Неангелы: Девочка в домике (СИ) - Кошкина Татьяна

В голове как-то противно крутилась навязчивая мысль, что она что-то упускает, что-то важное. Но вот что? Сна ни в одном глазу. Девушка поднялась с кровати и принялась мерить шагами комнату от окна к двери и обратно.

Уснула она под утро. Ей снилось прошлое, теперь оно окончательно слилось с миром фантазий. Начать с того, что она сама сейчас была лишь воспоминанием. Новой Киры не было, были лишь отголоски воспоминаний о той девушке: яркой, наивной, искренне любящей, доверчивой и сияющей.

На входе в штаб Ассоциации была самая настоящая давка. Разумеется, экскурсии для курсантов проводятся исключительно редко. Каждый третий мечтает увидеть лаборатории, каждый второй – тюрьму разума и, без сомнения, каждый хочет попасть в зал Оракула. Последнего им не обещали, но как наивны и бескрайни мечты отстать от группы, исследовать все самостоятельно и «случайно» забрести  в запретную зону.

Ей предстояло стоять в очереди еще очень и очень долго. А вот кто-то другой явно торопился и грубо толкнул её, пробираясь вперед.  «Пальто жалко», - одна из самых нелепых мыслей перед падением в грязь.  Но его не последовало. Чьи-то руки крепко схватили за плечи, удерживая от падения.

- Сегодня очень странный день, девушки сами падают ко мне в руки.

Она полюбила ушами, без сомнения. Такого приятного голоса Кира не слышала никогда в жизни. Девушка стряхнула его руки с плеч, обернулась…и влюбилась окончательно. Он был таким, как нужно, таким, как она представляла в своих наивных девичьих мечтах.  Красивый, но не глянцевый. Мужественный. Высокий. Брюнет. Обладатель невероятно сильных глаз, которые разглядывают её с интересом и, кажется, с нежностью.

- Кира, - подчиняясь сиюминутному порыву, она протянула руку.

- Ярослав, - стоило ладоням соприкоснуться, как полюса замкнулись. Материя заискрила вокруг, подталкивая их ближе друг к другу. Нет, это двери, наконец, открылись и люди ринулись внутрь, сметая всё на своем пути.

- Это безумно интересно, но нам пора, -  в иллюзию вторгся и со звоном разбил на сотни осколков бесценное воспоминание голос Михаила.

- Куда? – Кира села на кровати и зевнула в ладошку. Голова гудела, мозг еще не проснулся, кажется, она все еще чувствовала на своей руке родное прикосновение. Сколько она спала? Не больше трех часов.

- На осмотр к врачу. Забыл предупредить, пока с тобой ругался, - он почесал растрепанную голову, словно ему самому было неловко из-за этой оплошности.

Кира заметила общую небрежность и темные круги под глазами.  Видимо, ему тоже не удалось уснуть этой ночью и сейчас, уставший и взъершенный, он был больше похож на нескладного молодого парня, чем на грозного Наставника для начинающих Мыслителей.

- Приведи себя в порядок, жду внизу.

Глава 3. Хороший муж и несбыточные желания

- Прекрати меня закутывать, - ерепенилась Кира, отбиваясь от теплого пледа, в который ее упорно заворачивал Михаил.

- Взлетим – замерзнешь, - упорствовал мужчина.

Где он только раздобыл плед таких размеров? Или сам модернизировал? Кира была недовольна этой принудиловкой, хоть и понимала ее необходимость, когда вертолет взлетит, будет, действительно, холодно.  Наверное, все дело в том, что заворачивают её в плед не те руки.

Добраться из лагеря Ассоциации до людей можно было двумя способами:  на машине по узкому, плутающему в горах серпантину и более быстрым – на вертолете. Кира не хотела знать, как Михаилу удалось уговорить пилота, но, судя по доброжелательному приветствию и похлопыванию по плечу, с этой Тенью у них были прекрасные дружеские отношения. Кира невольно скривила лицо. Дружить с Тенями, замечать их – этому человеку нравится копаться в грязи. Станет ли он таким же предателем, когда-нибудь? Вполне вероятно. Что будет с ней, как с его парой? Кто знает.

