Наталья Авербух - Ведьма и вампир

— Но почему?

— Ей нужна была помощь.

— Почему вашего практиканта, а не слуг барона?

— В колледже знаний о человеке начатки лекарского дела преподают всем, психолог мог быть полезен. И был полезен.

— Почему он, а не вы?

— Я нужнее здесь.

— И всё?

— Ещё — я не люблю больных и забыла всё, чему меня учили из лекарского дела. Устраивает вас такой ответ?

— Не горячитесь. Что располагается за той стеной?

— Кухня.

— Там кто-то живёт?

— Да, Магда, но я не понимаю, какое это имеет отношение…

— Всему своё время. Кто может пройти на кухню?

— Только мы трое. А без разрешения Магды — и вовсе никто.

— И всё?

— Всё. Кому ещё там бывать?

— А гости?

— Мы не принимаем гостей.

— Не принимаете? — удивился следователь.

— А это запрещено? — передразнила его вампирша.

— Допустим… — невпопад ответил следователь. — По-вашему, ваша подруга могла узнать инквизитора, когда увидела его после нападения?

— Понятия не имею. Мы об этом не разговаривали.

— Вам не кажется, что она его узнала и намеренно скрыла факт его пребывания в замке от барона?

— Я так не думаю.

— Допустим. Почему она запретила навещать раненного?

— Сколько я знаю — чтобы не помешали его выздоровлению.

— А почему меня к нему не пускают?

— Откуда мне знать?!

— Допустим. Кому, по-вашему, мог помешать инквизитор?

— Да кому угодно!

— Например, ведьме?

— Вы с ума сошли!

— Кому тогда?

— Что вы меня спрашиваете? Я не знаю! Если вам интересно — да, я не люблю инквизиторов. Но не настолько, чтобы подкарауливать с дубиной их в ночном лесу.

— Тогда кто это сделал?

— Не знаю!

— Но кто-то ведь напал на инквизитора, — настаивал следователь. — Это не бандиты, значит, недоброжелатели. Кто именно?

— Ну, знаете ли! Если ни барон, ни шериф, ни стражники не могут найти преступников, зачем задавать эти вопросы мне?

— Вы не думаете, что барон знает и покрывает преступников?

— Если бы мой сеньор услышал ваши слова, вы бы здесь не сидели, — собрав всё своё достоинство, ответила вампирша.

— Сомневаюсь. Итак?

— Нет! Не думаю!

— Почему ваша подруга не пускает меня допросить потерпевшего?

— Потому что он ещё нездоров. Ему трудно принимать посетителей. К тому же он ничего не помнит.

— Это он вам так сказал?

— Нет, она.

— Допустим. Кто напал на инквизитора?

— Я! Не! Знаю! — заорала вампирша.

— Допустим. Вы понимаете, что ваша подруга — самый вероятный подозреваемый?

— Вы помешенный! Вы сумасшедший! Тронутый! Как Магда могла напасть на вооружённого всадника и так сильно его изувечить?!

— Мне передавали, что она благородного происхождения и сидит в седле как мужчина.

— Ну и что? Ездить верхом — не значит владеть оружием, тем более, дубиной. А если бы она преследовала его на лошади, там остались бы следы.

— Почему вы говорите о дубине?

Вампирша растерялась.

— Ему же все кости переломали. Чем ещё?

— Есть множество возможностей. Вы лично осматривали больного?

На лице девушки выразилось такое отвращение, что следователь не стал настаивать на ответе.

— Вам известны возможности, которые позволили бы ведьме совершить преступление и замести следы?

— Нет!

— Допустим. Вы можете повлиять на подругу, чтобы она разрешила мне лично осмотреть раненого?

— Нет, и не собираюсь. Если Магда считает, что это опасно — значит, так и есть.

— Ваш отказ сотрудничать говорит о соучастии в преступлении.

— Я больше не могу, — не вытерпела вампирша. — Я не привыкла, чтобы в мой дом вваливались без приглашения и сыпали нелепыми обвинениями. Будь вы хоть десять раз следователь, в своих расспросах вы перешли всякий границы. Извольте уйти.

— А если нет? — впервые за разговор усмехнулся следователь. И Вейме его усмешка страшно не понравилась.

— В таком случае я уйду сама и приведу шерифа.

— Вы никуда не пойдёте.

— Вы указываете мне?

Вампирша встала из-за стола и направилась к двери. Следователь либо гений, либо действительно сумасшедший, а посему разговаривать с ним без свидетелей крайне небезопасно.

— Ты никуда не пойдёшь, — нахально заявил следователь и цепко ухватил девушку за руку. — Я ещё не закончил допрос.

— Пустите!

— И не подумаю. — Псих сжал руку вампирши с такой силой, что обычный человек давно бы кричал от боли. — Ты солгала мне по крайней мере в трёх вопросах. Ты знаешь, кто напал на инквизитора. Ты в этом замешана. Если немедленно не ответишь — тебя выдадут инквизиции и сожгут на костре. Говори!

— Пустите! — Услышав, что разоблачена, вампирша потеряла всякую осторожность и с нечеловеческой силой дёрнулась в сторону. К её удивлению, вырваться ей не удалось. — Пустите немедленно! Я пожалуюсь барону!

— Он не будет тебя защищать. Ты разоблачённая преступница, ему о себе позаботиться пора. Выкладывай всё, и тебя будет судить светский суд.

— Да пустите вы, кому говорят?! — Испуганная и раздражённая вампирша рванулась ещё сильнее, в отчаянном желании высвободиться полоснув следователя ногтями по запястью. Ногти, по крепости и остроте сравнимые со звериными когтями, глубоко пропахали кожу следователя. Выступила кровь. Следователь ослабил хватку и в удивлении уставился на рану. Вампирша глубоко вдохнула дурманящий запах и поднесла к глазам руку с окровавленными ногтями. Страшно закричала и как подрубленная упала на пол.

Глава третья. Оборотень

Магда действительно после обеда направилась в замок барона. Но загадочного телохранителя не сочли настолько безопасным, чтобы совсем уже выпустить из внимания. Поэтому, когда он направился прямиком к маго-психологическому офису, ведьме об этом сообщили. Это заставило Магду попрощаться с инквизитором, которого Лим как раз вывел на прогулку по замковому двору, и поспешить домой. Тихий-то он тихий, телохранитель, а всё-таки не след его одного с Веймой оставлять. Крик подруги она услышала, уже подходя к дому и, не мешкая ни мгновения, бросилась в психологический кабинет. Представшая её глазам картина… шокировала.

На полу валялась туда вампирша, судя по всему — в глубоком обмороке. Рядом на кушетке сидел «тихий сумасшедший», переводящий рассеянный взгляд со своей руки на девушку. При виде ведьмы он поспешно вскочил, но так и не соизволил дать объяснения или предложить помощь.

Магде пришлось самой поднимать подругу с пола и перетаскивать на освободившуюся кушетку. И только когда вампирша была аккуратно уложена в точности так, как на картинках по оказанию первой помощи, телохранитель заговорил.