Евгений Решетов - Дар под маской лжи

Я обернулся к другому своему соседу и увидел устремленные на меня светло-голубые, сверкающие из-под густой русой челки, ехидные глаза.

- А мне что ты скажешь? - произнесла обладательница ехидных глаз с насмешкой.

- Ты такая смуглая или такая грязная? - спросил я с интересом, исследуя глазами обнаженное тело молоденькой девчонки.

Так же как и я, она была подвешена, а не распята.

- Это мой естественный цвет кожу! - проговорила моя соседка с вызовом, задрав аккуратный носик.

- Да ну ладно заливать, - поддел я девушку.

- Ну может немного испачкалась!

- Я бы даже сказал, не немного, - продолжил провоцировать я свою собеседницу.

- Не нравиться? Не смотри! - выпалила русоволосая, гневно сверкая глазками, затем неожиданно ойкнула и растеряно произнесла: - Я же голая.

- Ага, - подтвердил я, радостно улыбаясь.

- Отвернись! - крикнула мне девушка, залившись жарким румянцем.

- А ничего что эти на тебя смотрят? - спросил я, повернув голову и намекая на сновавших повсюду рабов, среди которых между делом пытался высмотреть Гора, но он никак не желал быть высмотренным.

- Они другое, они не люди.

- А я вон вижу вполне себе стандартных людей, волокущих куда-то бессознательное тело еще одного человека. Жрать они его, что ли будут? - закончил я глубокомысленно.

- Да, наверно, - ответила девушка безразлично на вопрос, который я вообще-то задавал сам себе.

- Так почему же ты их не стесняешься? - вернулся я к прерванной теме.

- Они только внешне люди, а внутри звери. Ты ведь не стесняешься домашних животных?

- Я вообще никого не стесняюсь! - ответил я браво, а потом вспомнил мистера Мявуса и смущенно добавил: - Правда есть один кот...

- Что такое кот? - спросила девушка быстро.

- Эээ, неужели в твоем родном мире нет котов?

- Я родилась на этом острове.

- А, ну это многое объясняет. Я тебе пока ничего о котах рассказывать не буду, а лучше как-нибудь покажу. Теперь и на острове есть свой мышелов! - пообещал я соседке и подумал, что мистер Мявус в некотором роде уникальная скотина, ведь подобных ему на этом курорте нет.

- Ладно, - согласилась русоволосая, и капризно добавила: - От этого солнца у меня появятся морщины.

- Зря на солнце грешишь, греши на возраст, - произнес я весело.

- Да ты знаешь, сколько мне лет? Да я моложе тебя буду!

- Ха! - выдохнул я наигранно недоверчиво.

Внезапно девушка успокоилась и задала мне вопрос, поставивший меня в тупик:

- А чем ты ценен для агрессоров?

- Почему ты думаешь, что я для них ценен? - спросил я с удивление в голосе.

- Ты висишь, а значит, имеешь для них какую-то ценность! Иначе, тебя бы просто распяли, как того мужика которого ты отправил в рай.

- Хм... может у меня ценный мех? - попытался отшутиться я.

- Ты способный? - в лоб спросила русоволосая.

- Я способный на многое!

- У тебя есть дар?

- Жизнь это величайший дар! Следовательно, у меня он есть! Пока его не отобрали приближающиеся агрессоры.

Последние мои слова были отражением действительности, к нам и правда, подходили оборотни. Блохастые подковыляли к девушке и сняли ее со столба. Один из них перекинул мою соседку через плечо и куда-то понес.

Русоволосая, помахала мне рукой и крикнула:

- Хоть ты и дурак! Но надеюсь, ты выживешь!

- И тебе всего хорошего!

Спустя час, мои руки начали ужасно болеть, суставы едва не лопались от напряжения. Я перестал чувствовать пальцы. К тому же проклятое солнце нещадно полило, казалось, сама кожа начинала гореть. Так, долго продолжаться не может, раньше я себе хоть разговорами отвлекал, а теперь остался один одинешенек. Хоть шизофрения пришла бы ко мне, а то совсем поговорить не с кем.

Через некоторое время я потерял сознание. Блаженное беспамятство, к сожалению, было прервано самым бессовестным образом. Мимо проходящий оборотень увидел, что я в отключке и мигом окатил меня ведром вонючей воды из ближайшей канавы. До вечера я еще трижды терял сознание и столько же раз принимал "целительные" ванны.

Пока я вялился на солнышке, ко мне подходили какие-то существа, что-то пытались сказать, уговорить. Говорили, что как только я соглашусь работать на агрессоров, то мои страдания тут же прекратятся. Я, изображая героя, упорно молчал, лишь только презрительно кривил губы и метко плевал в рыла с трудом набранной в пересохшем рту, слюной.

Наконец-то с приходом ночи, меня сняли с крюка, и куда-то поволокли. Сам ходить я уже не мог. В итоге меня приперли, и бросили в ставшую уже родной, клетку. Еды и воды мне не дали.

Лежа на спине и глядя в небо очередного мира, я выпустил тщательно скрываемые от всех эмоции и тихонько заплакал. Неожиданно, мое тревожное забытье, прервал какой-то звук.

Прислушавшись, я узнал голос старика:

- Эй, малыш, проснись.

- Я не сплю Учитель, - просипел я с трудом.

Пересохшее горло отказывалось издавать звуки.

Внезапно, ко мне в клетку влетел какой-то предмет, следом еще один. Это оказались плоды, сочные и мясистые, в них хватило влаги утолить мою жажду.

- Спасибо, - поблагодарил я старика.

- Держись малыш, держись...

После подарков, мое настроение повысилось и мне захотелось немного поговорить:

- Как ты думаешь Учитель. Может они хотят прокоптить меня на солнце и употребить с пивом?

- Не знаю, не знаю.

Мне показалось, что Учитель усмехнулся в темноте.

На следующий день все повторилось. Столб, солнце, побои. Только теперь я смог отрешится от своих мук, провалившись в прошлое. Состояние транса было очень сложно поддерживать, но боль от истязаний была страшнее. Что бы усилить эффект погружения, я старался, как бы прожить прошлое, растворится в нем. Благодаря этому боль уходила на второй план.

Ночами старик подкармливал меня и рассказывал истории о том месте, в которое мы попали.

Так продолжалось три дня, на утро четвертого никто не пришел, и я остался лежать в клетке. Вечером этого же дня меня посетил телепат, один, без своего блохастого командования.

- Зачем? Зачем ты терпишь это? - задал вопрос прислужник оборотней.

На его потной роже, застыла маска искреннего недоумения.

- Не знаю, - ответил я.

Не говорить же ему, что впервые в жизни поступаю как герой, по крайней мере, мне хотелось так думать.

- Я читал твое сознание, когда ты весел на крюке, я чувствовал как тебе больно. Прекрати все это. Согласись! - закричал толстяк, яростно брызжа слюной.

- Я не хочу быть таким ничтожеством как ты! - ответил я с брезгливостью и подумал, что телепат слишком настойчив в своих уговорах. Может, он не совсем плох?

- Тогда ты сдохнешь в страшных мучениях! - бушевал толстяк, покрывшись красными пятнами.