Наталия Яковенко - Обречённые

— Ты кого-то потерял? — заметила она.

— Нет, — резко ответил я. — Просто я.

— Где потерялся? — обхватив мою руку, ко мне подошла сестра. Она бросила небрежный взгляд в сторону Джейн и, делая вид, что её нет, продолжила. — Ты знаешь, что говорит Джина по поводу нового учителя?

— Ты что не видишь? — спросил я, отцепляя её руку от себя. — Я разговариваю. Ты мне мешаешь. — Ребекка бросила оценивающий взгляд в сторону Джейн, осматривая её с ног до головы.

— А это та самая? — цинично произнесла сестра.

— Убирайся отсюда! — разозлился я.

— Всё нормально, — быстро произнесла Джейн. — Я пойду, а то опаздываю уже. — Она показала в сторону кабинета. После поспешила уйти подальше от нас.

— Не смей больше лезть в мою жизнь.

— А то что? — Ребекка попыталась меня зацепить. Я пошёл от неё прочь.

На следующей перемене я ждал возле кабинета химии, когда выйдет Джейн. Я не понимал, что делать и как объяснить ей, что нам на время лучше не видеться и при этом не потерять её навсегда. Одиночество было моим проклятьем. Я не мог позволить себе даже обсудить этот вопрос хоть с кем-нибудь. От этого становилось ещё хуже. Я ходил туда-сюда по коридору в надежде поговорить с ней сегодня. Мимо меня проходили ученики других классов. Время от времени девушки кидали на меня любопытные взгляды и здоровались, пытаясь понравиться. Я ни о чём не мог думать, как о прощении, которого с нетерпением ждал от Джейн. Лёгкий ступор напал на меня, когда двери кабинета открылись и оттуда начали выходить ребята. Немного погодя среди них я увидел её.

— Джейн, — подскочил я, не заметив поблизости Кларка. Она остановилась и подняла на меня свои глаза.

— И тебе привет, — недовольно произнёс Кларк, обидевшись, что я не обратил на него никакого внимания. — Я жду тебя на улице, — произнёс Кларк, увидев мою решимость поговорить с ней здесь и сейчас.

— Хорошо, — ответила она. Он скрылся в толпе. Мы отошли в сторону. Остановившись у окна, она спросила. — Ты хотел поговорить?

— Да. Я хотел извиниться за утреннее происшествие.

— Не понимаю. — Она предпочла сделать вид, что вовсе не обижена поведением моей сестры.

— Я о своей сестре.

— Всё в порядке, — улыбнулась она, притворяясь не расстроенной. Я знал, что она лжёт мне, это читалось в её грустных глазах.

— Нет не в порядке. Ре… — я немного запутался, так как нечаянно чуть не произнёс реальное имя сестры. Но вовремя остановился. — Эшли кого угодно может довести до депрессии.

— Как это? — удивилась она. Да я и сам мало чего понял из своих сказанных слов. Голова всегда становилась пустой, как только я видел её. Лишь мысли о Джейн наводняли мои иссушенные любовной лихорадкой мозги. Рядом с ней я становился ранимым, а значит лёгкой мишенью для своих врагов.

— Я хотел сказать, — попытался исправиться я. — Порой с ней бывает очень трудно. Она привыкла быть в центре внимания. Ей всегда нужно всё и обо всём знать. Так вот и ты начнёшь её интересовать. Она будет задавать вопросы, а я не смогу ответить на них, пытаясь тебя защитить. — Блин! — прокричал я в своей голове, что я такое говорю? Как теперь объясню эту ерунду, которую только что произнёс вслух.

— Защитить от чего? — впоследствии я услышал логичный вопрос. От чего? — думал я про себя. Отвечай теперь гений, разговаривал я сам с собой.

— Всё не так просто, — не мог сообразить я, поэтому пытался потянуть время.

— Сложности не нужны. Просто скажи, как есть. Я всё пойму. Поверь. — Здесь я замер. В голове было невыносимо страстное желание рассказать ей всю правду и будь, что будет. На губах вертелись слова. Я пытался сложить нужные предложения более или менее подходящие к такому диалогу. Мне было сложно напрямую признаться, что я вампир. Поэтому нужно было найти обходные пути, чтобы не шокировать её таким заявлением. Пауза затянулась надолго, что стало даже неудобно перед ней. — Ты же никого не убивал? — в шутку произнесла она, но получилось как раз по моей теме. В этот же миг я мысленно сорвался в пропасть и летел так долго, что не в состоянии был произнести больше ни слова.

— Я не знаю.

— Что не знаешь? — Она продолжала смотреть на меня. Мне было трудно выдерживать её взгляд в те минуты, так как мне приходилось импровизировать и лгать практически на каждом слове. — Убивал ли? — повторилась она. Я замолчал, опустив голову вниз. Мне стало неловко от прямолинейного вопроса.

— Предположим, что теоретически, да. Это бы как-то повлияло на отношения между нами?

— Если гипотетически, то вероятность того, что это может повлиять на дружбу, существует. Смотря кто твоя жертва. — Она сузила глаза пытаясь уловить реакцию на моём лице. — Но это ведь чисто теоретический вопрос?

— Да. Да, — быстро ответил я, как последний трус, боясь быть заподозренным. После между нами возникло молчание.

— Весной в марте будет день города, — заговорила она. — Я знаю это ещё не скоро, но мы уже со следующей недели будем готовиться к празднику. Если хочешь, можешь помочь. Ты придёшь туда?

— Обязательно, если ты там будешь.

— Да. Я буду приходить туда всю следующую неделю. Потому что обещала помочь с репетицией Тому. Если хочешь, можешь прийти тоже. Завтра вечером в восемь, — после она замолчала. Снова это невезение время встречи с моим прошлым совпадало со временем встречи с Джейн. Как такое может быть? Чтобы все обстоятельства кричали и сопротивлялись нашему сближению. Наша дружба была в принципе невозможной, хотя я пытался доказать обратное. — Конечно же, если Стен отпустит тебя из газеты. — Я кивнул головой. С одной стороны мне стало гораздо легче после разговора с ней, убедившись, что Джейн не в обиде на меня. Но с другой стороны, меня мучила зависимость от мнения и желания посторонних. Найдя мои слабости, они без конца будут терроризировать моё спокойствие. У моей привязанности к Джейн была слишком высокая цена — это её безопасность и жизнь. Я не мог позволить себе заплатить её.

— Я не уверен, что смогу. — Она побледнела, изменившись в лице.

— Понятно. — Джейн резко решила прервать нашу беседу. — Мне пора. Меня ждут. — Напоследок она посмотрела мне в лицо и улыбнулась. Уголки её губ приподнялись, но глаза по-прежнему оставались печальными.

Мы попрощались. Наблюдая, как она уезжает с Кларком я ощутил себя лишним в этом мире. Мне не стоило вмешиваться в идиллию их тихой жизни. Я был посторонним для них. Мой приобретённый ещё несколько дней назад совершенный мир начал рассыпаться у меня на глазах. Я не понимал сам себя, на что рассчитывал, войдя в её жизнь. Неужели хоть на секунду я мог представить, что Ричард, Лейла или Ребекка не воспользуются ею, как живой приманкой, для того, чтобы заставить меня играть по их правилам. Единственный способ сделать её своей — это превратить в такое же чудовище, как я. Но смог ли бы я это сделать? Собственноручно лишить любимого человека души, сердца, эмоций. Видеть, как она делает свой последний вздох, будучи ещё человеком. На мгновение я представил это, но сразу отогнал от себя эти мысли, решив, что не имею право решать за неё.