Анна Алмазная - Наследник Виссавии

   Хариб поклонился принцу, потом телохранителю и начал проворно стирать со стола лужу.

   - Останешься здесь, - приказал Лерин Эллису. - Присмотришь за своим арханом.

   - Мне не нужна помощь, - раздраженно возразил Рэми.

   - Я вижу.

   - Заканчивайте пререкаться! - вскочил на ноги Миранис. - Да, я принял решение. Да, я его не изменю. Да, вы ничего не можете сделать. Но это не повод грызться друг с другом. Забыли, что недавно были у грани? Забыли, что вновь можете там оказаться? И тратите время на какие-то споры? Да что с вами, в конце-концов!

   - Что с тобой, Мир? - прозвучавшая в словах Рэми мука ударила Мираниса сильнее, чем сами слова. Впервые телохранитель казался ему по-настоящему беспомощным. Рука принца сама поднялась, ладонь почти легла на плечо Рэми, когда принц, ошеломленный, остановился... что он творит?

   - Я сделаю все, чтобы вернуться, Рэми, - ответил наконец-то Мир. - Обещаю... Если ты так боишься смерти...

   - Я не боюсь смерти, я боюсь потерять тебя...

   Говорил один Рэми, но в глазах всех телохранителей читалось то же. И Миранис вздрогнул, сжав пальцы в кулак. Потеряете. Очень скоро. И Мир хотел бы это изменить, но, боги, скажите - как?

   - Мир, - Рэми пошарил перед собой руками, и принц подошел на шаг ближе, позволив ему нащупать свой плащ.

   И тут Рэми поднялся, неловко бросился перед Миром на колени и прошептал:

   - Мой принц...

   - Рэми... - опешил Миранис. Гордый телохранитель, наследник Виссавии, перед ним на коленях? Добровольно?

   - Не отталкивай меня, мой принц, - прошептал Рэми. - Позволь пойти с тобой.

   - Рэми...

   - Мир, ты не понимаешь....

   - Я все понимаю... - Мир опустился перед Рэми на колени, обнял телохранителя и тихо прошептал:

   - Иногда я проклинаю нашу связь. Проклинаю богов, что придумали эту пытку.

   - Я ее благословляю... - руки Рэми нашли лоб Мира, прошлись по волосам. - Я сделаю все, чтобы ты жил.

   - Я знаю, Рэми. Я тоже сделаю все, чтобы ты жил. Чтобы вы все жили.

   Миранис заставил телохранителя вновь сесть в кресло и тихо сказал:

   - Рэми?

   - Да, мой принц.

   - Помни о наших сестрах.

   - Не смей прощаться! - воскликнул телохранитель, вцепившись в его рукав. - Слышишь! Не смей! Даже там, за гранью, ты от меня не избавишься!

   - Я не прощаюсь.

   "Пока не прощаюсь".

   - От нас всех не избавишься, - сузил глаза Кадм. - Мне не нравится, ни что ты несешь, ни что ты делаешь... но я доверяю вождю. Я знаю, что Элизар не даст Рэми умереть, а, значит, ты вернешься... но будь осторожен, Мир.

   Мир не слушал. Его коснулся осторожный зов и, поняв, чего от него ждут, Миранис приказал:

   - Оставьте меня, я хочу побыть один. Эллис, уведи Рэми.

   - Мир!

   - Уходи, Рэми... Знаешь, что мы в Виссавии, значит, в безопасности. Так почему упрямишься?

   Когда дверь за телохранителями закрылась, Мир тихо спросил:

   - Долго ты тут?

   - Достаточно, - ответил вождь, выходя из тени.

   - Мои телохранители тебя даже не почувствовали...

   - Забываешь, что я часть Виссавии, - усмехнулся вождь. - Забываешь, что не хочу причинить тебе вреда. Духам, что спят в телохранителях, незачем тревожиться...

   - Ты пришел не за этим... Ты все так же не спускаешь взгляда со своего племянника?

   - А ты удивлен? - вождь взял из вазы яблоко и, повертев его в руках, надкусил сочную, сладкую мякоть. - Не смотри на меня так, Миранис. Да, мы большей частью довольствуемся эльзиром, но иногда хочется разнообразия... Рэми будет сложно пережить твою смерть.

   - Боишься, что он не выдержит?

   - Не боюсь. Я успел познать душу своего племянника. Он только с виду хрупкий и ранимый, но выдержит. Я бы тоже выдержал... если б не этот дух внутри...

   - Ты был у хранительниц?

   - Да, боги нас благословляют. Завтра мы не пересеем грани... но у меня для тебя не очень хорошая весть... Миранис.

   - Говори, - насторожился принц.

   Вождь выбросил огрызок в открытое окно и некоторое время смотрел на усыпанное звездами небо.

   - Боги, и мои, и твои, Миранис, высказали свою волю. Никто из виссавийцев, даже Рэми, не должен знать, что Лилиана ждет ребенка... И Рэми связан с наследником узами богов. Мне очень жаль, принц, но... это означает лишь одно... Рэми не будет поддерживать твоего наследника, и твоя жена должна будет справляться сама. Прости...

   Мир сжал кулаки, погасив вспыхнувший внутри гнев. В одно мгновение вспомнил он за что, собственно, ненавидел когда-то Виссавию. За их спокойное: "Мы не можем и не будем помогать. Прости". Как просто... прости?

   - Мир?

   Разговор двух идиотов. Мир отвернулся. Виссавия всегда была такой - интересы клана превыше всего, а сейчас в интересах клана было заставить Рэми... забыть о Лие. И они заставят.

   - Рэми вам этого не простит. И мой сын вам этого не простит, ты это знаешь, Элизар.

   - Это уже не наши хлопоты, Миранис. Мы сделаем то, что сможем, а дальше... увы, они пойдут сами. Богиня приказала... я ничем не могу помочь. Мы умрем вместе. Наши наследники будут жить отдельно.

   - Так ли уж отдельно? - воскликнул Миранис. - Завтра Рэми, ваш будущий вождь, станет телохранителем моего нерожденного сына... понимаешь ли ты, великий вождь Виссавии... что если мой наследник умрет...

   - ...то Рэми умрет вместе с ним... понимаю.

   - И, тем не менее, просишь меня...

   - Я уже сказал... воля богов...

   Миранис нервно усмехнулся. Бесполезно. Вождя не пронять... да и принц, увы, воли богов ослушаться не может. Если ослушается - будет только хуже, и для Рэми с Лией в первую голову.

   И Миранис смирился. У него не было выбора.

   - Пусть так... когда? - прошептал он, усаживаясь на кровать.

   - Ты же знаешь, что не выдержишь вне Кассии долго, - ответил Элизар. - Что ты слабеешь, ведь твоя жизнь, твои боги-покровители там... Так что... когда ты будешь готов, Миранис. Тянуть нет смысла. На полный разрыв уз богов нужно полгода, а у нас его нет. После твоей смерти твои телохранители пройдут через страшную боль, но они будут жить...

   - Мы их бросаем одних?

   - Мы не бросаем их, - возразил вождь. - Мы оставляем их на милость богов - Радона и Виссавии.

   - Соперников?

   - Брата и сестры. Мир, ты слишком много думаешь. Слишком много беспокоишься. Это ничего не изменит. Выпей...

   - Заставишь меня забыть? - спросил Мир, забирая у вождя чашу. И впервые до конца поняв, почему Рэми боялся принимать их помощь. Вот и Миру теперь очень хотелось отказаться от отвара.

   - Нет, успокоиться. Завтра тебе нужны силы, а сил после бессонной ночи не будет. Выпей.