Вера Малахова - Жизнь обреченных на смерть

- Вместо того чтобы изливать на меня богатство собственного интеллекта, лучше расскажи, что ты сделала с этим бедолагой.

Джинни не торопясь подошла к зеркалу, поправила растрепавшуюся от безумной скачки копну черных колечек на голове и самодовольно начала,

- Ну, я склонна считать, что он был поражен моей несравненной красотой.... Впрочем, возможно это реакция на мои духи....

- Надеюсь, что его сердце достаточно сильно, и он сможет пережить столкновение с такой умопомрачительной особой, как ты.

Наконец-то справившись с головокружение, Мина подошла к лежащему на боку без сознания похитителю и присела рядом с ним на корточки. Взглянув на его тонкие черты лица, она, едва касаясь, провела тыльной стороной ладони по его гладковыбритой щеке.

- Хорошенький.... Так что? Он будет жить?

От хода мыслей своей подруги Джинни только всплеснула руками.

- Мина, Нифрею тебе в голову! Неужели мужчина должен тебя похитить, чтобы привлечь твое внимание?

- Очень может быть, что так оно и есть. Тем более, по его словам, он пытался спасти мне жизнь.

- Вот ведь! А я-то думаю, что же это он делал, вырубив тебя и похитив из дома.

Мина встревожено взглянула на подругу.

- Джинни, он не дышит!

- Это временно, - легкомысленно махнула рукой красотка, и вернулась к созерцанию себя любимой в зеркале.

- Ты уверена?

Тяжело вздохнув и с неохотой оторвавшись от своего отражения, девушка раздраженно ответила.

- Да, он не дышит, да у него не бьется сердце, но он жив. Это специальное средство, временно имитирующее смерть. У меня просто не оказалось под рукой ничего другого.

Мина изумленно покачала головой.

- И откуда же у тебя такая полезная в хозяйстве вещица?

- О! Знаешь, в высшей гимназии сейма Фоли дают весьма разностороннее образование.

- Я тоже такую хочу! И побольше!

- Угу. Знаешь, мне очень не хотелось бы прерывать столь трогательный момент созерцания девицей своего похитителя, но нам следует убираться отсюда. Мы же не знаем, есть ли у него сообщники, не хотелось бы с ними повстречаться.

- Может, возьмем его с собой? - задумчиво пробормотала Мина.

- За время моего отсутствия ты обрела способности переносить тяжелые предметы?

- Нет.

- Тогда вынуждена, ответить тебе отказом.

- Насколько я понимаю, мы в "Сладких грезах". Может, выйдем на улицу, и я прикажу кому-нибудь из своих подданных связать его и доставить в Малкури? - со снисходительной улыбкой спросила подругу Мина.

- Отличная мысль! - удивленно похвалила подругу Джинни.

- Заметь, возникла она не в твоей светлой голове, а в голове твоей умственно отсталой подруги.

- Да, вынуждена признать, что ты удивительно быстро привыкла раздавать приказы!

- Побудь с ним, чтобы не смылся, пока я найду кого-нибудь.

- А вот этот вариант у нас не пройдет! - став чуть более серьезной, покачала головой Джинни. - Лучше, я допущу, чтобы этот красавец убежал, чем оставлю тебя без присмотра! Мне не хочется спасать тебя второй раз на дню, это, знаешь ли, эмоционально выматывает. Но в любом случае, прежде чем выходить на улицу, - Джинни скептически окинула подругу с головы до ног, - тебе необходимо привести себя в порядок. Выглядишь ты не лучшим образом.

Хулиан не спал третьи сутки, пытаясь разобраться в своих чувствах. Первую пару недель он старался не думать о том, что произошло. Ни о смерти Касиано и Морган, ни о том, что он не смог распознать игру Густаво, ни о том, что безжизненное тело Габриэллы лежит в Малкури, и никто не может ей помочь, ни о том, какую силу теперь представляет собой Джакомо в связке с Джельсаминой. Но после его визита к Мине, тщательно выстроенная плотина спокойствия и равнодушия прорвалась. К собственному удивлению, Корин Фоли понял, что еще чуть-чуть и сможет кормиться собственным безумием. Мысли водоворотом бродили в его голове, не давая ни есть, ни спать. Глаза, привыкшие к мягкой темноте кабинета, болезненно зажмурились, когда сквозь неожиданно открывшуюся дверь пролился солнечный свет. Появившийся в проеме силуэт нельзя было ни с кем перепутать. Только Кейсар Фоли мог обладать одновременно столь расхлябанной и величественной статью.

- Хулиан, меня начинает беспокоить твое самочувствие, - сухой голос Кейсара заставил Хулиана встать с кресла и принять подобающий вид перед своим повелителем.

- Чтобы там со мной ни было, я рад, принимать вас в своем доме, Ваше Величество.

- Рад? Ну, хорошо, будем считать это правдой. Предложишь сесть, или мне так и топтаться на пороге? - Вопрос Хоакина, как холодный душ, отрезвил Корина Фоли. Сдернув со светильника защитный колпачок, Хулиан смахнул со стола остатки пепла от трубки и предложил Кейсару собственное кресло. Снисходительно кивнув своему Корину, Хоакин прошел и занял место хозяина. Чтобы там себе не думал весь мир о том, кто является истинным правителем сейма Фоли, эти двое знали истинное положение вещей. Хулиан всегда служил ширмой для своего господина. За феерично-зловещей личностью своего Корина, Хоакин мог позволить себе тайно править всем и вся в этом мире. Пока верхушки Куори и Темо, сосредоточив все свои силы на Хулиане, боролись с ним, Хоакин незаметно для окружающих, не встречая никакого сопротивления, воплощал в жизнь свои планы. Приходилось признать, что Кейсару Фоли было не так уж много надо от жизни. Но все то, в чем он нуждался, Хоакин предпочитал получать, не напрягаясь.

- Ваше Величество, если честно, я никак не могу понять, чем вызвана ваша обеспокоенность моим здоровьем.

То, как раздраженно Кейсар заелозил в кресле, не ускользнуло от внимания хозяина дома, и он приготовился выслушать малоприятные замечания в адрес своей персоны. Голос Хоакина напоминал раздраженное ворчание разбуженного медведя.

- Хватит! Джулиан, я всегда снисходительно относился к твоим многочисленным слабостям, но исключительно потому, что при этом ты отлично справлялся с основной своей задачей. Но теперь.... Все только и говорят, что ты выдохся. Что Корин Фоли настолько погружен в горе, что под его носом можно взорвать мой дворец, а он не замучает при этом и десятка человек. Но все это было бы ничего, если бы они не говорили значительно более ужасные вещи! Все в один голос говорят, что теперь Кейсару Фоли никуда не деться и придется взять правление сеймом на себя! Джулиан, ты хотя бы слышишь меня? Они говорят, что Я должен взять власть в свои руки! Да, они все с ума посходили!

- Да, Ваше Величество, это, безусловно, не поддается никакому логическому объяснению, - горько улыбнулся, все еще стоявший по стойке смирно, Хулиан.

- Твоя идиотская ирония тут совершено неуместна! Я требую, чтобы ты немедленно взял себя в руки, и начал исполнять свои обязанности.