Анастасия Сыч - Ученица темного мага (СИ)

Я просканировала его структуру, рассчитывая возможность снятия проклятие. Повезло. Медведю повезло. Из предыдущего десятка особей, только у одного изменения произошли не необратимо. Я принялась распутывать инородные черные нити в структуре зверя, а он окончательно сорвавшись, грозно зарычал и бросился на меня, дико мотая головой. Я попыталась параллельно воздействовать успокоительными плетениями потоков, но это было сложно, когда объект в движении. Я чудом отскочила в бок, не теряя сосредоточенности на потоках, и взбешенный зверь пронесся мимо. Пока он медленно тормозил и разворачивался, я успела снять проклятье. Вот и все, теперь тихонько отступаем, пока он не очухался. Но медведь попался мне слишком активный и кровожадный, несмотря на снятие проклятия, вновь бросился на меня. А я слишком расслабилась и уже сбросила видение потоков, и его прыжок прямо на меня стал неожиданностью. И не успевая, сообразить, что собственно делаю, я рефлекторно защищаясь достала из ножен на поясе кинжал и воткнула его в сердце зверя. Мой длинный ножик был еще и отравлен, так что медведь умер, мгновенно завалив меня своей тушей. Задыхаясь и чувствуя, как трещат мои ребра я поскорее слевитировала труп зверя с моего тела.

Вот, зараза! Было неприятное чувство, спасла и тотчас убила, и ведь главное могла бы просто лишить сознания… Я выдернула кинжал. Обычно я не ношу оружия, но сегодня с утра решила попрактиковаться в артефакторике и немного зачаровала первое попавшееся под руку оружие. Этот вид магии не зависел от Тьмы или Света, это было скорее что‑то среднее между техникой и рукоделием закрепленное магией, артефакторика приятно успокаивала, потому мне и нравилась. Лэйр Сартер не требовал заниматься этим, он сам скорее предпочитал алхимию. Она тоже была интересна, но стойкое отвращение к химии со времен школы и самому учителю отталкивали меня от изучения этой науки.

Таак, и что с медведем делать? Может преобразовать во что‑нибудь или оставить волкам на съедение. Я зевнула и решив не нарушать баланс природы, отправилась обратно в замок. Блин, противно на душе.

Конец лета уже, скоро год как я здесь. Какой ужасный и длинный год…

Лэйр Сартер увернулся от ловкой ручки мелкого воришки, и, взвесив мальчишке подзатыльник, двинулся дальше. Узкие улочки Цейра петляли безумными спиралями, и чтобы пройти к нужному дому сначала приходилось изрядно покружиться по городу. Проектировал столицу Цейрской земли явно какой‑то пьяный гном, но Лэйру даже чем‑то нравилась подобная планировка. Да и город в отличие от Эрситы был старым и оригинальным, а не этой хоринеской подделкой. Грязный конечно, но это же Дестмирия… Выйдя из переулка с полуразвалившимися красными кирпичными зданиями и подозрительным населением, темный маг вышел на главную площадь, где гордо красовался трехэтажный особняк Дэнайра со множеством балконов, колон и гигантской зеленой крышей от чего черно — белый дом казался каким‑то невразумительным подобием баньяна. Булыжник сменила узорная бордово — серая плитка — очередное подражательство. Все‑таки Цейр был скорее территорией древнего Дестена, а не более молодой Харине и возведен город был еще во времена Эпохи Меча и Магии, и все это подстраивание под хэдскую культуру в настоящее время выглядело глупым.

У массивных ворот дома Дэна наперерез магу выскочила большеглазая нищая девочка. Скрутившись в просительном поклоне, она требовательно уставилась на Лэйра Сартера. Он поджал губы, но бросил ей пару монет. Все‑таки эта смуглая девочка имперка, и по — другому ей не выжить в Дестмирии.

— О, какие гости! — Дэнайр сам решил встретить мага. — Что, решил поговорить про этот новый закон?

Лэйр поморщился, входя в дом. Убранство большинства комнат кичило своей роскошью и безвкусицей, особенно раздражали мага все эти швихтские ковры с фантастическими баталиями орков и оборотней.

— … совершеннейшая глупость. Будто бы им там просто нечего делать… Да таких союзов как ВэС было десятки, но не один придурок еще не приказывал провести подобную реформу, — разглагольствовал Дэн. У него явно сегодня хорошее настроение.

— Таких союзов как ВэС еще не было. Хоть мне он и не нравится, но сложно поспорить, что этот альянс получился весьма могущественным.

Все‑таки его созданием занимались весьма достойные арохе. Только Дэнайру знать эти подробности не к чему.

— Но единый язык для законодательства и в образовании… Это по — моему чересчур. Вряд ли той же Харине это понравится, особенно если учесть, что официальном языком ВэСа назначается салетский, а об эльфах и говорить нечего. Решат еще, что пора вернуться к временам всемирных войн.

— Эльфам может и не понравится, но Харине сама была инициатором этих реформ… — Лэйр Сартер рассеяно сел в одно из более — менее приличных кресел. — Возможно, она просто провоцирует Атрессу на повстание. Последнее время положение в Стране Эльфов не из лучших.

— Да? Не подумал бы… Но мне это просто не нравится. Хоть я салеттец, но эти реформы уничтожают индивидуальность народов.

— Иди и запишись в третористы тогда, — Лэйр фыркнул. — Успокойся, отменят эту реформу.

— Мм, и откуда такие сведенья? От этих твоих дружков из Ордена Равновесия? Сомневаюсь, что эти идеалисты могут что‑то сделать.

— Дэнайр, не вмешивайся в то, что тебе не дано и не нужно понимать, — Лэйр закрыл глаза и подумал, о том, как достала его Тори, что он так разговаривает с человеком, считающем его другом.

— Это ты так мягко намекаешь, что я дурак? И что простой ничтожный человек, не обладающий выдающимися магическими способностями. Лэйр, я, конечно, понимаю, что для тебя всего лишь временами полезный товарищ, но будь добр, не оскорбляй меня так прямо в моем доме.

— Прости. Просто осень началась.

— О, да! Уважительная причина.

Лэйр промолчал, не открывая глаз.

— Скоро уже год, как у тебя есть ученица.

— Да, и она все еще не сдвинулась с этапа Познавания ни на шаг.

— Не преувеличивай, сам же недавно говорил, что девочка знает больше меня.

— Простые знания и Познавание Тьмы разные, знаешь ли, вещи. Она такая дикая, и так меня боится, хотя уже давно должна была приспособиться и расслабиться. Прекрасно же понимает, что убивать ее не стану.

— Подростки всегда такие проблемные.

— Ей уже пятнадцать, пора и взрослеть.

— Ты еще начни, "а я в ее возрасте уже"…

— Хм, я в ее возрасте был не умней, но и возможностей поумнеть таких у меня не было.

— И опять же, ты сам говорил, что невозможного нет для любого…