Демьян Бедный - Стихотворения, эпиграммы, басни, сказки, повести (1908 — октябрь 1917)

СЛЕПОЙ И ФОНАРЬ

Столкнувшись с кем-то в темноте,"Ой! — взвыл слепой от боли. —Ну, люди! Прямо скот, ей-богу, на скоте!Фонарь-то я ношу для развлеченья, что ли?""Фонарь? — слепому был ответ. —Но где ж фонарь? Его и нет.Ан есть! Но кто ж его приметит:Ведь ты не видишь сам, что твой фонарь — не светит!"

Я басню разъяснять не стану. Дело в том,Что в восемь строк она вместилась вся удобно, —А ежли смысл ее растолковать подробно,Напишешь целый том!

EVET, EFPENDIM![1]

В свободной Турции, в счастливом вилайетеБыл Представительный совет,И председателем в советеБыл… был… Каких лишь нетИмен на свете:И вспомнить сразу-то нельзя!Не то Абу, не то Али-Родзя!Персоной, как-никак, считаяся большою,Он тем не менее перед любым пашоюИ особливо пред валиЕдва не падал до земли.Но заглянули б вы в совет, — клянусь Аллахом, —Здесь выглядел АлиПо меньшей мере падишахом:Всем, грудью кто стоял за трудовой народ,Умел закрыть он рот:"Что?.. Власть грабителей?!. Что?! Райя встать готова?!Лишаю слова!!"Но вслед за первым храбрецомШли новые бойцы за черный люд, — и сноваС перекосившимся лицомАли вопил: "Лишаю слова!!"Порой же, действуя и круче и скорей,Он очищал совет совсем от "бунтарей".Оставшись с теми, с кем он был в общеньях тесных,Зане они себя вели, — ах, как вели! —Восторженно глаза закатывал Али:"Как хорошо средь… бессловесных!!"

КУПИДОША

"Друг, Купидошечка! — любезничал с утраС ищейкой унтер Пришибеев. —И как же ловко ты вчераРазнюхал сходочку вот этих вот… злодеев!Спасибо! Поддержал!За расторопность — на… съешь шоколадцу плитку!"Пес беспокоился, чего-то все визжалИ носом тыкался в калитку."Так… понимаем, брат: к собачкам погулять?Ну, неча хвостиком вилять!Айда! Да не сгрызись, гляди, со сворой злою!"Помчался Купидон на улицу стрелою,А через часика примерно через дваЕдва-едваНазад волочит ноги."Ой, батюшки. Хорошие итоги!"У Пришибеева остыло все в груди:"Иди сюда, иди.Скажи, как дело было?Вишь: хвост повис уныло,И слезы льют из глаз…Ужли отказ?!Пренебрегли такой особой!К ищейке, стало быть, прониклись лютой злобой?Вот так-то и со мной бывает всякий раз,И никакой тебе приятности житейской!Облают — слова не скажи.Вот после этого служиНа службе полицейской!"

ГОРЕ-КУЗНЕЦ

Сказка

Жил барин, сыто жил, богато,Как жили бары все когда-то.Поместье у него — ну, прямо сущий рай,Добра, достатка — через край:И справа всякая, и живность, и товары,И хлеба полные амбары —Да ко всемуТомуДве мельницы: на горке — ветряная,На речке — водяная,Да кузница — считай, завод!Мотыги, бороны, лопаты, вилы, плугиКовались в ней для всей округи.Без остановки шла работа круглый год —Ковали кузнецы помещику доход,А им от барина на зависть людям плата:В день — четвертак на брата.Большое ль дело четвертак?И так прикинь его, и так,Есть помирать охота, нет ли,А не уйти из мертвой петли:Что заработал, то проел!Да мужику ведь что? Сам бог терпеть велел —И кузнецы роптать не смели.Ан случай земляка из города принес:"Ребятушки, да вы в уме ли?Да ежли б этакий, как ваш хозяин, песНа нашей фабрике, к примеру, объявился,Так мы б его живой рукойОгрели стачкою такой!""Какой же?! — в кузне всяк дивился. —Ужотко нас ты научи.Сам видишь нашу жизнь: хоть караул кричи!На наши спины сел хозяин злой болячкой.Нельзя ль и нам его огреть вот этой… стачкой?!""Ну что ж? Механика, ребята, нехитра!Имели б лишь охоту!"Два дня ученье шло. На третий день с утраХотя б один кузнец явился на работу!К обеду всей гурьбой пришли на барский двор.Жестокий с барином тут вышел разговор.И кузнецам во всем поддакивала дворня.(Все одного ведь корня!)У барина, до этих порНи в чем от кузнецов не знавшего отказу,Глаза на лоб полезли сразу:"Что?.. Стачка? Бастовать?.. Спасите!.. Бунт! Разбой!"Но, овладев кой-как собойИ пораскинувши мозгами,Затопал барин наш ногами:"Егор! Корней! Захар! Антон!Гоните сволочь эту вон!Чего ж вы стали-то? Аль с ними столковались?Гони!.. Спустить на них собак!Грозить мне стачкою! Не на того нарвались*О-го, не по носу табак!Еще поплачете об отдыхе и плате!"И барин так, как был, в ермолке и халате,С собою прихватив приказчика КузьмуДа сторожа Антропку,Скорей на кузницу."Раздуй-ка, Кузя, топку!А я клещи возьму.Антроп изобразит у нас молотобойца.Ей-богу, чем не троица!!"И часу не прошло — на кузне стук и гром.Ан хитрость барская не кончилась добром.Пришло несчастье сразуПо первому заказу.Подъехал к кузнице мужик, силач Панкрат.Глядит на барина, прищурившись лениво,Как бы "кузнец" такой ему совсем не в диво:"Вот к вашей милости…""Э… кхе… Здорово, брат.Чем угодить могу?""Да шины бы подладить"."Подладим!""С платой как?""Пошевели мошной:Две сотни надо б дать, да, чтоб народ привадить,Уж удовольствуюсь одной"."Что ж? Ладно!"Вот барин стал ковать,Да через час-то хвать —Беда: "Эх-ма! досадно!Железа сорт плохой…Сгорело больше половины…К чему тебе, голубчик, шины?Слышь? Удружу тебе сохой!""Что ж! Ладно!"Вновь кипит работа.А пользы нет: "Ведь вот грехи!Видать, не выйдет и сохи!А сошничок тебе иметь-то неохота?Ужо спаяю сошничок!""Что ж? Ладно!"Стук да гряк. Железо убывало,А "кузнецу" и горя мало:"Скую, — кричит, — кочедычок!""Что ж? Ладно!"Барина заказчик не торопит.А барин, глядь, уж вопит:"Готово! Просто шик!"А вышел — пшик!Вздохнул Панкрат: "За пшик платить-то надо, что ли?""А как же, глупый ты мужик!С какой же стати я натер себе мозоли?Рядился сотнею, так сотней отвечай!""Что ж? Ладно!.. Получай!Мы тоже, брат, со сметкой!"Да как почал "платить" по барской спинке плеткой,Да как почал…Уж барин плакал, и рычал,И клялся — матерью, троюродного теткой,Роднёю мертвой и живой,И близкою, и дальней,Своею глупой головой,Поместьем, кузницей и… жениною спальней.Панкрат же все его хлестал,Да так измаялся, устал,Что… — я вот думаю: быть может,Бедняге кто-нибудь поможет?

КРЫСЫ