Пол Кемп - Рассвет ночи

А вот путники изменились. Тень изменила всех. Кейл видел их одежды, ставшие теперь черно-серыми, и знал, что каждый из друзей оставил там, в темноте, нечто большее, чем цвет одеяний.

Ривен сбросил с себя покрытый коркой засохшей грязи плащ и засунул его под мышку.

— Когда и где встречаемся? — спросил он.

Джак уперся пальцем в грудь убийцы.

— Куда это ты надумал податься, зент? — полюбопытствовал хафлинг. — Мы должны держаться вместе.

Драйзек обнажил в улыбке испорченные зубы:

— Буду рад, если ты присоединишься ко мне. Я собираюсь отдохнуть, почиститься, поесть, а затем зайти к шлюхе. Еда и плоть, Флит. Что еще здесь можно найти?

Джак в легком потрясении воззрился на убийцу:

— Табак, философия, религия, дружба… много чего, Ривен.

— Ох, — выдохнул убийца, увидев, как бездомная собака пробиралась по улице, опустив нос к земле.

Эревис мог бы поклясться, что лицо Драйзека выражало в этот момент заботу и жалость. Но когда убийца поднял голову, оно было таким же жестким, как всегда.

— А как насчет тебя, Кейл? — спросил Драйзек. — И тебя, Магз? Как вам мой план?

Кейл и не думал прибегать к услугам проституток с тех самых пор, как написал о своих чувствах к Та-зиенне Ускеврен на листке бумаги там, в поместье Штормовой Предел, хотя и ощущал тягу к этому довольно часто. Он считал, что отказ от удовольствий был таким же способом очищения, как и боль. И решил не потакать своим нуждам.

— Нет, — ответил он, не вдаваясь в объяснения.

— Отлично, — кивнул Ривен. — А ты, Магз?

Проводник снял шляпу, отбросил со лба волосы и покачал головой:

— Думаю, нет. Я подготовлю нас к следующему… — Он остановился на середине фразы и посмотрел на Кейла. — Куда мы отправимся на этот раз?

У Эревиса еще не было ответа на этот вопрос, но он считал, что располагает средствами это выяснить.

— Я еще думаю, — ответил он. — Сегодня все узнаю.

— Дай мне знать, когда выяснишь, — сказал проводник. — Чтобы я все собрал. А пока достану самое необходимое.

Кейл кивнул. Пару мгновений он спорил с самим собой, а затем сказал проводнику:

— Магз, я чувствую, что должен сказать тебе кое-что… — Он набрал в грудь побольше воздуху. — Если ты хочешь… если всего этого слишком много для тебя, сейчас самое время выйти из игры. Я надеюсь, что ты этого не сделаешь, но ты должен знать — выход есть. Без стыда и обид.

Убийца пожалел о своих словах в ту же секунду, как произнес их.

Боль и удивление тенью пробежали по лицу Магадона, но проводник быстро пришел в себя, воззрился белыми глазами на Кейла и ухмыльнулся.

— Кто я, по-твоему? — спросил он. — Убийца-зент, работающий за вознаграждение?

Ривен издевательски хмыкнул.

— Мы оставили далеко позади те три сотни золотых, Эревис, — продолжил Магадон. — Я пойду до конца, если ты позволишь.

Испытывая и радость, и досаду одновременно, Кейл не смог сдержать улыбку. Меньше чем за десять дней он привык целиком и полностью полагаться на проводника, ощущая его надежную поддержку. Он похлопал Магадона по плечу:

— Отлично. Я просто имел в виду…

— Я знаю, что ты имел в виду, — перебил проводник. — И ценю твою заботу. Но это необязательно. Ты помнишь наш разговор там, на Уровне Тени?

Кейл кивнул.

— Вот и я помню, — сказал Магадон, не добавив больше ни слова.

Ривен вновь фыркнул:

— Вот она, твоя дружба, Флит. Сладкая, как репа, не правда ли? — Убийца повернулся к Кейлу. — Если ты все сказал, Кейл, я отправлюсь на поиски девицы.

Обращаясь ко всем друзьям, Эревис предупредил:

— Встречаемся в «Девятом Круге Ада» около десяти часов вечера. Сегодня отдохнем и… развлечемся, а завтра отправимся в путь. Пока что настраивайтесь на Подземье.

Кейл не хотел, чтобы они столкнулись с Дривом и тем, что осталось от отряда гноллов. Если это создание вернулось в Звездный Покров, оно наверняка еще испытывает к приятелям не самые теплые чувства.

Убийца оглядел друзей, прежде чем дать последний совет:

— И помните, что слаады могут менять обличья. Они могут быть кем угодно и где угодно. Будьте настороже.

Каждый из них выслушал Кейла с самым серьезным видом. Затем Ривен отбыл на поиски шлюхи, а Магз — за припасами.

Кейл, мечтавший о темноте общей залы и горячей похлебке, повернулся, чтобы направиться в «Девятый Круг Ада», и лишь затем понял, что Джак все еще стоит на месте. Обернувшись, он увидел, что хафлинг задумчиво наблюдает, как Ривен пробирается сквозь толпу. Заметив взгляд убийцы, Флит вспыхнул от смущения и подбежал к другу.

— Что такое? — спросил Кейл.

— Ничего, — быстро ответил Джак, не поднимая глаз. — Обед — звучит просто отлично.

— Мы можем перекусить в… Кейла наконец осенило.

Все еще уставившись в землю, Флит смущенно улыбнулся. Его щеки вспыхнули и теперь напоминали красные яблоки.

— Прикосновение женской руки тоже отличная идея, не так ли? — спросил Эревис.

Хафлинг всем своим видом выразил неодобрение, но отрицать не стал.

— Что там всегда говорил твой толстый дядюшка?

Джак поднял голову, избегая встречаться взглядом с Кейлом:

— Мужская работа заслуживает достойной награды. Конечно, он имел в виду еду, а не… другие вещи.

Эревис это знал, но принцип ведь был тот же.

— Ты еще можешь его догнать, — сказал он, кивнув в сторону Ривена. — Я буду ждать тебя в гостинице.

Джак понесся за убийцей, словно стрела, выпущенная из арбалета.

Несмотря на зловещее название, трактир «Девятый Круг Ада» был довольно приличным заведением, разместившимся в неплохом здании. Пузатый хозяин, в покрытом пятнами переднике, с выпученными глазами и редеющими каштановыми волосами, приветствовал Кейла неискренней улыбкой, демонстрируя отсутствие нескольких зубов. Эревис кивнул ему в ответ и цепким взглядом окинул общую залу: единственный очаг с небольшим огнем, одиннадцать круглых столиков со стульями, окна в трех стенах и лестница, что вела наверх, в комнаты. За столиками сидели несколько посетителей — большинство из них были загорелыми поденщиками, пришедшими на обед. Ни следа опасности.

Если, конечно, допустить, что все вокруг было именно тем, чем казалось.

Как только убийца приблизился к барной стойке, хозяин сморщил нос при виде запыленной дорожной одежды, но тут же напустил на себя гостеприимный вид, врожденный у членов гильдии трактирщиков. К облегчению Кейла, толстяк не обращал ровно никакого внимания на темную кожу посетителя. Эревис боялся, что его измененная внешность будет вызывать столько же внимания, сколько богатая рудная жила в гномьей шахте. Но на самом деле он ничем не отличался от любого темнокожего южанина. Как и Магадону, ему не стоило больших стараний сойти за человека.