микуса.

Так много произошло за эти несколько мгновений. Алиисза не могла поверить, что решила стать приманкой для штормового дракона, которого хотела заставить проглотить её целиком. Это, в лучшем случае, казалось глупой затеей. Но всё это было сделано для того, чтобы помочь любовнику, который обманул её. Это и вовсе выглядело идиотизмом. Алю ожидала, что Торан осудит её за содеянное, но вместо этого он просил о помощи. В происходящем не было никакого смысла, а Микус со своими охранниками прибыли прежде, чем Торан успел хоть что-то объяснить.

Так много вопросов, подумала Алиисза, снова сосредотачивая внимание на дэве. В конце концов, ответы можно было получить только у него.

Торан заговорил, отвечая на вопрос Микуса.

— Я сбился с пути не больше, чем любой непредвзятый член суда, — сказал он. — Хотя я и верный слуга Тира, но, откажись я из-за слепой веры выслушивать показания всех сторон, то выглядел бы убого. — Алиисза видела, что Микуса разозлили эти слова, но он не сказал ни слова, и Торан продолжил. — Хотя Хельм и Тир не согласны друг с другом, в словах обоих есть истина. Когда их вражда закончится, я уверен, что они придут к компромиссу, сложив нечто целое из отдельных частей мнения каждого. И пока это не произойдёт, я намерен проявлять уважение к каждой из сторон и воздерживаться от поспешных суждений.

— Может, твоя мудрость и не имеет себе равных в эти тревожные времена, — признал Микус, скрепя сердце, как показалось Алиисзе, — но закон Тира в данном случае предельно ясен. Эти… эти злоумышленники, — сказал он с отвращением, указывая на алю и Вока, — нарушают порядки самим своим присутствием здесь! Закон четко предписывает, как поступать в данном случае и не оставляет простор для дебатов. Имей Хельм возможность исполнить свой долг, и нам даже не пришлось бы это обсуждать. Правосудие уже свершилось бы.

— И всё же, такой возможности у него нет, — возразил Торан, — и я полагаю, это было бы неверным решением. Я не смею больше об этом говорить, но прошу мне поверить. Обстоятельства, смягчающие их вину в этом вторжении должны быть засвидетельствованы судом. Пусть их история будет услышана, Микус.

Дэв поморщился.

— Я звал тебя своим другом с незапамятных времён, Торан, но думаю, сейчас ты ступаешь на весьма опасный путь. Я боюсь, что ты жестоко ошибаешься, но раз ты просишь, я поверю тебе. Надеюсь, ты не пострадаешь из-за этого.

С этими словами, дэв коротко кивнул трём полудемонам и отвернулся. Изящно подпрыгнув, он взлетел и направился прямо в шторм, бушующий за пределами волшебного места, где стояли остальные. Архонты, словно почувствовав его намерения, последовали за Микусом. Все трое исчезли в клубящихся фиолетовых облаках.

Спустя несколько мгновений после их ухода, Каанир повернулся и посмотрел на Кэла.

— Не смей больше прикасаться ко мне, ты, ублюдок. Иначе я отрублю тебе руку.

Полудроу моргнул и спокойно произнес:

— Прошу, попробуй. Без тебя мир станет намного лучше, и я с радостью окажу ему услугу.

— Кэл, — сказал Торан, вставая между ними. — Вок ещё не сыграл свою роль. Пожалуйста, выбери для его убийства более подходящий момент.

Полудроу отступил в сторону и сосредоточил внимание на кожаных ремнях доспеха.

— А ты, — продолжил ангел, повернувшись к камбиону, — только выиграешь, если будешь вести себя сдержаннее, когда попадёшь на суд Тира. Мне и так стоило больших трудов сохранить за тобой положение гостя. Пока мы не убедим их в обратном, большинство членов Суда, таких как Микус, будут воспринимать тебя как захватчика.

Каанир нахмурился.

— «Мы»? У меня нет ни малейшего желания кого-то в чём-то убеждать. Это твоя затея, а не моя. Говоря с Микусом, ты, очевидно, забыл спросить мнение разменной монеты. Я не давал согласия куда-то с тобой идти или рассказывать свою «историю».

Торан кивнул.

— Разумеется. Прости меня. Я не подумал об этом. — Он отвернулся и принялся прохаживаться, заложив руки за спину. — Выходит, ты предпочёл бы быть убитым на месте, как нарушитель. Верно? Тогда скажи, как мне представить тебя жителям? Как только они услышат о твоём нежелании прийти в суд, то, скорее всего, выстроятся в очередь, чтобы тебя убить. — Он повернулся к Воку и взглянул ему в глаза. — Итак, кто ты? Гость или преступник? Выбор за тобой.

Вок прищурил глаза, и Алиисза заметила, как его рука дёрнулась к рукояти Пылающей крови. Увидев, что Торан не реагирует, Каанир расслабился и выпрямился, скрестив руки на груди.

— Уговори меня, — сказал он с самодовольной усмешкой, от которой Алиисза всегда безмерно уставала. — Что ты можешь предложить в обмен на моё сотрудничество кроме некой гипотетической защиты?

— К примеру, шанс попасть домой, — ответил Торан со всей искренностью. — Как видишь, портал, через который ты пришёл, изволил улететь, и не думаю, что ты сможешь найти другой. — Выражение лица Вока изменилось едва заметно, но Алиисза поняла, что он прекрасно осознаёт правдивость слов ангела. — Всё, что я прошу, так это чтобы ты отправился со мной в Суд и во всех подробностях рассказал всё, что знаешь о Засиане и его намерениях… Только и всего.

Каанир нахмурился при упоминании жреца.

— Как видно, знаю я о нем не так много, как думал, — пробормотал он себе под нос. — Что ж, его предательство сильно меня оскорбило, — встав во весь рост, произнёс Вок. — Но твое предложение недостаточно соблазнительно, чтобы убедить меня прийти в суд и вымаливать милость у твоих мерзких дружков. — Камбион подошёл к Алиисзе. — Мне думается, нам лучше попытать счастья в поисках дороги домой без твоей помощи.