Павел Миротворцев - Возвышение Хиспа

– Признаю свою ошибку, – покаянно сказал я, правда, больше для виду. – Мне действительно глубоко плевать на эти сословные различия, мне главное сам человек, а не его титул.

– Вот в этом-то и проблема, – раздраженно ответил лорд. – Для тебя это совершенно не имеет значения, а для остальных имеет, да еще какое.

– Кстати, мы приехали сегодня утром, уже почти вечер, а короля так и нет. Где моя обещанная награда?

– Короля не будет еще достаточно долго, – сказал Вард. – Грамоты сейчас охраняются надежно, поэтому король за них не переживает, а вот армию ему собирать надо. Рихард просто так не отдаст свои земли, пусть хоть и Император сказал это сделать, следовательно, будет война. Грамоты – лишь предлог для этого. Сама война и без согласия Императора бы началась, только несколько позже. Про награду вообще можешь забыть.

– Обманули, гады, – притворно опечалился я.

– Сам виноват, – не слишком уверенно буркнул Вард.

– Значит, на милость короля мы пока рассчитывать не можем? – поинтересовался я, пропустив слова лорда мимо ушей.

– Нет. Скорее всего, на нее рассчитывать вообще не стоит. Если бы нас обвиняли в измене короне, тогда да, тогда можно было бы рассчитывать, но нас обвиняют в измене Императору, а это совсем другое. Король в данном случае бессилен, он даже будет против нас. Ему сейчас ссориться с Императором совсем не в радость, он готовится к войне, и враг в лице столь высокопоставленного человека ему не нужен.

– А в чем суть обвинения, а?

– Эльфы.

– Так я и думал. Кстати, – повернувшись к эльфийке, заговорил я, – как ты умудрилась так далеко забраться от своего дома? Я же тебя подобрал черт знает где.

Меня этот вопрос мучил уже довольно долго, но спросить я попросту забывал.

– Кто тебе сказал, что я сбежала из самого дома? – блеснув своими очаровательными глазками, отозвалась остроухая..

– Тогда еще один вопрос. Как тебя разбойники умудрились в лесу поймать? Или ты настолько неправильный эльф, точнее эльфийка, что даже в лесу спрятаться не можешь?

– Я… я… у меня… – Замолчав, она опять помотала головой, на этот раз закрыв руками пылающие щеки.

– Слушай, отстань ты от Солины, речь сейчас не о ней, ты вообще понял, что я тебе хочу сказать? – произнес разозлившийся Вард.

– Нам хана? – напрямик спросил я.

– Именно это я и хочу сказать, – угрюмо подтвердил Вард.

Бросив на меня выжидательный взгляд, он отвернулся к окну, давая мне возможность подумать. Только теперь я понял, зачем, собственно, был затеян весь этот разговор. Наш бедный лорд просто искренне надеялся на мою больную голову, способную выдавать нечто экстраординарное. Такая вера в мои силы была приятна, но ведь недолго и загордиться. Тем не менее смутный план уже вырисовывался. Правда, это скорее не план, а сам собой напрашивающийся вывод.

– Я вот тут подумал, а если у сэра Бонемара случится обширный инфаркт?

– Тогда надо, чтобы он еще случился у виконта Дегеро и барона Ганди, – ответил лорд.

– Ладно, у первого инфаркт, второй неудачно упадет, а третий покончит жизнь самоубийством. Если вдруг нам повезет и такое произойдет, к нам будут какие-нибудь претензии?

Вард ненадолго задумался, я же в это время внимательно наблюдал за тихо сидящей Солиной, вернее, за ее ушками. Когда Гротен отворачивался к окну, они становились живыми, все время меняли свое положение, лишь изредка настороженно замирая, будто прислушивались, а затем вновь начинали шевелиться. Вот и сейчас они то вытягивались в струнку, то опускались, все время были в движении, но это мгновенно прекратилось, как только Вард вновь стал замечать происходящее. Ушки, как и полагается, просто замерли в своем обычном, естественном положении.

– Думаю, это решит нашу проблему, – произнес Вард. – Правда, не совсем, но максимум меня лишат титула, а тебя могут сослать на край света. Минимум же будет просто устный выговор. Можно сказать, попеняют и отпустят.

– И тебе плевать, что тебя лишат титула? – недоверчиво спросил я.

– Не плевать, но особо убиваться не стану, да и… зачем ты пришел в этот город?

– Не знаю.

– А что ты будешь делать?

– Не знаю.

– Тогда я тебе скажу следующее: ты не останешься в тени. Ты просто не можешь в ней находиться, а это значит – рано или поздно ты устремишься вверх, и я искренне надеюсь, что, когда ты достигнешь верха, ты не забудешь обо мне.

Все это было сказано с такой непреклонной уверенностью, что я даже растерялся.

– Ну, знаешь ли, – начал я, слегка оглушенный такой прямотой. – Мне, конечно, лестно слышать такое и от такого человека, как ты, но я бы не был так сильно уверен во мне.

Вард лишь спокойно пожал плечами, а потом произнес:

– И все же я поставлю на тебя, а потом проверим, был я прав или нет.

В этот момент я окончательно понял, что смог сделать Варда по-настоящему своим человеком, а ведь я думал лишь о предпосылке к этому, однако все получилось само собой.

– Хорошо, время покажет.

– Да.

– Теперь же вернемся к нашим баранам! – спустя пару секунд тишины притворно-радостно воскликнул я. – Значит так, ссылкой на край света меня не напугать… да и куда уж дальше ссылать? Тем более хрен у них получится это сделать. Покажешь, где живут эти три личности. Зайду, поинтересуюсь, как у них дела, все ли в порядке со здоровьем.

– Подожди. Не спеши. Я, конечно, покажу, где они живут, но все надо сделать тайно. Мы должны быть вне подозрений. Ведь даже если нам повезет и все эти люди вдруг в один раз скончаются, все равно я бы рассчитывал только на самое худшее развитие событий.

– То есть нас будут судить по максимуму? – спросил я.

– Именно!

– Почему? – Мне искренне стало интересно. Раньше за Вардом столь сильного пессимизма не замечалось.

– Из-за нее, – изящный палец лорда указал точно на Солину.

Эльфийка, в свою очередь, непонимающе посмотрела на меня, а ушки, воспользовавшись моментом, трусливо прижались к голове.

– Вот уж правду говорят, что пессимист – это хорошо информированный оптимист, – проворчал я. – Действительно, об этом я не подумал. – Затем, посмотрев на эльфийку, добавил: – Вот видишь, Ушастая? От тебя одни проблемы!

Вард возмущенно уставился на меня. Тоже мне, защитник слабых и угнетенных, мать его. Остроухая же понуро опустила голову, но я сказал эти слова не затем, чтобы обидеть девушку. Пару секунд ушки держались, но потом все же сделали, что я и ожидал. Опустившись в разные стороны, они опять беззвучно заплакали.

– Вот! – воскликнул я. – Они снова так сделали! – И показал на моментально вернувшиеся в нормальное положение уши эльфийки.

– Кто сделал? – непонимающе посмотрел на меня Гротен.