Альвина Волкова - Стальная: наследие авантюристки (Гордость черного дракона) (Часть 2) (СИ)

Князь привстал со скамьи и сгруппировался, чтобы, если что, отразить нападение. А зубы у моего красноглазого уже начали расти.

— Ласснир, — подскочила я, направляемая Индиром, — Хватит.

— Я еще ничего и не делал, хозяйка, — прошипел дракон, скребя когтями по столу.

— Все равно, прекрати… Черт, что на тебя нашло?!

— Нина, отойди, — спокойно попросил князь, делая шаг назад.

Скамейка с грохотом опрокинулась. Этот звук в тишине зарождающегося утра показался оглушительно громким.

— Ваир, не надо, — бросила на князя умоляющий взгляд.

— Ваир-рр-р, — такого утробного рычания я еще не слышала.

Уже вторая скамья опрокинулась и была пинком отправлена в полет. Врезавшись в стену, она с треском переломилась и упала на пол уже грудой досок. Я побледнела и прижала руки к животу, где желудок в страхе скрутился в тугой узел.

— Ласснир, прекрати, — выдавила я, — Мы у князя в гостях. Так нельзя.

— Ты — Ваир, — не обращая внимания на мои попытки образумить его, дракон буравил князя тяжелым взглядом.

— Я не давал тебе права так меня называть, проклятый, — не остался в долгу князь.

Вокруг Ласснира воздух словно оплавился, смазались черты, цвета перемешались, его почти не стало видно в этом сером бесформенном мареве. Но когда Ласснир появился, мои колени предательски подогнулись и я едва не упала. На месте человека стоял двухметровый красноглазый ящер, покрытый черной матовой чешуей, с короной изогнутых рогов на голове, жестким гребнем тянущемся от макушки по позвоночнику к самому крестцу, двумя уплотнениями от лопаток до поясницы и длинным хвостом с шипами.

Ваир выхватил средней длины клинок и выставил его чуть вперед. По тонкому лезвию забегали алые искры.

Сказать, что я испугалась, это значит, ничего не сказать. Я была в ужасе. В панике. Но не из-за того, что увидела, каким стал Ласснир, а от осознания того, что не знаю, как остановить этих двух воинственно настроенных мужчин, чтобы потом мне не пришлось думать, не сцепились ли они без меня где-нибудь снова.

Я хотела было приказать Лассниру, но кто-то неожиданно подскочил ко мне сзади, закрыл рот прохладной рукой и потащил к выходу. Я сопротивлялась, но это было бесполезно. Силой незнакомец обладал чудовищной.

— Лучш-ше, если они разбиратьс-ся бес-с тебя, шини [4]. Быс-стрее будет.

Франчиас силком утащил меня в дом лекаря, несмотря на мои приглушенные вопли и попытки цапнуть его за руку. Я стала еще яростнее сопротивляться, когда уже на улице услышала звук ломающейся мебели, звон метала, звук бьющейся посуды и звериный рык. Я брыкалась, дергалась, вырывалась. Однако мои потуги только рассмешили змея.

— Прекрати, дергаться, шини, — ровным тоном попросил Фран, — У меня достаточно силы, чтобы справиться с целым войском, не то, что с маленькой хрупкой человечкой.

Змей притащил-приволок меня в комнату и швырнул на постель. Упав, я как ванька-встанька, подскочила и обдала Франчиаса уничижительным взглядом.

— Как ты мог меня увести?! — воскликнула я, — Они же там поубивают друг друга!

— Возможно, — моргнул Фран, — Но маловероятно.

— Ваир…

— Ваир? — темная бровь удивленно изогнулась, — Ты хотела сказать Ваимир.

— Да, князь. Он там… Он же…

— Успокойся, шини. Сейчас, когда удален основной раздражающий фактор, они быстро спустят пар и успокоятся.

От слов Франа веяло такой непоколебимой уверенностью, что я даже задумалась, с чего бы это.

— Ты думаешь, они…

— Разберутся, не маленькие.

— Ты такой спокойный, Фран. Мне бы твое спокойствие.

— Проживешь с мое, будешь спокойной, как воды Ссуры.

— А это сколько?

Я хмуро рассматривала болезненно бледного молодого человека, почти мальчика в свободной белой рубахе с воланами на рукавах, заправленной в бесформенные штаны, удерживаемые на тщедушном теле широким поясом.

— Семьсот сорок четыре года.

Я так и села. Мама моя, кому я все это время тыкала. Предупреждать же надо!

— Ты старше даже Лельтасиса, — потрясенно ахнула я.

— И Лельтасиса, и Хроса, и Эрдо. Я лишь на несколько сот лет младше ящера.

У меня просто не укладывалось в голове. Они столько живут? Так много. А я? Я ведь для них… Вот если… Да мне все приставки «пра» произносить язык заплетется. Но благо я не их родственница.

— Ни'ийна?

— Э-э, — протянула я, — Фран…тьфу, Франчиас.

— У глиртов нет предрассудков по отношению к сокращению имени. Если я не исправил тебя изначально, значит, меня все устраивает.

— Как-то это…

— Не думай об этом, девочка, — усмехнулся Фран, продолжая подпирать косяк двери, словно боялся, что я сбегу — нашел коммандос, — Мы долго развиваемся. У людей происходит все гораздо быстрее.

— А если бы ты был человеком, сколько бы тебе было лет?

Франчиас задумался.

— Тридцать восемь, скорее всего, — наконец ответил он.

Ну, это еще, куда ни шло. Дышать можно ровно. Значит моему красноглазенькому на человеческий манер предположительно сорок с хвостиком. Хотя, как подумаю… Угораздило же меня влюбиться в девятисотлетнего вредного, обидчивого, вспыльчивого, самовлюбленного, эгоистичного… эх. Любовь зла, полюбишь и дракона.

— «Индир, как считаешь, они там как»?

— «Ты спрашиваешь у меня совета, или ждешь, что я тебя успокою и скажу, что все хорошо и глотки они друг другу еще не перегрызли»? — проявился Индир.

— «Супер, — выразилась я, — Какой хозяин, такой и хранитель».

— «Это ты к чему клонишь»?

— «К тому, что ты мне очень помог. Спасибо», — выразилась я и сердито засопела.

— «Не дуйся. Тебе не идет, — примирительно усмехнулся хранитель, — Что я могу тебе сказать, змей прав — подерутся и успокоятся. Вспомнят, кто они, одумаются — разойдутся по углам. Не переживай. Лучше спать ложись. Всю ночь же дурью маялась».

— «Почему дурью, мы добывали мне штаны», — шутливо серьезным тоном заявила я.

Хотя если смотреть с другой стороны, то так оно и есть.

— «В компании гвиорда и глирта».

Узнаю тон.

— «А тебя-то, что не устраивает»?

— «Все, — рыкнул Индир, — Где это видано, чтобы молодая незамужняя женщина пряталась в шкафу с двумя мужчинами».

— «А с одним, значит, можно»? — не скрывая ехидства, уточнила я.

— «Нина, — возмущенно взревел татуированный дракон, — если об этом узнают… Пойми, проникновение в хранилище — это не детские шалости. Как бы ни накликать беду».