Дарья Гущина - Черная луна

Соло хотел еще что-то спросить, но, заметив состояние Айво, тоже прикусил язык: раз не хочет рассказывать, то на это есть свои сугубо личные причины, а нам об этом знать вовсе не обязательно.

За такими размышлениями путники быстро дошли до конца коридора, где их ожидал небольшой навал из камней, из-за чего они были вынуждены остановиться.

— Нам нельзя туда идти, это ловушка, — вдруг сказал Айво и, встретив вопросительные взгляды приятелей, тут же пояснил: — они просыпаются от шума. Как только мы растащим все камни и войдем в пещеру, так сразу нарвемся на орду злых и голодных скелетов и зомби. Или они дождутся того, что мы набредем на тупик, и ударят в спину. А если учесть, что они в прошлом были некромантами, то дело становиться еще опаснее. Я не советую вам связываться с ними.

— Но пройти нам надо, — резонно заметил Соло, — а выход только один. Значит, разгребаем камни и идем.

Оборотень хотел возразить, но передумал и молча взялся за дело. Битые полчаса они пыхтели, освобождая проход, а затем собрались на небольшое совещание, и между двумя приятелями снова завязался оживленный спор.

— Я все-таки думаю, что нам не стоит туда соваться, — неуверенно сказал Айво.

— Ты знаешь другой путь?

— Да, он есть, но…

— Но он далеко, так? А у нас осталось очень мало времени. Если мы в самое ближайшее время не найдем Прорицателя, закроется вход в Заоблачный мир, а это значит, что мы остаемся в пролете. Причем, в очень большом пролете, лет так на пятьсот. А это значит, что идти придется сейчас и сюда, — подытожил Соло. — У кого еще какие возражения?

Айво с Лирой переглянулись и молча развели руками: контраргументов у них не имелось. Что, в общем-то, было не удивительно — убеждать Соло умел. Особенно, когда у них не было другого выхода.

— Тогда пошли.

— А если там тоже все выходы завалены, как в пещере вампиров? — вдруг спросил Фэйт.

— Вернуться назад мы всегда успеем, — невозмутимо отозвался их главный генератор идей.

— Сразу видно, что ты никогда не имел дело с зомби, — вздохнул оборотень, поморщившись от отвращения, — они хоть и дохлые, но такие хитрые, сволочи…

Соло, никак не отреагировав на замечание приятеля, первым нырнул в расчищенный проем, следом неловко пролезла Лира, затем геурус и последним — Айво.

— Знаешь, что я думаю? — шепотом спросил Фэйт у сосредоточенно замолчавшей девушки.

— ?

— Наш оборотень явно знает об этой пещере и об этом Мире вообще больше, чем говорит. Заметь, он никогда не был трусом, а сейчас сильно чего-то боится, готов поспорить.

— Ты думаешь, что он… — эльфийка внимательно посмотрела на дико нервничавшего Айво.

— Он знает, что нас ждет за этой пещерой, и не хочет, чтобы мы там оказались, — закончил Фэйт ее мысль.

— Тихо, — шикнул на них Соло, — потом наговоритесь…

Место, по которому они пробирались, было больше похоже на склеп, чем на кладбище: всю пещеру заполняли гробницы, расположенные многочисленными аккуратными рядами, а также мумии и скелеты, разбросанные в живописном беспорядке. И гробницы, так же, как и местные стены, были украшены всевозможными надписями и рисунками. Поэтому Лира, которая в последнее время начала питать слабость к всевозможным тайнам, в очередной раз не смогла устоять.

— Ух, ты! — она склонилась над одной гробницей, присматриваясь к символам. — Так, что у нас тут?

— Ничего! — отрезал Айво, немедленно отдирая ее от надписей. — Не смей это читать и тем более, произносить вслух!

Некоторое время они продвигались в полном молчании к единственному выходу из пещеры, пока Фэйт шепотом не поинтересовался у задумавшейся эльфийки:

— Ты разобрала, что там написано?

— «Оставь надежду, всяк сюда всходящий!», — фыркнула Лира.

— Я серьезно! — обиделся дух.

— Я тоже, — отозвалась она, — смысл у этого стихотворного бреда был примерно такой.

— Так они еще и в стихах, — поразился Фэйт, — осторожно, там мумия, не запнись. Прочитай, а?

— Нельзя, — строго ответила девушка, — ты же слышал, что нам сказал Айво?

— С каких это пор ты начала его слушать? — ехидно поинтересовался огненный дух.

— С тех пор, как пару раз послушала некоторых, а ничего хорошего из этого не вышло, — отрезала Лира.

— Нет, ты точно начала умнеть, — сделал вывод Фэйт, — но потом расскажешь?

— Как только, так сразу, — пообещала она, огибая очередную гробницу, — тем более что мне надо у тебя кое-что узнать. Я все-таки не очень хорошо знаю древние языки…

— Помолчите, — снова шикнул на болтунов Соло, так грозно сверкнув глазами, что они немедленно прикусили языки.

Слова о пресловутой хитрости зомби всплыли в их памяти сразу же, как только они подошли к выходу из пещеры, который оказался под завязку завален камнями. Даже не камнями, а так, небольшими булыжниками. Но даже небольшой, небрежно брошенный камень способен был произвести дикий шум, поэтому действовать при расчистке завала пришлось очень тихо и осторожно. Чем и занялись приятели, оставив Лиру смотреть за гробницами. И, что самое главное, молчать.

Девушка, устало оседлав первый попавшийся камень, быстро заскучала, а Фэйт, уловив ее настроение, немедленно пристал с расспросами о таинственной надписи на гробнице. Она начала отпираться, завязался живой спор, который прервал какой-то странный шорох.

— Что это? — эльфийка с подозрением прислушалась, нервно оглядываясь по сторонам, и тут тишину прорезал отвратительный скрип. — Ты знаешь, в чем дело?

— Думаю, что…

Дослушать, о чем же думал Фэйт, она не успела, потому что в этот момент чья-то рука, обмотанная тряпкой, сдернула ее с камня. Точнее, попыталась сдернуть, так как огненный дух, заметив это нечто раньше Лиры, проворно швырнул в нее… шаровой молнией. В воздухе завоняло горелой тканью, а дух изумленно заверещал:

— Ты видела? Что со мной? Я же никогда не умел вызывать молнии! Объясни мне, что случилось!

Девушка, чтобы спастись от назойливой мумии, которая снова предприняла попытки стащить ее с камня, быстро забралась с ногами на большой валун, и тут же заорала на весь склеп:

— Ребята! Внимание! Здесь засада! Со всех сторон обложили, трупы ходячие!

Трупы ходячие, очевидно поняв, что их хитрый замысел раскрыт, начали медленно выползать из-за камней, вылезать из гробниц и постепенно приближаться к приятелям. При их виде, а особенно, запахе, Лиру чуть не стошнило.

— Боги, какая мерзость! — с отвращением сказал Фэйт. — И откуда их здесь столько взялось, гадов? Полчаса назад проходили — ни одного не видели, и вот, пожалуйста!