Елена Асеева - Путь Святозара

Один из духов поднялся и приблизился к Керку. Травник нес большое блюдо, полное еды и, подав его, сказал:

— Прими, Святозар, угощение от лесных духов в знак уважения и восхищения.

Керк, смущаясь, принял блюдо и, пристроив его на коленях, поблагодарил духов. На блюде ле-жали запеченные рыжики и яблоки, соленые грузди и волнушки, квашенная капуста и свекла, моченная клюква и брусника, и Керк хотел было приняться за еду, но дед Лесовик остановил его, что-то прошептал, сидящему рядом, ягоднику, тот едва кивнул своей круглой рябиновой головой и, подняв с земли сверток, передал Лесовику. Дед развернул сверток, в котором оказался большой ломоть хлеба, и отдал его Керку, сказав, своим трескучим голосом:

— Святозар, думаю, что так будет вкуснее. Теперь ешь.

— Спасибо, дед Лесовик, — благодарственно вымолвил Керк и принялся поглощать еду, так как с утра ничего не ел и очень проголодался.

Внезапно из кустов прямо под ноги Керку выскочил маленький белый зайчонок и, сев рядом, уставился ему в глаза.

— Здравствуй, малыш! — отвлекаясь от еды, погладил Керк зайчонка по голове и ушам. Тот от удо-вольствия закатил глаза и прижался к ногам Керка.

— Это тот заяц, которого ты сегодня выпустил, — отметил дед Лесавик.

— Да, — прожевывая пищу и согласно кивая головой, согласился Керк. — Я узнал его. Значит, я пра-вильно поступил, не пролив его крови?

— Конечно, правильно, — утвердительно сказал дед, поправляя с головы, съехавшее в сторону, гнездо. — Это было испытанием Бога Свято-Бора, ты должен был отказаться от пролития чужой крови, должен был пожертвовать свою, пожалев зверя и птицу. А ты как догадался, что именно так надо поступить?

Керк задумался, а потом, взяв с блюда запеченное яблоко, ответил:

— Я просто не смог бы нанести боль такому малышу. Я подумал и решил, что три капли могу дать сам, зачем губить жизни зверей и птиц.

— Молодец ты, Святозар, такое решение может принять только человек с чистым сердцем, — и дед Лесовик замолчал.

Некоторое время все сидели тихо и глядели на костер, слышно было, как трещат сучья и ветви, пожираемые огнем, да изредка от корневика отваливалась подсыхающая земля.

— Скоро придет зима, — вдруг не с того не сего прошелестел листич.

Керк посмотрел в его, будто нарисованные, глазки и спросил:

— Вы все уйдете на покой? Говорят, зимой вы спите.

За всех ответил дед Лесовик:

— Да, мои помощники уйдут на покой, а я буду бродить по, замерзшему занесенному снегом, ле-су и охранять Старый Дуб, — и, вздохнув, замолчал.

— Наверно, это грустно, быть тут одному? — с жалостью в голосе поинтересовался Керк.

— Нет, Святозар, совершенно не грустно. Это моя жизнь, — трескучим голосом ответил Лесовик и было не понятно радуется, он или грустит приходу зимы.

— А Свято-Бор ушел высоко в небо, он разве не живет в лесу? — не унимался с вопросами Керк.

— Лесной Бог Свято-Бор как и все Боги живет в небесной Сварге. Но в тоже время он всегда и вез-де. Он и на небе, и в лесу. То свысока следит за каждым духом, за каждым живым существом, за каждым деревом и растением, а то вдруг объявится в цветке каком-то или стебельке и творит порядок. У него свое Божье дело до всего. И так было, есть и будет, пока жив Сумрачный лес! — сказал, как выдохнул, дед Лесовик.

— Когда-то в этот лес приходил мой отец, дед и Богомудр, ты, дед Лесовик, видел их.

