Андрей Платонов - Пришлый. Месть ради мести

– Сегодня ночью я иду на охоту. Встретимся тут.

– Может, пойти с тобой? Подсоблю, может, чем? – неуверенно поинтересовался Нурп.

– Не надо, мастер. Тебе лучше этого не видеть.

Отряд я нагнал километров через десять. Они разбивали лагерь. Сумрак почти перешел в темноту, и на небе уже можно было разглядеть проступающие звезды. Я залег недалеко в кустах и стал наблюдать. Прошел еще час, люди закончили ужин и разошлись по палаткам. Трое часовых заняли свои места вокруг лагеря. Солдаты действовали профессионально – выбрали самые темные уголки, где их никто не сможет разглядеть. Никто, кроме меня.Я с трудом заставил себя подождать еще два часа – жажда предчувствовала близкую добычу и гнала вперед, сопротивляться ей с каждой минутой становилось все труднее. Ждать дольше, не было смысла, а терпеть дальше, не было сил. Пора дейтсвовать. Я аккуратно поднялся на ноги, размял затекшие конечности. Попрыгал – вроде ничего не звякает. Снова опустился на землю и медленно, осматривая каждую пядь перед собой (дабы ничего не хрустнуло), пополз к лагерю.Хорошо, что у этой планеты спутник был настолько маленький, что больше напоминал крупную звезду. При свете Луны мне было бы гораздо сложнее подобраться к лагерю незамеченным. Синк однажды отметил, что меня трудно разглядеть в темноте – будто я в облаке мрака. Наверно это еще одна моя способность – тем лучше. Но, тем не менее, пренебрегать маскировочной одеждой я тоже не стал. Темно-серая, бесформенная куртка с капюшоном и такого же цвета штаны. Разглядеть меня можно, если только знать, куда смотреть.До лагеря оставалось метров пятнадцать. Я лежал уже около часа – все не мог решиться. Часовые расположились слишком неудачно – снять их без шума было делом крайне сложным, а еще ведь одного надо взять живым – кровь трупов жажде не подходила. Но не лежать же тут до утра. Я собрался с силами, приготовившись к действиям, как услышал какой-то шорох в палатке. Я вжался в землю и напряг зрение. Из шатра вылез один из стражников и направился в сторону кустов. Какая удача – у кого-то слабый мочевой пузырь. От лагеря мужик отошел метров на десять. Развязать штаны он так и не успел. Удар кулаком в темечко надолго отправил его в нокаут. По идее надо было бы бить кастетом или дубинкой, но тогда он был бы уже трупом – я мог не рассчитать силы. Подхватив, падающее тело, аккуратно уложил его на землю. Но совсем без звука это мне сделать не удалось.

– Эй! Орнис! Ты чего там расшумелся? Опять тебя выворачивает? Небось снова втихаря браги в палатке нахлебался? – раздался тихий окрик со стороны ближайшего сторожа.

– Эрээбыыээ, – прорычал я гортанно.

– Сходи, проверь, – сказал уже другой солдат, – а то утром начальник и ему, и нам взбучку устроит, если он там спать останется.

– Как же меня достал этот Орнис, каждый раз с ним какие-то проблемы, – бурчал стражник, подходя к бессознательному телу.

Подойдя к упавшему, стражник не забыл оглядеться вокруг. Вглядываясь в темноту леса, он держал взведенный арбалет, готовый в любой момент выстрелить в каждую подозрительную тень. Не увидев ничего опасного, арбалетчик нагнулся к телу.

– Вставай, пьянота!

Бесшумной тенью я выплыл из-за дерева – Орнис для своего маленького дельца облюбовал достаточно толстый экземпляр дуба. Взмах меча – голова арбалетчика падает на землю. Затем, заливая кровью бесчувственного Орниса, медленно начинает валиться тело, осознавшее потерю такого важного органа.

– Да что там у вас происходит!? – уже в полный голос воскликнул один из сторожей и, положив руку на меч, направился в мою сторону.

Выхватив арбалет из рук обезглавленного, я выстрелил в морду надвигающемуся стражнику. Тот схватился за лицо и с хрипом упал на спину.

– Тревогааа!!! – заорал последний оставшийся в живых часовой – видел, как завалился его товарищ, к тому же опытный солдат щелчок арбалетной тетивы ни с чем не спутает.

Сорвав с пояса «убойник», выстрелил в кричавшего. Во мраке он вряд ли смог меня разглядеть, но я видел все. Мужик успел вскочить и даже выдернуть меч, который тут же выронил. Арбалетная стрела попала ему в живот, пробила панцирь и пригвоздила к дереву, у которого солдат нес свое ночное дежурство. Стражник обеими руками схватился за торчащее из брюха оперение и завыл.Из палаток, матерясь и гремя оружием, начали выскакивать люди. Пока еще растерянные, но это ненадолго. Времени терять нельзя. Подхватив свою добычу, я громадными скачками понесся прочь от лагеря. Кто-то услышал шорохи и начал палить из арбалета на звук. Слава богам, безрезультатно. Теперь надо найти укромное местечко и устроить пир.

***

– Какого нижнего мира тут происходит!? – выкрикнул Карл, вылезая из палатки.

Вокруг его шатра уже стояли десяток стражников, ощитиневшихся мечами и арбалетами. Остальные рассредоточились по лагерю, внимательно всматриваясь в темноту леса.

– Лейтенант Баркос!!! – крикнул де Урт.

– Да, господин ла Изар, – подошел к нему его доверенный помощник и командующий отрядом.

– Я еще раз спрашиваю: что тут произошло!? – чеканя каждое слово, произнес де Урт.

– Пока и сам не знаю, господин ла Изар. Скорее всего, было нападение. В данный момент производится разведка местности вокруг лагеря. Пока противника не обнаружено.

– Даю вам десять минут, и жду с полным докладом.

– Будет исполнено, господин ла Изар! – произнес лейтенант и быстрым шагом двинулся в сторону суетившихся солдат.

Ровно через десять минут Баркос стоял перед де Уртом:

– Один человек обезглавлен, двое тяжело ранены, один пропал без вести, – доложил лейтенант.

– Кто совершил нападение? – стиснув эфес меча, процедил сквозь зубы начальник стражи.

– Неизвестно. Вокруг лагеря нашли следы одного человека. Я послал по ним три тройки стражников. Но ночью след плохо различим, на то, что они его нагонят надежды мало.

– Насколько тяжело ранены люди?

– У одного сквозная рана в живот – скорей всего, долго не протянет. Второму, стрела, выбив зубы, проткнула шею. Насколько там все серьезно неизвестно.

– Как вы вообще все это допустили!? Куда смотрели ваши часовые!? Один человек убил четверых ваших людей, а они ему еще и уйти дали! Чтоб завтра же по его следу пустили людей! Пусть идут, пока его не найдут. Выделишь для этого четыре тройки. Остальные пойдут со мной до деревень. – едва не срываясь на крик, гневно проговорил де Урт.