Артем Белоглазов - Туманы сентября

Сентябрь близился к концу, на город надвигался туман, и «мертвые» - те, кто не выжил тогда, кто исчез, растворился вместе с забравшим их туманом, кто не смог, не сумел, кого не удалось спасти, но кто давал обещание ждать, и вернуться, и всегда быть рядом… «мертвые» восставали ото сна, долгого, длинного сна, от томительного ожидания, от небытия, серого и вязкого, обретали на краткий миг плоть и кровь и, разбивая стеклянно звонкие стены «саркофагов», рвались в прежний, вещный мир, в здесь и сейчас, чтобы защитить живых. Друзей. Родных. Близких. Оберечь, не дать повториться тому, что случилось с ними.

- Коля-я! - кричишь ты, ломая вмиг ставшую хрупкой преграду. - Ко-оля-а!

Протягиваешь руки.

- Ксюша?.. - он удивленно оборачивается. - Ксюша?! Бежишь навстречу.

Пеннорожденная Афродита, сотканная из мельчайших капелек тумана. Осеннего. Сентябрьского. Тумана-врага. Тумана-друга.

И не надо больше выводить милое имя на скользкой «стеклянной» поверхности. Незачем. Пусть даже у тебя есть пальцы. И руки. И туловище. И голос.

У тебя! Есть! Голос!

Поэтому можно громко и радостно закричать, заорать на всю улицу:

- Ко-оля-а!

- Ксю-уша-а! - Он тоже бежит навстречу. Он плачет, не веря нежданному счастью.

- Любимый…

- Любимая…

Марево со всхлипом раздается в стороны, огибая двух целующихся людей, надежно укрытых, как мушки янтарем, коконом безвременья. Марево-Мара, злосчастный призрак наступающей осени. Инфернальный зародыш, спора, отзвук чужого мира - немыслимого, чудовищного мира, по непонятным причинам выбившегося из накатанной колеи предопределения, зацепившего соседей, вторгшегося на порубежье. Мира, пошедшего вразнос и крутящегося теперь бешеным волчком.

Период - год, место соприкосновения - этот небольшой город, продолжительность - восемь - двадцать часов. Дата - конец сентября.

Осень.

Ты прекрасна, возлюбленная моя…

Туман.

Глаза твои голубиные под кудрями твоими…

Необычное утро необычного дня.

Как лента алая губы твои…

Так не было - раньше. Так не будет - потом.

Но так есть - сейчас.

И уста твои любезны; как половинки гранатового яблока - ланиты твои…

Счастье и несчастье, слитые воедино.

Это агрессия? Нет, какая еще, к дьяволу, агрессия?! Вы не правы, и я,возможно, тоже. Правы они - те двое. Ксюша и Коля.

- Я буду ждать.

- Я буду ждать.

Вся ты прекрасна, возлюбленная моя, и пятна нет на тебе!

This file was created with BookDesigner program [email protected] 17.04.2009(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});