— Конечно, видел, Святозар. Как вижу сейчас тебя. Ведь и отец, и дед, и прадед твой приходили сюда, чтобы добыть себе древко, преодолеть все трудности и стать мужчинами. Лишь один Бого-мудр пришел сюда совсем по другой причине — ему нужно было древко для того, чтобы по-бедить великана Горыню, который разрушал город Светославль. Богомудр был великим ведуном, никто после него не был подобен ему…, - Лесовик замолчал, посмотрел на Керка внимательным взглядом, и добавил. — Никто, кроме тебя.

— Меня? — удивленно переспросил Керк.

— Тебя, тебя, Святозар. Ты думаешь, почему я позвал тебя к своему костру, показал тебе своих помощников, которых, кроме Богомудра, никто никогда не видел. Это все потому, что ты, как и Богомудр, великий ведун. Бог Свято-Бор явился к Старому Дубу совсем не потому, что ты позвал его, а потому что он увидел совершенное тобой чудо, которое покрыло Дуб золотисто-лазурным сиянием. Так когда-то Богомудр вызвал Свято-Бора.

— А мой отец, дед и все другие — они, что не взывали к Богу Свято-Бору?

— Они обращались к нему и ждали, когда он явится. Твой отец весь день и полночи прождал. Дед и того больше. А вызвать Бога они не могли, потому что не обладали той силой, какой владел Богомудр, и владеешь ты, — дед тяжело вздохнул и пояснил, — Я думаю, что, Святозар, твоя судьба будет так же необычна, как и судьба Богомудра.

Лесовик замолчал. Молчал и Керк, обдумывая его слова и понимая, что дед прав. Керк уже давно почувствовал, что его жизнь, так круто изменившаяся за последний год, принесет ему много неожиданностей. Прошло еще немного времени, и Лесовик вновь заговорил своим трескучим голосом:

— У твоего отца, и деда, и прадеда — у всех, кроме Богомудра, было красное древко лука, а у тебя, — и он указал корявым сучковатым пальцем на, лежащее около Керка, древко. — Оно сияет лазурным светом, у Богомудра сияние было золотое.

Прижавшийся к Керку зайчонок уже давно уснул, уткнувшись мордочкой в ногу, лишь изредка подрагивая длинными ушками. Керк смотрел на зайчонка и думал, обо всем услышанном за по-следние дни от Бабы Яги и деда. Но молчание в очередной раз прервал Лесовик, он обратился к своим помощникам:

— Ну, что ж, други мои, пора и вам отправиться на покой. Сегодня был последний день ваших тру-дов в этом году. Можете расходиться и укладываться спать до тех пор, пока не проснется от зим-ней стужи Мать Сыра Земля. Идите, время пришло!

И каждый из помощников деда Лесовика, низко кланяясь ему и Керку, стал уходить вглубь леса, последним попрощался корявый корневик и, смешно передвигаясь на своих корнях, пропал в темноте. Лесовик обратился теперь к Керку:

— И ты, Святозар, ложись, отдыхай до утра. Завтра я доведу тебя до тропы и попрощаюсь с тобой. Спокойного сна, — и поднявшись, тоже исчез в темном лесу.

Керк улегся на заплечный мешок, прижал к себе маленького зайчонка и, обдумывая все пережитое за день, погрузился в сон.

Глава четырнадцатая

Рано утром Керк проснулся оттого, что почувствовал, как кто-то пристально смотрит на него. Керк открыл глаза и увидел, что, прислонившись к дубу, стоит и внимательно его разглядывает дед Лесовик. Керк сел и увидел, что на том месте, где вчера уснул, прижавшись к Керку, малень-кий зайчонок, сейчас лежал громадный, уже почти полностью облинявший, белый заяц. "Вот это да!" — подумал Керк и, потревожил сон зайца. Тот проснулся, как в ни в чем не бывало пошеве-лил ушами, уселся на задние лапы и посмотрел на Керка.