Ричард Кнаак - Легенда о Хуме

— Вот и хорошо.

Бьюрн пошел вперед, Хума — за ним.

Прошла ночь, а Магиус все спал и спал. Хума подумал, что маг решил таким образом восстановить свою энергию. Правда, лицо Магиуса было бледным, тело — окоченевшим, и его можно было даже принять за мертвеца. Хума проверил у него пульс — ровный.

На рассвете часовой возвестил о возвращении патруля. Рыцари побежали открывать ворота. Побежал к воротам и Хума вместе с Бьюрном. Из командного пункта вышел Тагин и стал наблюдать за происходящим.

Рыцарь, первым выбежавший за ворота, вернулся назад с криком:

— Они кого-то поймали! К рыцарям подошел Тагин:

— Всем вернуться на свои места. Мы на войне, а не в цирке. Потерпите. Вы все скоро увидите его.

В ворота въехали уставшие, но торжествующие всадники. Некоторые из них были ранены, но, как сказал Бьюрн, обошлось без жертв. Громилу не было видно за опутавшими его сетями. Лишь кое-где торчали наружу клочья коричневой шерсти; было невозможно понять, что это за зверь. Опутанное сетями чудовище фыркало и ревело. Громилу потащили к клетке — она была подготовлена заранее. Несколько рыцарей подхватили связанного зверя и затолкнули его в клетку. Громила извивался, пытаясь освободиться от пут.

Командир патруля подошел к государю Тагину и доложил:

— Мы нашли его в лощине. Он убил оленя и ел его. Заметил нас поздно, мы успели окружить Громилу. Пытались набросить сети, но поначалу безуспешно. Несколько человек были ранены. Я уже даже было подумал, что нам придется убить его. Но, к счастью, этого делать не пришлось. В конце концов он запутался в сетях, и мы его схватили.

Государь удовлетворенно кивнул:

— Паладайн вам помог, все остались живы. Теперь его место — в клетке.

— Лучше сказать, его место не в клетке, а в тюрьме. Это было бы правильнее, милорд.

— В тюрьме? — удивился государь. — Кого же вы поймали?

Пока еще было невозможно разглядеть, кто такой Громила. Он еще не сумел выбраться из сетей. Но его рев сопровождался настоящей человеческой речью.

Командир патруля с гордой уверенностью заявил:

— Шпион Владычицы Тьмы! Одно из ее безобразных чудовищ, засланных к нам с севера. Война, получается, пришла и к нам.

Тагин подошел к клетке поближе. Громила уже почти сбросил с себя сети.

— О, Саргас! Я разорву всех вас на куски!

Хума замер. Бьюрн смотрел на него, по-видимому, с недоумением: может быть, на севере, где Хума жил, ему приходилось уже встречать таких существ?

Громила стянул сети со своей рогатой головы. Тяжело дыша и глядя с бешеной свирепостью в лица окруживших клетку рыцарей, он кричал:

— Трусы! Подонки! Дайте мне возможность сразиться с любым из вас! Где ваша хваленая храбрость?!

Громила был в углу клетки и не мог видеть Хуму. Но Хума отчетливо видел его.

Он широко раскрытыми глазами смотрел на человекобыка и думал, что же он может сделать для спасения Кэза.

Глава 14

Первый, кому доверил свою тайну Хума, был Бьюрн.

— Вам повезло, — сказал Бьюрн, — что никто, кроме меня, не заметил вашего изумления. Вы стояли прямо-таки раскрыв рот.

— Я был просто поражен. — Хума покачал головой. — Когда мы расстались, Кэз поехал на север, я — на юг. Преследователей интересовал прежде всего я, и поэтому они бросились за мной.

— И получили от вас по заслугам, — заметил Бьюрн.

Накануне Хума рассказал ему о своем сражении, хотя и очень кратко, но и краткий рассказ произвел на Бьюрна сильное впечатление.

— Поразительно, что Кэз оказался в здешних лесах. К тому же он добрался сюда значительно раньше меня. Правда, я несколько дней шел пешком. И все же ему, чтобы опередить меня, надо было гнать лошадь во весь опор… А она, должно быть, пала без сил вскоре после того, как мы расстались.

— Он знал, куда вы держите путь?

Бьюрну показалось, Хума думает над ответом целую вечность.

— Только общее направление — на юго-запад. Бьюрн подошел к окну и посмотрел на клетку. Кэз неподвижно сидел на полу.

— Опытный воин найдет немало способов, чтобы пробраться незамеченным. Минотавр, должно быть, обнаружил нашу заставу и предположил, что вы здесь остановитесь. Он мог подумать также, что именно сюда вы и направляетесь.

Хума снова задумался:

— Я говорил ему, что хочу вернуться к рыцарям, и он мог действительно подумать: если я не Доберусь до Соламнии, то направлюсь сюда.

— Или… — Бьюрн некоторое время молчал в нерешительности, — или он действительно шпион и оказался здесь совсем с другими намерениями.

— Ни в коем случае!

В том, что Кэз был абсолютно предан ему, у Хумы сомнений не было.

— Вам будет трудно убедить в этом рыцарей. Минотавр есть минотавр. Они допросят его и независимо от того, что он им скажет, казнят его.

— За что? Он ведь только защищался! Бьюрн досадливо поморщился:

— Вы слышали, что я сказал? Он — минотавр. И они вряд ли станут вас слушать. Хума стал нервно ходить по комнате.

— Я должен поговорить с Тагином.

— Тогда не теряйте времени. Они начнут допрос сегодня же, вероятно после полудня.

— Тагин сейчас на командном пункте?

— Вряд ли. Как рыцарь ордена Розы, он должен быть в это время на молитве. Из-за минотавра он запоздал на нее. Кстати, вы успокоили душу молитвой?

Хума остановился и побледнел:

— Нет, я еще не молился. Если Паладайн отвернется от меня навсегда, так мне и надо. Бьюрн покачал головой:

— Это вы напрасно. Думаю, Паладайн более милостив. Идите к Тагину и помолитесь вместе с ним.

Сразу после молитвы Тагин пригласил к себе своих помощников и командира охраны.

Хума понимал: момент для разговора с государем неподходящий. И пока Тагин занят, он решил подойти к клетке с минотавром. Зачем он делает вид, будто не знает Кэза? Тот был всегда искренен с ним.

Клетка, в которой находился минотавр, очень походила на те, в которых обычно возят редких животных для показа на ярмарках и в селах. Из металлических прутьев, с дверцей, на полу солома.

Кэз сидел мрачно понурившись, рядом с ним — мясо и каша. Пища аппетита не вызывала. Хума подумал: она, вероятно, и на вкус такая же скверная, как и на вид.

Охраняли клетку два рыцаря, они остановили Хуму. Тот спросил:

— Можно мне допросить пленника?

— Это сделает сам государь Тагин. Остальные могут только смотреть.

— Но я хотя бы могу сказать ему пару слов?

Стражники переглянулись. Несомненно, они хотели бы знать, зачем это Хуме говорить с минотавром? Наконец тот же рыцарь, что заговорил с Хумой первым, ответил:

— Нет. Без разрешения государя нельзя.

Кэз услышал голоса рыцарей. Поначалу он спокойно прислушивался, — очевидно, он не был уверен, что слышит голос именно Хумы. Вдруг он повернулся и прыгнул к прутьям клетки: