Мишель Пейвер - Хроники Темных Времен (6 романов в одном томе) (ЛП)

Он завел Ренн за какую-то груду камней и первым нырнул в затянутую липкой глиной нору, которая оказалась еще уже, чем первая. Они с трудом протискивались, задевая за стенки боками, но, к великому облегчению Ренн, это продолжалось недолго.

Когда они выбрались из норы, Дарк осмотрелся и озадаченно пробормотал:

— Я ничего такого не помню…

Подняв свой жалкий факел повыше, он осветил желтоватые стены пещеры, в которых зияли три отверстия: входы в туннели. Левый вход показался Ренн самым низким и узким; к тому же он был похож на открытую пасть с каменными зубами; с «зубов» капала вода. У входа в средний туннель виднелся какой-то красноватый выступ, похожий на культю отрубленной конечности. Третий туннель, самый просторный, был как бы надвое перерезан большим острым камнем, похожим на торчащее из пола копье.

— Нам куда? — спросила Ренн.

— Не знаю. Мне отчего-то кажется, что все они ведут не туда. А еще мне кажется…

— Так ты не знаешь, куда идти? — И Ренн, оттолкнув Дарка, бросилась к первому туннелю. Но остановилась и приложила руку к самому краю, стараясь не касаться жутких каменных «зубов».

Камень под ее ладонью странно вибрировал, даже содрогался, а из туннеля до нее долетало нечистое дыхание Мира Мертвых.

Она метнулась к самому широкому туннелю, с острым камнем посредине. И ощутила ту же дрожь каменных недр, то же удушливое жаркое дыхание обители духов.

В отчаянии Ренн вскарабкалась на красноватую «культю» у входа в третий туннель, тут же скала, как живая, присела под нею, и она услышала злобное щелканье зубов: похоже, злые духи уже разинули свои пасти и намерены схватить ее…

Ренн бросилась назад.

— Во всех трех проходах таятся злые духи! — задыхаясь, сообщила она Дарку.

— Именно это я и собирался тебе сказать, — спокойно ответил он.

— Ну и какой же из них нам выбрать?

— Тихо! Не шевелись!

— Что ты?..

— Ш-ш-ш! — И Дарк резко вскинул вверх руку со своим факелом.

В трещине, прямо над ними, «сидел» еще один филин. На этот раз высеченный из камня. Глаза у него были закрыты, но пернатые ушки стояли торчком.

— Ложись и ползи как можно тише, — сказал Дарк.

«Каменный» филин вдруг открыл глаза и свирепо зашипел на Ренн.

Она с криком упала на землю, оттолкнув Дарка. Факел вылетел у него из рук. Но прежде чем вокруг воцарилась кромешная темнота, Ренн успела увидеть, как филин, раскрыв громадные крылья, беззвучно скользнул прочь.

В полной тишине послышался какой-то отдаленный всплеск.

— Это наш факел, — пояснил Дарк.

— А второго у тебя нет?

— Нет.

Ренн, задыхаясь, поднялась на ноги.

— И что же нам теперь делать?

— Не знаю.

Она в ужасе закусила костяшки пальцев. Где-то там, в глубинах этой ужасной Горы, Торак пытается в одиночку противостоять Эостре…

Чья-то холодная рука коснулась ее запястья.

— Это ты? — шепотом спросила она.

— Что? — удивленно спросил Дарк, явно находившийся от нее на расстоянии нескольких шагов.

Чей-то ледяной палец ласково провел по ее щеке.

— Прекрати немедленно! — крикнула Ренн.

— Но я ничего не сделал!

Она крепко зажмурилась, потом резко открыла глаза и увидела… В такой темноте, правда, было невозможно что-то увидеть, но все же она…

увидела.

— Ты тоже

ее

видишь? — еле слышно выдохнула она.

— Да, вижу, — шепотом ответил Дарк. — Но я не знаю, кто это.

А Ренн знала. Видение было неясным и расплывалось, точно клок тумана, но при этом от него исходило некое слабое свечение. Так светятся духи мертвых. И страх Ренн куда-то испарился, остались лишь легкая горечь да ощущение утраты.

Теперь она видела более отчетливо: перед ней стояла, слабо светясь, та, против кого она бунтовала всю свою жизнь. И на этот раз — видимо, последний в ее жизни — она жадно смотрела в это древнее лицо, стараясь навсегда запомнить твердый, как кремень, взгляд и рот с провалившимися от старости губами, который никогда не умел улыбаться.

Призрак старой Саеунн, двигаясь совершенно бесшумно, вытянул хрупкую, бесплотную руку и указал ею на туннель с каменным «копьем» посредине.

— Благодарю тебя, — прошептала Ренн. — О, благодарю… И пусть наш хранитель всегда летит рядом с тобою! — И она, приложив обе руки к своему амулету из перьев ворона, низко поклонилась старой колдунье.

А когда выпрямилась, дух Саеунн уже исчез.

Ренн решительно вскинула на плечо лук и колчан со стрелами и сама взяла Дарка за руку.

— Идем, — уверенно сказала она. — Теперь мы знаем дорогу.

Глава тридцать пятая

Торак покатился вниз, и на него обрушился целый водопад камней, а земля стремительно кинулась ему навстречу. Боль одновременно взорвалась и в плече, и в черепе.

Некоторое время он лежал неподвижно. Боль в разбитой скуле была почти невыносимой, но руками-ногами двигать он все-таки мог. И, как ни странно, ухитрился не потерять свой нож.

Осыпь, обрушившаяся на него подобно каменному водопаду, уходила куда-то вверх, во тьму. Нечего было и думать по ней взобраться. Нет, назад ходу нет, это ясно. «Хорошо хоть, Волка здесь нет, — подумал Торак. — Может, он еще все-таки сумеет выбраться отсюда живым».

Ему казалось, что он находится в какой-то огромной темной пещере. Судя по ощущениям, камень здесь некогда тек, точно жидкий мед — капал, собирался в озерца, а потом застыл и снова стал твердым. Каменные потеки, похожие на чьи-то кривые клыки, свисали с потолка пещеры; другие такие же «клыки» торчали из пола, готовые сомкнуться с первыми.

«В точности как пасть хищника, — подумал Торак. —

А что старо, как времени поток? Зуб, камни превращающий в песок…

Так я в пасти Горы», — догадался он.

Замерцал огонек костра. Где-то далеко внизу послышался тихий шепот воды. А гораздо ближе, совсем рядом с Тораком, раздалось вдруг ритмичное клацанье костей, и жуткий знакомый голос пропел:

Силой кости,

Силой камня,

Силой взгляда Злого духа

Я, Эостра, призываю

Вас, не знающих покоя!

Я, Эостра, заклинаю

Вас во всем мне подчиняться!

Торак, спотыкаясь, двинулся к свету. Прятаться смысла не имело. Она прекрасно знала, что он тут.

И вскоре он ее увидел.

Видимо, в результате какого-то давнего подземного толчка огромные камни сложились в некое подобие алтаря высотой в два человеческих роста, накрытого сверху черной каменной плитой. На этой плите горел огонь, а за ней виднелась высокая фигура Повелительницы Филинов. По обе стороны от нее два токорота ритмично гремели костями в такт ее монотонному речитативу.