Шимпо Ботан - Люди и Тени

— Ты всерьёз надеешься меня убить? — голос доносился словно из-под толщи воды, но при этом довольно громко.

— А ты разве живая? — Найпа достала кинжал. Маленькая, испачканная, со стиснутыми зубами. В ушах шумела кровь. — Не убить, а завалить, отправить обратно в Бездну!

Тут подоспело подкрепление. Послышался стук копыт. Княжеские конные гвардейцы, вооруженные до зубов и преданные до фанатизма, загородили собой наследницу и ринулись в атаку… Вычищенные до блеска доспехи, белые кони, зычные крики… Один парень погиб сразу же — мощный удар щупальца смахнул его с коня, вероятно перебив позвоночник. Но остальные выпустили с три десятка стрел! Правда обычных, не княжеских… Тень глухо заворчала — не то чтобы испугалась, просто такое яростное сопротивление ей надоело. Слишком много возни. Схватила двух всадников и подняла к небу: «Вы всегда мечтали летать — так учитесь, людишки!» — зашвырнула в туманную даль. «Неслабо!» Командир гвардейцев прискакал к Найпе, взглянул ей в глаза, и прокричал: «Беги! Она слишком жирная!» Впрочем, парни были сильны. Рубились ожесточенно — отсекали отростки, уворачивались от ударов, то и дело — удалившись на полсотни шагов — пускали стрелы… Еще один погиб, еще три упали раненые, но и тени приходилось несладко. Её отрубленные щупальца бились в судорогах, она шипела от боли. Найпа, сунув в рот два пальца, пронзительно засвистела — подозвала лошадь. Та вскоре подбежала, ушибленная, измазанная грязью, уставшая — но всё еще «боеспособная». Сила Предков защищала и княжеских лошадей…

Тень, наконец, поняла, что не всё так уж просто. Издала протяжный заунывный рёв — призвала на помощь своих дружков. И те уже спешили! А вокруг кипела битва — солдаты напирали, отчаяние придавало сил. «За княжество, за Город! За наследницу» — охрипшие, и оттого ещё более страшные крики. Твари пятились и озирались по сторонам, растерянные и даже испуганные. Натиск людей был силен своей решимостью. «Вперёд!» Старшая не могла снова применить огненную волну — все силы уходили на борьбу с гвардейцами. Примерно с дюжину уже удалось повергнуть, но остальных это нисколько не пугало. Сверкали мечи, свистели стрелы…

Но у предводительницы темного войска имелись и свои «гвардейцы». На поддержание их призрачной жизни уходило просто море энергии, потому вызывали их редко, лишь в исключительных случаях. И вот, похоже, настал такой случай. Легкие, быстрые вихри, по сути разумные смерчи — они спешили на зов о помощи. И нагрянули. Люди не пали духом, скорее удивились. Командир гвардейцев зло сплюнул и, подняв меч, крикнул: «До конца!» Вихри, тоскливо завывая, накрыли людей, забивали дыхание, мириады отравленных соринок ослепляли глаза, струи мертвого ветра оставляли на телах сеченые раны. Затем вихри объединились в один, извивающийся и ревущий. Он подхватил четверых гвардейцев, поднял высоко над землей и расшвырял в разные стороны. «Дела плохи!»

Найпа, взобравшись на лошадь, смотрела на битву как очарованная — всё происходящее казалось безумием. Ещё бы — столько смертей за один день. Но удар грома вывел из оцепенения. «Бежать? Нет! Нужно закончить это побоище». Сощурилась, натянула тетиву, прицелилась. Ветер трепал тёмно-рыжие косички, холод пробирал до костей — на душе тяжело и страшно, пусто. Но осталось совсем чуть-чуть…

— Получи, мерзость поганая, — сказала Найпа, и пустила стрелу. Та хищно просвистела и исчезла в дымных клубах Тени. «Есть!» Громадина содрогнулась, красные глаза расширились и потускнели, в них застыло удивление:

— Что!?

Посеребренная, освященная огнем и водой, стрела угодила в черное Сердце. Прямое попадание! Всё призрачное войско колыхнулось — они не умели сражаться без вожака, но главное другое — удивились и растерялись. Ведь привыкли что Старшая всем внушает страх — липкий, подлый страх, и что она непобедимая, «вечная». Что-ж, реальность оказалась посложнее… Бешеный вихрь дернулся в судорогах и рассыпался пеплом.

— Слава Свету! — заорали солдаты.

— Вперед, Вперед! — подхватил Советник.

Враг сломался. И это заметили все. Даже в суровых глазах Тес-Нура отразилось облегчение… Старшая тень медленно осела, начала расплываться и таять… Младшие обратились в бегство. Солдаты набросились на врага как стая охотничьих собак. А бледная Найпа шумно вздохнула.

— Я… Я… Я всё сделала правильно. Нечего мне мораль читать!

Старый Тес-Нур нахмурился, но не стал начинать скандал. Взял девушку за руку и спокойно произнёс: «Темнеет уже. Ночью здесь ещё опаснее. Поехали домой».

Холодный ветер всё усиливался. Солдаты и лекари как могли помогали раненым, укладывали их на телеги. Керосиновые лампы светили даже на ветру, потому видимость была терпимой. Слышались негромкие ругательства и мычание вьючных животных. Сильно потрепанное войско медленно двинулось по направлению к Танналару — домой.

Старшая Тень))

ГЛАВА 2. ЦИТАДЕЛЬ

— Стой! Кто идет? — хрипло спросил часовой.

— Ты же видишь что свои! — Советник нахмурил густые брови, — Открывай, пока я не разозлился по-настоящему!

Впрочем, все понимали: служба часового — скорее дань традиции. Врата ведь непростые, вполне справились бы и сами.

Ветер всё усиливался, теперь он выл как тысячи голодных оборотней, и слышалась в нём тоска. Гнал целые тучи мелких колючих снежинок, вращал их дикими хороводами, но не мог пересечь Границу — ту, что отделяла княжество Танналар от Мира Теней. Эх, княжество Танналар… Так величаво это звучит… Маленький клочок «живой» земли: сады и огороды, зеленые луга и каналы, мельницы и Город. А вокруг — на большие расстояния — холодная злая Тьма. Но среди неё разбросаны другие Княжества. И не только людей…

Ворота медленно, со скрипом, отворились, — они умели сами отличать своих от чужих, и ни за что не пропустили бы «нечисть». На путников хлынул радостный успокаивающий вечерний свет. «Добро пожаловать, люди-братья, мы вам рады!» гласила надпись над входом. Вскоре отряд миновал ворота, и те закрылись, мир Теней остался позади. Вой ветра больше не слышался, тут пели птицы и жужжали пчелы, было тепло и светло. По кошеной траве неспешно бродили козы и овцы, щипали одуванчики, у колодцев покачивались подсолнухи. Через холмистые луга вела мощеная белыми плитами дорожка, от ворот вглубь Княжества, огибала самые высокие холмы, перепрыгивала через Канал аккуратным мостиком, а дальше терялась среди зелени садов. Всё очень аккуратно: изгороди покрашены, ветви пострижены, домики крестьян в хорошем состоянии — жители явно старались. Да и сами они выглядели опрятно…