Джеффри Лорд - Сияющий полдень Уренира

— За тебя, мое солнышко!

Они чокнулись и выпили. Официант, мгновенно выросший за спиной девочки, подал мороженое, горячий шоколад для Асты и кофе для Блейда. Малышка, однако, не торопилась приступать к десерту.

— Дадди, мне надо с тобой ссрье-о-озно пог-оворить, — эта фраза звучала бы совсем по-взрослому, если б она не растягивала так забавно некоторые слова.

— Возникли какие-нибудь проблемы, Асти? — спросил Блейд.

— Никаких про… проб-лем, — она героически, справилась с трудным словом. — Просто я хочу быть с тобой почаще.

Теперь, когда девочка подросла, Блейд старался забирать ее к себе на уикэнд почти каждую неделю — когда был в Лондоне. Но последнее время это случалось не так часто: в марте он вернулся из Эрде, апрель провел в Ницце на отдыхе, в августе начались пертурбации в связи со смертью лорда Лейтона, сентябрь и часть октября Блейд провел в Таргале, возвратившись оттуда дней десять назад. Фактически только май и два летних месяца он мог регулярно видеться с дочкой, но и этот срок был ополовинен: летом тетушка Сьюзи увезла Асту на взморье, на один из детских курортов.

Припомнив все это, Блейд виновато улыбнулся и сказал:

— Потерпи чуть-чуть, малышка. Твоему дадди предстоит еще одна командировка, самая последняя, а потом он засядет в Лондоне… засядет насовсем.

Он знал, что вопрос о назначении его шефом МИ6А и руководителем проекта «Измерение Икс» уже решен. Что касается звания бригадного генерала, то позавчера Ричард Блейд уже примерил свой новый мундир.

— Засядет… — с легким недоумением произнесла Аста, ковыряя ложечкой мороженое. — Я не понимаю, папочка… Куда ты за-ся-дешь? — она произнесла незнакомое слово по слогам.

— Я буду сидеть в кабинете, лапушка. Это такая комната для начальников, где находятся большой стол, кресло и много-много телефонов…

Аста захлопала в ладоши.

— Я знаю, что такое кабинет! — заявила она. — У дядюшки Пита есть кабинет, но там столик маленький и только один телефон. А у тебя много телефонов! Значит, это и взаправду ка-би-нет для на-чаль-ни-ков! Значит, ты тоже будешь на-чаль-ни-ком!

Этот вывод был неоспорим, и Блейд, вздохнув, признался:

— Да, Асти, я тоже буду начальником. Буду сидеть в кабинете, говорить по телефону и раздавать приказы…

Он уже почти смирился с такой перспективой — хотя бы ради Дж., который уже лет пять поговаривал об отставке. Возможно, старый разведчик высидел бы еще год-другой в своем кресле, но смерть Лейтона его подкосила. К счастью, не в физическом смысле; несмотря на свой преклонный возраст, Дж. был весьма крепок. Однако он с математической точностью вычислил момент, когда надо уйти. Ричард Блейд, заменивший старому холостяку сына, вступал в зрелые годы, когда человеку солидному, достигшему генеральского звания, уже тяжеловато протискиваться ту узкую щель, что вела в иные миры. Значит, Ричарду Блейду пришло время сменить амплуа, превратившись из исполнителя в руководителя. И предусмотрительный Дж. еще пару лет назад начал давно запланированную операцию, в результате которой Ричард Блейд должен был унаследовать и должность, и кабинет своего шефа.

Аста еще не могла разобраться во всех этих тонкостях, но поняла одно: ее дадди будет большим начальником и перестанет исчезать из Лондона на целые месяцы.

Подлив девочке лимонада, Блейд полез в карман, вытянул сигарету и, воровато оглянувшись, прикурил. Ему не пришлось пользоваться зажигалкой; коснувшись пальцем кончика сигареты, он ощутил мгновенный прилив тепла и всплеск огненного жара. Табак затлел, и странник довольно улыбнулся. Способность к пирокинезу, возвратившаяся после недавнего странствия в Таргал, радовала его не меньше, чем мальчишку — новый велосипед. Аста, к счастью, не заметила, какие чудеса вытворяет ее дадди.

— Сколько телефонов в твоем кабинете? — спросила она, прилежно трудясь над мороженым.

Перед мысленным взором Блейда возник стол Дж., старинный, массивный и довольно просторный; рядом находилась тумбочка, тоже старинная, которую старик использовал в качестве бара. На ней-то и стояли телефоны в количестве пяти.

— Семь, — сказал он, чтобы сделать приятное Асте. Семь телефонов означало, что он — очень большой начальник; по крайней мере, в глазах своей дочурки.

— О! — Аста округлила глаза. — Семь! — Отложив ложечку, она принялась чтото считать, загибая розовые пальчики. — Семь телефонов — семь дней! — последовало торжественное заявление. — Воскресенье, понедельник, вторник…

— Я понял, лапушка, можешь не продолжать, — сказал Блейд.

Аста повозила ложечкой в креманке с мороженым.

— А твои телефоны — разноцветные, дадди?

— Разумеется. Два — красных… — начал Блейд, но девочка тут же прервала его, сморщив носик и заявив:

— Два красненьких нельзя, папочка! Все, все должны быть разноцветными! Красненький — для воскресенья, розовый — для понедельника, желтый — для вторника…

На этот раз Блейд дал ей закончить и согласно кивнул:

— Я непременно установлю себе семь разноцветных телефонов, как ты сказала. И тогда ты сможешь звонить мне в воскресенье по красному…

Он хотел продолжить перечисление, явно забавлявшее девочку, но Аста напомнила:

— В воскресенье мне не надо звонить тебе, дадди. В воскресенье я буду с тобой… и в субботу… В воскресенье и субботу я совсем-совсем другая!.. — вдруг негромко пропела она.

— Почему, Асти?

— Вот видишь! У тети Сью я — Анни, а у тебя — Асти… Тетя Сью одевает меня в платьица, а ты любишь, когда я ношу ком-би-не-зон… — Асти провела по рукаву своего нарядного серебристого комбинезончика и заключила; — Нет, в воскресенье и субботу я — другая девочка!

Блейд смотрел на нее едва ли не с благоговейным восторгом. Шесть лет назад ему в руки сунули крохотное создание, почти ничем не напоминавшее семнадцатилетнюю красавицу Асту Лартам. Теперь бы он этого не сказал! Сейчас все было на месте — и сапфировые глаза, и каштановые локоны, и розовые губы. Круг неизбежно замкнется, и его Аста, Анна Мария Блейд, станет такой же прелестной, как и та, киртанская… Иначе и быть не могло — ведь они являлись одним и тем же существом!

— Интересно, — сказала Аста, — а могу я быть еще и совсем другой девочкой? Другой-третьей и другой-четвертой? Например, когда со мной гуляет дедушка Коль? — так она называла Дж.

— Ты будешь другой, когда вырастешь, — сказал Блейд. Он протянул руку, потрепал шелковистые каштановые локоны, и малышка подняла на него засиявшие глаза. — Я обещаю, что вскоре мы станем встречаться с тобой чаще. Когда я вернусь из самой последней командировки…

— Дадди, зачем тебе ехать в эту самую последнюю ко-ман-ди-ров-ку? -спросила Аста. — Ты не мог бы сразу стать на-чаль-ни-ком?