Malice Crash - Мэлис Крэш и орден Феникс

Я быстро просканировала цветы на предмет отравленности, магической настройки и прочих неприятностей. Ввиду того, что демонов сильнее меня в натуре не существует, я могла утверждать с большой долей уверенности, что нехороших сюрпризов цветочки не содержат. Обычные черные розы, просто лишенные стеблей. Скорее всего, импортированы из какой-то реальности, где встречаются часто, сотворены или накопированы... Нет, для просто накопированных зеркалом они слишком разные. Скорее всего, неведомый почитатель Вечной поставил на молекулярное зеркало какое-то мелкое отклонение. У многих получается... В смысле, без явных мутантов получается...

А ведь интересное дело получается... Розы рассыпаны, начиная от моей двери, и продолжается сия красота до лестницы. Может, и дальше... Меня, выходит, кто-то соблазнить решил по древнему рецепту этернистов...

Похоже, слухи о нашей ссоре со Станом просочились в народ. И на роль второй звезды (на худой конец отражателя) решил предъявить претензии кто-то из отпущенных раньше...

Сходить, что ли, разочаровать демона? Наверняка это кто-то с младшего курса. Или из незагруженных наших. Неудачник, короче говоря. Больше ни на кого моя фантазия не срабатывала, поэтому я ступила на розы любимой босоножкой (на пятисантиметровой платформе) и бодро зашагала навстречу товарищу, решившему, что может вот так на меня посягать.

Примерно на пятой ступеньке я ощутимо поскользнулась на мокрой розе и зацепилась майкой за гвоздь, торчавший из перил (след давней борьбы с теми, кто по этим перилам катался. Народ на гвозди плевал, некоторое время катался назло всему, потом надоело). Заделывая дыру временным вихрем, я со злобой подумала, что отдельных романтиков с этернистским уклоном надо убивать для профилактики. Чтобы на будущее думали, а не списывали у великих и известных. Розы «с росой» надо укладывать в стороне от пути, на солнечных пятнах... А не в темном месте на лестнице!

Ниже я спускалась, уже придерживаясь за усеянную гвоздями деревянную доску, служившую здесь перилами с тех знаменательных дней, когда прежние перила отодрали, дабы использовать в качестве тарана. Ну, народу понадобилось, младший шкодный возраст – такой период, когда желания исполняют, а не обосновывают... Кстати, тогда дверь все равно выбить не удалось – оказалось, что ее зачаровали на непробиваемость от всего, за исключением чего-то безобидного... По-моему, ту комнату обездверили в результате при помощи насекомых. Дай Хаос памяти, чтобы вспомнить автора задумки... Да нет, я и смысл вторжения уже не припомню. Мне тогда года три было, максимум четыре...

В общем, мысли у меня к завершению лестницы были неромантичными. Совсем. А черная лента роз, огибая пустую конторку дежурного воспитателя, ясным намеком подходила к дверям. Ну конечно, цветов у товарища было много... Если меня в конце этой дорожки ждет черный байк и гордый своей придумкой романтик, я не знаю, что сделаю... Уж точно не похвалю за традиционность мышления. Что он там о себе думает, этот демон? Раз я этернистка, хотя бы фактически, то меня уже можно ловить на такую примитивную блесну? Что мы, люди какие-то?

Нет, народ, к такой точке зрения можно относиться только по-выкиндштейновски. В смысле, избавиться от нее до того, как начнет влиять на мышление...

Черная лента, уже слегка разворошенная ветром, заворачивала за девчачий корпус. И там, у стены, умело разрисованной какими-то вампирофилами[ 44 ], на черной от мудрых мыслей скамейке, поставив ноги на сиденье, сидел... Нет, не ожидаемый обычный романтичный неудачник, а большая сволочь, которую я еле вышвырнула из собственной головы! То бишь, Ник Лара собственной поганой персоной!

Я лишилась дара речи. Язык отнялся напрочь, и это хорошо, потому как на него просилось что-то типа вопроса «Где гроб?» и предложения «Сам закапываться будешь?». Наглость у отдельных личностей бывает просто непередаваемой...

Лара грустно улыбнулся и уставился на одну из закрепленных рядом с собой черных свеч. Та ровно горела. Я сразу поняла намек... Майку я так и не сменила...

–Ты с ума сошел, – наконец выдавила я несколько цензурных слов. – Или тебе надо в простых человеческих словах объяснять? Так я могу...

–Мэлис, я все понимаю, – а я не понимаю, как можно бессовестно нести чушь, смотря в глаза... Да он не сможет даже робота понять, имея в распоряжении полную программу! – Тебе сейчас сложно...

–Мне не сложно, – если думать о том, что отдельные личности считаются сложностями... Мне, если честно, сейчас мешает жить одна конкретная проблема, и эта проблема сидит налево от свеч, которых не стоит даже близко...

Так что я стою и думаю о том, почему вообще заговорила с ним, а не сразу вспомнила свойство, коим обладаю по милости непредельщиков... Ведь оно, кажется, позволяет мне стирать подобные вопросы с лица пространства, времени и прочих измерений...

–Согласен, неудачно слово подобрал, – склонил голову «проблем сидячий». – Я ведь слышал, что ты можешь убивать... Мэлис, это меня не пугает, я уже раз умирал и дважды собирался...

–Это – другая смерть, – и все же, с какой стати я что-то разъясняю? Почему не могу просто развернуться и уйти, бросив пару издевательских слов на тему необходимости уборки? Ведь имею же полное право...

–Мы же говорили с тобой, – с Мирой он говорил... Правда, говорил... О том, что хочет уйти туда, откуда нельзя вернуться... Что уходить туда, где будешь чувствовать себя хорошо – неправильно...

–Ник, не дави на меня, – на самом деле прессует мое сознание сейчас нечто иное. Но этому вслух претензий не выскажешь.

–Мэлис, я подумал, что уже можно... Ты ведь больше не заменяешь меня...

–А вот это тебя совершенно не касается! – я наконец вспылила. И смогла сбросить наваждение, идущее из чужой памяти. – Я могу быть с кем угодно или чем угодно, но лучше останусь одна, чем приду к тебе!

–Я не заставляю тебя возвращаться, – пси большое, конечно, что не заставляешь...

–Мне не к чему возвращаться! – проймет его или нет? – Ты ничего для меня не значишь! Я все еще ненавижу тебя... За все!

–Мэлис, прошу тебя, пойми, что я изменился...

–Не изменился ты! Нисколько не изменился! – я раздраженно взмахнула рукой. Черные розы взлетели в воздух, закружившись вокруг нас смерчем. – Я из-за этого и ушла! Тебя ни Дельта, ни Хаос не исправят! Ты только притворяться научился! И то хреново! Ясно тебе?

–Мэлис, пожалуйста, – Ник бросился ко мне, но напоролся на стену лепестков и отлетел обратно на скамейку, к своей задутой свече.

–Я же сказала, что неправильно сделала установку! То, что ты остался той же сволочью, которую я знала, очень мне помогло, – и никто под руку больше не лезет... Спасибочки моим создателям, за то, что привили возможность использовать собственное бешенство! – Если бы ты действительно хоть в мелочи исправился, я бы осталась... Просто не смогла бы уйти...