Майкл Салливан - Персепливкис

— Ты можешь добраться до дна? — крикнул Адриан в отверстие.

— Сколько еще веревки осталось? — донесся до них эхом голоса Ройса.

Адриан вопросительно посмотрел на Аристу.

— Десять мотков по пятьдесят футов каждый, — ответила она и крикнула, наклонившись в сторону ямы: — Общая длина пятьсот футов.

— Этого не хватит, — сообщил Ройс.

— Глубокая дыра, — заметил Адриан.

Веревка слегка переместилась по краю.

— Чем ты там занят, приятель?

— Делаю, что могу.

— Опять какую-нибудь глупость?

— Может быть…

Судя по голосу, Ройс задыхался от напряжения. Веревка перестала перемещаться и обвисла.

— Ройс, в чем дело? — позвал Адриан.

Ответа не последовало.

— Ройс!

— Расслабься, — крикнул Ройс. — Кажется, у меня все получилось. Я на карнизе, мы все на нем поместимся. Он обледенел, но вполне надежен. К тому же здесь можно закрепить веревку. Похоже, нам придется слезать партиями. Спускайте снаряжение.

Участники миссии подтащили сани к провалу и приступили к спуску снаряжения и припасов. Мешки один за другим начали исчезать в круглой дыре.

— Я пойду первым, — заявил Алрик, когда сани опустели.

Адриан и Мовин обвязали его страховочной веревкой вокруг его ног и пояса. После этого король взялся за основную веревку, сел на снег и начал сползать по склону. На этот раз Адриан и Мовин вытравливали веревку медленно, и вскоре Алрик оказался у заслонявших провал кустов.

— О Марибор! — воскликнул он. — Вы достаточно крепко меня держите?

— Скажи, когда будешь готов, — крикнул Мовин.

— О боже, боже, — несколько раз повторил Алрик.

Ройс снизу советовал ему, как лучше действовать, но остальные его уже не слышали.

— Ладно, ладно, я спускаюсь, — сказал Алрик, перевернулся на живот и стал осторожно сползать в провал, крепко держась за страховочную веревку. — Теперь помедленнее, — предупредил Алрик, когда Адриан и Мовин начали спускать его вниз.

Дюйм за дюймом король перемещался по склону и вскоре исчез из виду. Из глубины донесся его крик:

— О Марибор, спаси и сохрани!

— Ты в порядке? — спросил Адриан.

— Ты спятил? Конечно, нет! Это безумие.

— Спускайте его! — закричал Ройс.

Они продолжали спускать Алрика до тех пор, пока Адриан не почувствовал, что тот дернул веревку. Очевидно, Ройс втащил Алрика на карниз. Натяжение веревки ослабло, Ройс крикнул, что все в порядке, и они подняли освободившуюся веревку. Следующим решили отправить Эльдена, пока наверху оставалось достаточно мужчин, чтобы удерживать его немалый вес. Он молча спустился вниз, но в его глазах они увидели такой же страх.

— Следующим будешь ты, Деган, — сказал Адриан.

— Ты шутишь, — ответил Гонт. — Неужели ты думаешь, что я туда полезу?

— За этим ты сюда и приехал.

— Это безумие. А что, если веревка порвется? Что если мы не сможем добраться до дна? Что, если не сумеем вернуться? Я не стану… Это просто смешно!

Адриан молча смотрел на него, держа веревку в руках.

— Я не полезу, — заявил Деган.

— Ты должен, — сказала Ариста. — Не знаю почему, но наследник Новрона должен нас сопровождать, чтобы путешествие закончилось успешно. Без тебя нам нет никакого смысла туда идти.

— Вот и отлично, никто не станет спускаться!

— Тогда эльфы всех убьют.

Гонт посмотрел на Аристу, потом с умоляющим видом оглядел остальных.

— Откуда ты знаешь? Откуда тебе известно, что я должен там быть?

— Мне сказал Эсрахаддон.

— Этот безумец?

— Он был волшебником.

— Он мертв. Если он был таким всезнающим, почему умер? Скажи мне?

— Мы ждем! — закричал Алрик.

— Ты должен спуститься, — повторила Ариста.

— А если я откажусь?

— Ты не станешь императором.

— Если я умру, то все равно не стану императором.

Все молча смотрели на Дегана Гонта.

Он опустил плечи и состроил гримасу.

— Как надевать эту проклятую штуку?

— Просунь ноги в петли и застегни пряжку на поясе, — объяснил Адриан.

После того как вниз спустились Гонт и Ариста, Уайатт занял место Адриана у веревки, дав ему возможность поговорить с Ренвиком.

— У вас запасов хватит на неделю, может быть, немного больше, если будете экономить, — сказал он мальчикам, когда те собрались вокруг него. — Ухаживайте за лошадьми и держитесь подальше от вершины холма. Разбейте лагерь в ложбине. И ради собственной безопасности не разжигайте костер днем. Дым можно увидеть на большом расстоянии, а вам лучше не привлекать незваных гостей.

— Мы сумеем за себя постоять, — заявил Бранд.

— Не сомневаюсь, но будет лучше, если вас никто не заметит.

— Я хочу пойти с вами, — сказал Ренвик.

— И я, — добавил Минс.

Адриан улыбнулся:

— Вы очень храбрые парни.

— Но только не я, — заявил Элбрайт. — Нужно быть последним придурком, чтобы забраться в такую дыру.

— Что ж, значит, ты самый разумный, — сказал ему Адриан. — Тем не менее вы все должны остаться здесь. Разбейте лагерь и берегите лошадей. Если мы не вернемся через неделю, значит, не вернемся совсем. К тому же будет слишком поздно. Если вы увидите огонь на севере или западе, значит, эльфы захватили Аквесту или Ратибор. Вам нужно будет уходить на юг. Попробуйте сесть на корабль, отправляющийся в Вестерлинс. Впрочем, я не знаю, что вы там найдете.

— Вы вернетесь, — уверенно сказал Ренвик.

Адриан обнял паренька и повернулся к Майрону, который, как всегда, оставался рядом с лошадьми.

— Пойдем, Майрон, скоро твоя очередь.

Майрон кивнул, в последний раз погладил животное и что-то прошептал. Адриан положил руку ему на плечо, и они вместе направились наверх, где Уайатт и Мовин спускали Магнуса.

— Что ты сказал Ройсу вчера вечером? — спросил Адриан у монаха.

— Просто поговорил с ним о потерях и о том, как с этим жить.

— Ты читал об этом в книгах?

— К сожалению, нет.

Адриан ждал, что Майрон продолжит свою мысль, но монах замолчал.

— Ну, у тебя все неплохо получилось, — одобрительно произнес Адриан. — Он… Я не знаю, как объяснить… Он словно вернулся к жизни. Конечно, это не означает, что он готов петь и танцевать. А если бы начал, у меня появились бы серьезные основания для тревоги. Но теперь он ведет себя нормально, я имею в виду нормально для Ройса.

— Не совсем, — ответил Майрон. — Прежним он уже никогда не станет. Шрам останется навсегда.

— Ну, я лишь хотел отметить, как он изменился, словно зима превратилась в лето. Ему следовало тебя поблагодарить, хотя от Ройса ты никогда ничего подобного не дождешься. Должен сказать, что немногие смогли бы с ним так говорить, как ты. Это все равно что вытаскивать шип из лапы льва. Я люблю Ройса, но он опасен. Из-за того образа жизни, который он до сих пор вел, у него сложились слишком размытые представления о том, что правильно, а что нет. Он не шутил, когда заявил, что мог бы тебя убить.