***

Они пришли в самую обычную женскую консультацию при центральной больнице города. Не слишком чистая,  весьма потертая и до отказа забитая людьми.  Зажатые девочки, видимо, впервые пришедшие ко врачу, сидели в уголке и перешептывались, глядя на пузатых без пяти минут молодых мамочек. Рядом с некоторыми суетились нервные мужчины, которые казались чужими в этом узком длинном коридоре, наполненном женщинами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Извини, но сегодня у твоего врача общий прием. Она нас ждет, - он вел её осторожно держа за руку, кажется, Киры  никто не коснулся, несмотря на всю эту толкотню. Они подошли к облупившейся деревянной двери. Долго ждать не пришлось, словно почувствовав их приближение, доктор открыла её и выглянула в коридор.  На пороге стояла высокая женщина с темными вьющимися волосами, забранными в небрежный пучок. Кудри торчали во все стороны, а яркий макияж делал её больше похожей на ведьму, чем на доктора. Хотя, если задуматься, рождение жизни – это магия. А эта странная женщина помогает процессу и прикасается к магии – точно ведьма.

- По записи. Дмитриевы, заходите, - громко объявила она, точно зная, что перед ней стоят нужные люди. Женщина приветливо кивнула Михаилу и понимающе глянула на несколько ошарашенную происходящим Киру.

Стоило двери захлопнуться, как рука девушки была отпущена на свободу.

- Привет, племянничек! – женщина фамильярно стиснула Михаила в объятиях и взъерошила волосы.  – Смотрю, твоей паре лучше! Закурю? – дождавшись двух утвердительных кивков, она открыла форточку, совсем по-детски уселась на подоконник и закурила сигарету через длинный мундштук.  – Садись. Рассказывай, как самочувствие? Ничего не болит? Не тянет? Кушаешь нормально?

-  Все хорошо. В первый день ныло и слабость жуткая была, сейчас почти не болит, - Кира смущенно посмотрела на Михаила, который и не думал покидать кабинет. Как можно поговорить с врачом, когда чужой мужчина слушает? Ладно, пусть номинально он теперь вполне её, но фактически все еще чужой человек с этими холодными серыми глазами.

- Ясно, - от внимательного взгляда темных глаз женщины не укрылось смущение пациентки. Доктор затушила сигарету.  – Пошли в смотровую. Миш, форточку закрой, как выветрится дым. Здесь становится прохладно, Кире такое на пользу не пойдет.

Тот молча кивнул.

***

- Сильно тиранит? – усмехнувшись, женщина кивнула в сторону только что захлопнувшейся двери.

- Есть немного, - Кира сама почему-то начала улыбаться. Такое доверие вызывал человек, стоящий напротив.

- Не злись, он старается. Притащил тебя среди ночи, всю операцию рядом торчал – полюса замыкал, потом список вытребовал, что делать нужно. По пунктам. Ты не переживай, что он такой вредный, хороший муж получится из него. Получше многих.  Раздевайся и на кушетку, что смотришь?

Киру передернуло, то ли от перспективы обнажения в обществе незнакомой женщины (до этого она никогда не была у такого врача), то ли от мыслей о «хорошем муже».  Это звучало так дико, так неправильно, что горло защипало от желания высказаться, как вчера.

Хорошая новость – организм восстанавливался сам и весьма успешно.  Кира не знала, радоваться этому или нет. Да, скоро она будет здорова, но только физически. Тело подлатает умелая «ведьма», а кто вылечит душу? Сможет ли она собраться себя по осколкам? И есть ли что собирать?

- Ну что? – Михаил сидел в кресле доктора и читал тонкий бульварный роман в помятой бумажной обложке. – Выброси этот бред, теть Сим.  Читай уже нормальную литературу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Унылости мне и в жизни хватает,  а тут романтика, горячие мужчины. Да, я после таких приключений половину баб бы не откачала, но кому это важно? – хмыкнула она. – Кыш отсюда. Все в порядке с твоей Кирой.  Жить будет. Рожать, думаю, тоже будет, но не сразу. Работы много, помогу, чем смогу. Осмотрю в твой день рождения последний раз, а потом приходите, когда задумаете детей завести.