Джулия Голдинг - Тайны сирен

— Так Совет принял тебя? — несколько резко вклинился Кол в приватную беседу Конни и Мэгза, утверждаясь в своем превосходстве над ней по положению в Обществе.

Конни обернулась к нему, лицо ее сияло от восторга. Настало время рассказать ему.

— Они действительно приняли меня: не посмотрели на неудачное тестирование. И я могу начать свое обучение.

— Это здорово, — сказал Кол, пытаясь заявить свои права на Мэгза, взяв его под уздцы.

— Но у меня есть еще кое-какие новости для тебя, Кол. Они сказали, что я универсальный посредник. Так говорили и сирены, и Совет это подтвердил.

У Кола перехватило дыхание от удивления.

— Кто-кто?

— Универсальный посредник, понимаешь, тот, кто может наладить контакт с любым…

— Я знаю, что это значит, — резко сказал он. — И ты одна из них?

— Единственная на сегодняшний момент.

Кол знал, что ему следовало бы прийти в восторг, услышав такую потрясающую новость, знал, что ему следует радоваться за Конни и гордиться ею, но вместо этого он почувствовал зависть. Ведь главным юным членом Чартмутского отделения Общества был он, а не она. Чувство обиды и несправедливости захлестнуло его, и, не думая, он ляпнул первое, что смог изобрести, чтобы в чем-то обвинить ее.

— А почему ты не рассказала мне об этом раньше? Я-то думал, что мы друзья!

Слышать такое от него было забавно: он-то сам неделями держал ее в неведении относительно Общества!

— Я бы рассказала, но доктор Брок велел мне держать это в тайне, пока мы не будем знать наверняка.

— Но по крайней мере мне ты могла сказать!

Кол, не слишком довольный и своим пони, на прощание небрежно потрепал его по холке и направился к дому. Конни побежала за ним и схватила за руку.

— В чем дело, Кол? Что я тебе сделала? Я думала, что ты будешь рад за меня!

Он ничего не сказал, просто вырвался и быстро пошел к ручью, Конни тащилась за ним следом. Он начал жалеть о том, что отреагировал так некрасиво, но теперь, когда он набросился на нее, было вдвойне труднее признаться, что он был не прав.

— Смотри, твоя бабушка вернулась, — сказала Конни, показывая на прислоненный к стене велосипед.

— Отлично, теперь ты можешь пойти и сама рассказать ей свои новости, — угрюмо ответил он. — Я ухожу на встречу с товарищами. Сегодня утром мы играем в футбол с Джастином.

Распахнув ногой калитку сада, Кол побежал по улице к дому своего приятеля, зная, что только что солгал Конни. Он вовсе не договаривался играть с Джастином в футбол, но не мог заставить себя присутствовать при том, как она станет рассказывать свою историю бабушке. Он знал, что бабушка отреагирует бурно, может быть, даже заплачет и устроит ужасную шумиху вокруг Конни. Его собственный дар померк рядом с ее дарованием: кому он будет интересен, если Конни сейчас начнет встречаться с существами направо и налево? Раньше ему хотелось разделить с кем-нибудь из товарищей по школе секрет об истинной сути Общества, но он даже представить себе не мог, что это будет как-то иначе, чем на равных условиях.

Все оказалось еще хуже, чем опасался Кол. Не только его бабушка без умолку трещала о Конни целый день, но и все остальные, казалось, просто на этом помешались. Даже доктор Брок, которым Кол очень восхищался, заразился этой истерией вокруг универсала и решился на необычный жест: созвал в тот вечер Чартмутское отделение на особое собрание в дом к Клэмворси. Кол уныло сидел в углу, счищая грязь со своих футбольных бутсов, и готовился к школьным занятиям. Он поздоровался со всеми настолько сдержанно, насколько мог себе позволить, не показавшись откровенно грубым. Его бабушка, напротив, была полна воодушевления и облила своих гостей шампанским, с шумом откупорив бутылку, которую приберегала для особого случая. Его отец наклонился, взъерошил ему волосы ободряющим жестом и тут же присоединился к своей матери в качестве виночерпия. Кол нахмурился и пригладил волосы обратно.

Когда вошли Эвелина и синьор Антонелли — Эвелина выглядела непривычно счастливой, а итальянец весело перецеловал руки всем присутствующим дамам, — доктор Брок немедленно вскочил и спросил:

— А где Конни? Кто-нибудь с ней остался? Ее нельзя оставлять одну.

— Не волнуйтесь, Фрэнсис, — сказала Эвелина, принимая от Мака бокал шампанского с лучезарной улыбкой. — Я оставила ее со школьной подружкой — дочерью Бенедиктов. Вы знаете эту семью, они живут в новом районе.

Доктор Брок кивнул:

— Ну да, семья ученого из «Аксойла». Тогда с ней все будет в порядке.

Кол, сердито выковыривавший засохшую между двумя шипами грязь, с трудом извлек кусок, похожий на кусок серого швейцарского сыра. Итак, теперь они намерены давать поминутные сводки всех действий универсала и текстовые сообщения о том, что она ела на завтрак!

— Что ж, я созвал сегодня это совещание не только для того, чтобы поделиться прекрасной новостью, касающейся Конни. На самом деле я по вашим лицам вижу, что это было бы совершенно излишним, потому что все вы, кажется, уже об этом знаете. Кое-кто в конце месяца получит огромный счет за телефонные услуги. — Доктор Брок бросил веселый взгляд в сторону миссис Клэмворси.

— Ну, Фрэнсис, не каждый день мне выпадает возможность распространить такую великолепную новость, — оправдываясь, ответила она.

— Действительно. Но в таком случае мне осталась только неприятная задача — поделиться с вами плохими новостями. Вот почему Конни сейчас не здесь и не участвует в празднестве. Мне нужно было поговорить с вами без нее, и я буду признателен, если вы будете держать в тайне от нее все, что я скажу, по причинам, которые вам скоро станут ясны. — Кол навострил уши. — Каллерво, существо, меняющее свое обличье, прослышал о даре Конни. По сути, он узнал о ней даже раньше нас — и сирены говорят, что он придет за ней.

Каллерво! Кола все еще трясло от упоминания имени мифического существа, которое, как говорили, могло принимать любую форму, какую пожелает. С тех пор как он себя помнил, в его семье это существо упоминалось с трепетом и страхом. Он знал, что во время последней мировой войны Каллерво воспользовался хаосом, созданным людьми, и под прикрытием войны пошел в атаку на Общество с севера. Он истребил почти целое поколение членов Общества, приказав своим последователям обрушиться на людей. Существа, верные Обществу, в конце концов смогли остановить его войска у самого Полярного круга. К счастью, Обществу удалось спрятать от него двоих уцелевших универсалов, которые требовались Каллерво, чтобы высвободить свою собственную чудовищную силу. Однако угроза так никогда и не исчезла окончательно — она была, как описала ее бабушка Кола, «обуздана, но не побеждена», — а уж бабушка-то знала, что говорит, потому что была как раз из того поколения, которое спасло универсалов. Остановив Каллерво, она потеряла в той битве многих друзей.