Светлана Крушина - Золотой холм

Летом наступала ягодная пора. Земляника, черника, малина, костяника, а по осени брусника и клюква — все эти ароматные дары лес преподносил щедро и охотно. И Виленка, сколько помнила себя, всегда с приходом лета отправлялась в лес то за одной, то за другой ягодой. Сначала — с матерью, позже — со старшей сестрой, а теперь с ними ходила и младшенькая. Бывали дни, когда сестры, вместе с деревенскими подружками, с утра до вечера пропадали в лесу и возвращались с наступлением темноты, отягощенные сладким и душистым грузом.

Лес Виленка знала, как свои пять пальцев, и часто забиралась дальше, чем осмеливались заходить другие девочки. У нее были «свои» ягодные места, которые она никому не показывала. Старшая сестра Тира вначале беспокоилась, даже пугалась, когда Виленка вдруг пропадала незнамо куда, но потом перестала, поняв, что в лесу с девочкой ничего плохого случиться не может. К тому же Виленка никогда не уходила так далеко, чтобы до нее нельзя было докричаться.

В этом году земляники было видимо-невидимо, и девушки таскали ее из лесу огромными корзинами. Виленка и рада была, что ягода все не сходит и не сходит. В лесу-то лучше, чем в поле работать, или по дому.

Было у нее одно заветное местечко, скрытое от чужих глаз густыми кустами крушины и можжевельника. Туда Виленка еще ни разу за все лето не наведывалась, а в один день решила — пора. Она отошла от сестер в сторонку, как всегда, никому ничего не сказав, и направилась в «свое» место. Ягода там росла щедро, и девочка рассчитывала набрать если не целую корзинку, то уж точно половину.

Она с осторожностью, чтобы не поцарапаться и не порвать платье, пробралась сквозь кусты — и застыла в изумлении. Кто-то уже нашел ее полянку. В траве, спиной к Виленке, стоял на коленях человек. На нем были истрепанные темные одежды — длинные и свободные, с широкими рукавами. На плечи падали чуть вьющиеся черные волосы. Заслышав шорох и шелест раздвигаемых ветвей, человек привстал на одно колено и медленно обернулся. Виленка глубоко вздохнула: убегать или звать на помощь? У мужчины было молодое лицо, чуть тронутое загаром. Короткая и редкая бородка не скрывала оспин на щеках. Черные глаза, густо подведенные углем по нижнему веку, взглянули прямо Виленку. Она ойкнула и попятилась, готовясь убегать.

— Не бойся, — сказал человек. Его голос звучал хрипло, как будто ему давно не приходилось разговаривать. Он развел в стороны руки, показывая раскрытые пустые ладони, и Виленка испуганно ахнула: его пальцы были все в крови.

— Что ты, девочка? — удивился он. Быстро взглянул на свои ладони и улыбнулся. — Ах вот что! Это всего лишь ягодный сок. Посмотри… — он повел вокруг себя рукой — всю крошечную полянку сплошным ковром покрывали резные листики земляники.

Улыбка, осветившая его худое и не очень-то красивое лицо, почему-то успокоила Виленку.

— Ты ведь тут не одна, правда? — продолжал он, глядя на девочку снизу вверх своими странными глазами. Виленка кивнула: на поляну долетали звонкие женские голоса, среди которых слышался и сестрицын. — Вы пришли из деревни? Вон оттуда? — он поднял руку, показывая направление, и широкий рукав соскользнул, открыл тонкое, почти женское запястье и узкую кисть. Виленка смотрела на незнакомца во все глаза. Таких тонких и изящных рук у мужчин он еще не видела. У ее отца и брата ладони были широкие, как лопаты, загрубевшие и темные от загара.

— Как твоя деревня называется? Рябинка?

— Рябинники, — сказала Виленка, и вдруг ей пришло в голову, что набрать ягод уже не получится, незнакомец ее опередил. Придется искать другое место. А она-то мечтала поскорее наполнить корзину и посидеть немного в «своем» уголке, побездельничать, полюбоваться игрой солнечных пятен на траве.

— Не огорчайся, — мужчина словно прочитал ее мысли. — Здесь еще много осталось.

Он провел рукой по верхушкам трав и земляничных листьев. Виленка увидела тут и там красные капельки ягод — на корзинку, пожалуй, наберется. Но оставаться рядом с незнакомым человеком, пусть даже у него такая хорошая улыбка… Кто знает, зачем он в лесу. Виленка беспокойно оглянулась через плечо. Лучше, наверное, вернуться к сестре и подругам.

Мужчина медленно, — чтобы не напугать Виленку резким движением, — встал. Оказалось, он совсем небольшого роста. Может, на полголовы повыше Тиры.

— Я сейчас уйду, — сказал он. — Не буду тебе мешать.

Только сейчас Виленка заметила, что к его поясу подвешены пучки трав, а его просторная длинная одежда очень напоминает храмовый балахон. Человек, который собирает и засушивает травы, не мог быть плохим — так думала Виленка. Наверное, он был таким же, как умерший зимой дед Като. Тот делал из трав отвары, шептал над ними, а потом давал их больным, и они почти всегда поправлялись. Вокруг него всегда крутились дети, и он их от себя не гнал. Взрослые, правда, его побаивались и звали колдуном.

— Ты колдун? — спросила Виленка с любопытством.

Незнакомец пристально посмотрел на нее и ответил после короткого молчания:

— Да. А откуда ты узнала?

— У нас в деревне был колдун, — сказала Виленка, довольная тем, что ее догадка оказалась верной. — Дед Като тоже собирал травы и лечил больных. Только он умер, а до соседей полдня добираться надо.

— Вот как… а у соседей, значит, есть знахарь?

— Ага. Только он к нам редко приходит. А мама очень болеет, — неожиданно для себя добавила Виленка. — А бабушка говорит, что если бы дед Като был жив, он бы быстро поставил ее на ноги.

— Вот как, — повторил незнакомец и вдруг спросил: — Как тебя зовут?

— Виленка. А тебя?

— Нэль, — он улыбнулся и указал на ее корзину. — Давай-ка наберем тебе ягод, Виленка.

Сестрица Тира сначала очень испугалась, когда Виленка вышла из зарослей крушины вместе с незнакомым человеком. Она бросилась к девочке, как наседка к цыпленку, сгребла в охапку, и пришлось долго ей объяснять, что Нэль — хороший, и вовсе Виленку не обидел и не собирается, а напротив, обещал вылечить маму. Нэль все это время молча стоял в стороне, под перекрестным обстрелом любопытных девчоночьих взглядов. Когда Тира, все еще встревоженная и сердитая, повернулась к нему, он так же молча ей поклонился, прижав правую руку к сердцу. Тира вспыхнула и зарделась. Пробормотала: "Ну… пусть идет с нами".

Бабушка тоже встретила его неприветливо. Хмуро выслушала сбивчивые объяснения Виленки, настороженно оглядела колдуна с головы до ног. В дом, однако, впустила. Перед тем, как перешагнуть порог, Нэль низко ей поклонился, и суровая бабушка, кажется, чуть-чуть смягчилась.

В доме никого не было. Отец и брат с утра ушли на сенокос, Тира убежала во двор, за ней увязалась и младшая сестренка. Виленка, пока бабушка не прогнала и ее туда же, живенько уселась перебирать ягоды. Ей очень хотелось посмотреть, как колдун будет лечить маму.