Виктория Абзалова - И на всех одна звезда

— Глава Дома Медина очень красноречиво характеризовал вашу работу, — Рузанна старательно не позволяла съехать тону на откровенную патоку. Во избежание эксцессов, перейдя к прямо к делу.

Когда она высказала суть просьбы, антрацит взгляда на миг брызнул искрами изумления. После чего доктор Фейт всерьез задумался.

— Когда, вы говорите, выступает отряд? — переспросил он в некотором замешательстве.

Рузанна ответила.

— Но если вы по какой-либо причине не можете…

— Почему же, это будет познавательно… — Фейт легко, хотя и замешкавшись невольно, отмел от себя все капканы, объяснив заминку, — За неделю я улажу дела… У меня сын надумал жениться.

После его улыбки, — захотелось откусить себе язык под самый корень! И хорошенько перетряхнуть мозги: дочь, сын-жених, репутация талантливейшего медика, дружное сплоченное уважение коллег, пациентов, попечителей… Ну и что именно тебе кажется подозрительным? Ах, все сразу! Вам, матушка, наверное, лечиться пора!

А глаза у него, и правда, тревожащие… Сами по себе. Уж такие есть!

— Значит, я могу на вас положиться?

— Да, я согласен, — подтвердил доктор Фейт, — Я прибуду вовремя.

После взаимных заверений, Рузанна предложила проводить обратно вернувшуюся довольную Ингер, на что ее отец отговорился иной необходимостью. Покидая госпиталь, Рузанна немного задержалась, и убедилась, что подозрения ее не обманули: девочка вышла почти сразу за ней с каким-то парнем: видимо, как только Фейт нашел кого-то более заслуживающего доверия в таком важном вопросе. Магесса окончательно уверилась в верности своих предположений.

Как известно, судьба любит пошутить и зачастую довольно зло: чувство юмора у нее обычно черное и весьма экстравагантное. От визита к нему члена Совета Дамон мог ожидать многого, и что характерно — ничего хорошего. Однако только не того, что ему(!!!) предложат вступить в Белый отряд!

С первого же взгляда леди Рузанны, направленного на дочь, он понял, что магесса знает о даре девочки, хотя Ингер все сделала правильно. Где-то на периферии сознания он уже прикидывал, что волшебница не настроена на бой, одна, да и не будут они устраивать облаву прямо в больнице, и подсчитывал, сколько времени у них осталось, чтобы исчезнуть из Тарешта. Пусть Совет не мог знать о связи девочки с Башней, и договор о перемирии действовал — рисковать лишний раз не хотелось.

Предложение Рузанны свалилось, как снег на голову, и оглоушило еще хлеще. Только многолетняя привычка позволила сдержать себя и почти не выдать безмерного изумления. Краткое перечисление фактов, послуживших основанием для Похода, Дамон слушал в пол уха, обдумывая более чем странную ситуацию. То, что она его не почувствовала понятно: перстень был надежно блокирован адамантиевым футляром и скрыт в ладанке. Сам он давно привык к побочным не очень приятным ощущениям, — словно упругая паутина не давала сердцу биться в полную силу, — и свыкся с необходимостью гасить на людях магические эфирные эманации. Втягивать в себя, не сворачивая основное поле — уникальная способность, выдумка, которой он сам когда-то научился от Ванды, более чем преуспевшей в искусстве маскировки своих особенностей, и которой в новое время научил своих детей.

Однако леди Рузанна, даже зная о Даре Ингер, никак не связала образ стоявшего перед ней седого черноглазого полуэльфа с бледным шрамом на виске — с приметами лорда Черной Башни, хотя обязана была их помнить наизусть. Наверное, алых сполохов в зрачках, клыков и когтей не хватает! Неужели и предубеждение на счет злобного порождения Тьмы может быть на руку? Смешно! Хотя смех плохой…

Подробно расспросив дочь о знакомстве, Дамон окончательно убедился, что Ингер заметили случайно: девочка не любила скрывать свою волшебную суть, и давалось ей это гораздо тяжелее, чем ему. Да и дома-то зачем? Никого постороннего там не бывает… Вот так, стечение банальнейших обстоятельств может свести на нет годы стараний!

— Пап, — Ингер успокаивающе погладила его по руке, — Не волнуйся так! Она хорошая, я чувствую…

Дамон поцеловал дочь в макушку и сдал Косте, попросив проводить. Что ж, будем надеяться, что устами младенца глаголет все-таки истина, а не наивность и незнание!

Тревога никуда не ушла, но в большей степени он был озадачен. Доктор Фейт не был вхож в знатные дома, предположить, что кому-то взбредет в голову рекомендовать его формирующим отряд эмиссарам Совета, было попросту невозможно! Когда будучи в гостях в Анкорре, он рассказал Райнарту о посещении магессы и ее предложении, тот долго и от души хохотал:

— Только ты мог так попасть!

— Это почему?

— Практика показывает, что даже предположив самое неожиданное, абсурдное и нелогичное развитие событий, когда дело касается тебя — все равно не угадаешь! — смеялся бывший герой.

Куда уж веселее! Волшебница, герой, отряд против колдуна-чернокнижника, а лекарем у них Черный Властелин в отставке. Спасибо, что хотя бы эльфов нет: тех никакими штучками с аурой не обманешь!

Но именно как доктор Фейт, он теперь не мог отказаться, не вызвав дополнительных подозрений.

— Уверен? — уже серьезно спросил Райнарт.

— Уверен, — решительно кивнул Дамон, — К тому же, кому как не мне присматривать за черной братией. Кто его знает, что там за колдун: может и правда какой-нибудь мерзавец, а может…

— За Ингер не беспокойся.

Дамон снова кивнул, понимая, что бывший герой имел виду: если придется открыть себя — в Тарешт к тихой жизни ему тогда не вернуться, так что на всякий случай девочке лучше остаться у них.

Белый отряд выступил из Тарешта точно в назначенный срок. Сорок человек, в том числе десятка рейдеров под командованием Конрада, героя, волшебница леди Рузанна и… господин Фейт. Причем кроме него самого, больше никто данному обстоятельству не удивился. Вместе с домохозяйкой, в госпитале его долгую отлучку и ее причину приняли как само собой разумеющееся: конечно, если кто достоин такой чести, то именно доктор Фейт — квалифицированный врач, более чем ответственный человек, начисто лишенный честолюбия и самолюбования, буквально воплощающий собой ненаигранное достоинство и подлинное благородство. Хоть сейчас бери и вставляй в легенды!

Во всяком случае, так его охарактеризовали наведавшейся в больницу во время его отсутствия магессе, весьма заинтересовавшейся личностью будущего товарища по отряду.

Дамон об этом не знал, поскольку вернулся непосредственно перед самым отбытием, в связи с чем сразу же возникла проблема.

— Вы намереваетесь идти пешком, господин эльф? — недовольно обратился к нему подошедший герой, пока врач приветствовал Рузанну.