Елена Вихрева - Акелдама - кровавое поле битвы. Книга 3. Часть 1.

- Твои покои были в полной безопасности, - тьма заполнила глаза Астарты.

- Вот как... А покои Аниты? - напряженное.

- Мне нет до нее никакого дела! - яростное. - Она тебя не ценит! Да и умудряется так сопротивляться, когда я...

- Что? Ты пыталась на нее воздействовать?!

- Подумаешь, - фыркнула Хранительница, - так небольшая манипуляция...

- Я ведь просил не вмешиваться! - рыкнул мужчина.

- Помни, с кем разговариваешь! - тьма хлынула из глаз Астарты.

- Прекрасно помню, - яростно ответил он. - С предательницей, что позволила другому, похожему на себя, вмешиваться в системы связи. Ты ведь позволила Эребусу заблокировать все вызовы ксея Аниты.

- Да, я оказала Эру небольшую услугу, - дернула она плечом и стиснула кулаки. - Но не смей называть меня предательницей. Я всегда и во всем тебя поддерживала, всегда защищала!

- Может, ты и про призраков, посланных за Анитой, знала? - зло прищурился он и выдохнул: - Знала ведь... Как ты могла?!

- Какое мне дело до какой-то девчонки, если ее жизнь сбережет твою? - она шагнула к нему и коснулась ладонью его щеки. - Только ты важен для меня. В тебе течет кровь хранителей, моя кровь. Ты мое продолжение. И твоя жизнь для меня драгоценнее всего.

- А для меня драгоценнее всего Анита, - он отстраняется, а в алых глазах борьба.

- Отдай ее Эребусу, раз он так ею заинтересовался, а тебе я притащу дюжину таких землянок - выбирай любую.

- Мне нужна только она, - он отворачивается и делает быстрый шаг к пульту управления, который сможет позволь ему сделать то, что он задумал - если не отключить полностью, то хотя бы ограничить возможности Астарты.

- Ты не сделаешь этого, - полное неверия.

- Сделаю, - твердое и его рука уже почти касается панели управления - еще миг, и Хранительница станет неопасна для Аниты.

- Нет! - яростное, и Астарта чудовищным ударом отбрасывает Темного Императора к противоположной стене...

Анита не может уснуть - тревога не дает ей покоя. Она выскальзывает из кровати, надевает широкие брюки и выходит на террасу. Прохладный воздух касается ее обнаженных рук, плеч и живота, принося едва ощутимое облегчение. Но тревога так никуда и не уходит. Девушка с тоской смотрит на небо, где сияют совершенно иные звезды, и тяжело вздыхает - с каждым днем тоска по дому чувствуется все отчетливее. Однако, с каждым прожитым тут днем, она все больше привязывается к свои новым друзьям и... Рэму. И это ощущение двойственности просто мучительно, оно разрывает ее сердце, в котором властвуют одновременно два желания: вернуться домой и остаться здесь с друзьями и любимым. Мучительный стон срывается с ее губ, и она возвращается обратно в спальню. Девушка не знает как ей вернуться домой, равно как и не знает, останется ли здесь, в этом мире, навсегда. Ни одна из библиотек Тахиры не дала ей ответа на этот вопрос. Она забралась с ногами на кровать и потерла виски - возможно, утром она сможет попасть в библиотеку здесь и наконец-то разобраться, что ее может ожидать в будущем - будет ли у нее шанс вернуться домой, или она навсегда останется здесь, а может есть возможность и обычной телепортации домой, но так, чтобы она смогла потом вернуться...

Легкий, едва слышный звук, открывающегося портала прервал ее размышления и заставил вскочить на ноги...

- Анита... - такой дорогой знакомый голос. - Прости... я не должен был...

Миг, и она уже крепко обнимает его и шепчет:

- Как же я рада, что ты пришел, Рэм.

- Тенши, - он одной рукой еще крепче прижимает ее к себе, а другой приподнимает ее лицо, и его губы находят ее...

Она лихорадочно отвечает на его настойчивые и такие желанные поцелуи, запускает пальчики в его волосы, притягивая его еще ближе. Как же ей хорошо с ним. Он покрывает быстрыми поцелуями ее лицо, и она чувствует его улыбку и улыбается в ответ. Но вот луна заглядывает в комнату и ее свет падает на лицо мужчины...

- Рэм... - потрясенный выдох, она касается дрожащими пальцами кровоподтеков на его лице, рассеченной брови. - Что с тобой...

- Все хорошо, тенши, - шепчет он, поворачивает голову и целует ее пальчики.

- Неужели... - ужас отражается в ее глазах, от мысли, что причиной его состояния могла быть она и ее полная откровенность с Шигео. Девушка рывком достает рубашку из его брюк и, замирая от дурного предчувствия, касается его спины - облегченный вздох срывается с ее губ: он цел.

- Анита, - Рэм напряжен - она единственная, кому он позволяет дотрагиваться до своей спины.

- Прости, - она обнимает его под рубашкой, - я так испугалась, что с тобой могли поступить так, как с Исао, - едва слышный всхлип срывается с ее губ, и мужчина уже не думает про то, что ее ладони касаются его спины, исчерченной тонкими шрамами.

- Шшш, - он нежно касается губами ее виска. - Со мной все в порядке, тенши.

- Твое лицо...

- До утра все пройдет, - тихий вздох и признание, что заставляет ее заледенеть и еще отчаяннее вцепиться в него: - Не стоило мне приходить сегодня...

- Не уходи, - умоляющий взгляд, - прошу тебя, Рэм, не уходи.

- Ты действительно хочешь, чтобы я остался? - едва слышно спрашивает он, и она кивает. - Хорошо, - легкая улыбка касается его губ, и он немного расслабляется. - Только мне придется очень рано уйти, тенши.

- Я понимаю... - она тянет его к кровати и усаживает на край. - Подожди минутку, - третий раз за сутки девушка достает и раскрывает аптечку.

- Не надо, Анита, - он пытается ее удержать, но она уже достала антисептик и заживляющую пенку.

- Я осторожно, - обещает она и нежно касается его лица, отводит в сторону чуть влажные пряди волос - он явно совсем недавно из душа.

- Оставь, само заживет, - он ловит ее руку и медленно целует.

- Потерпи, - она легонько целует его в губы, и мужчина замирает от неожиданной ласки, а девушка тем временем уже обрабатывает его рассечения и ссадины антисептиком. - Ну вот, а теперь осталось пенкой и все.

Рэм прикрыл глаза, наслаждаясь ее легкими прикосновениями и украдкой рассматривая ее сквозь ресницы.

- Готово, - тихо произнесла она, снова поцеловала его и принялась складывать аптечку.

- Анита, - он обнял ее, притянул к себе, едва она закончила, и чуть не задохнулся от нежности и любви в ее глазах. - Тенши...

- Ложись, ты совсем измучен, - она осторожно коснулась его лица, едва ощутимо провела кончиками пальцев по теням, залегшим вокруг его глаз, и легонько толкнула его на кровать. - Двигайся.

Чернильные глаза смотрели удивленно, но он беспрекословно послушался, только судорожно вздохнул, когда она скользнула рядом и укрыла их обоих одеялом.

- Не уверен, что это хорошая идея, - тихо произнес мужчина, слишком остро, несмотря на смертельную усталость и не обнаруженные ею повреждения на груди и ребрах, ощущающий ее близость.