Академия Парамагии (СИ) - Генер Марго

– Тварь… – просипел он и открыл осоловевшие от боли глаза, – как ты скинула чары… Это не… возможно…

– Ууу… растлитель! – прорычала я и хотела ещё наподдать, но снаружи послышался какой-то шум.

Понадеявшись, что это наши ребята все-таки соизволили начать активную фазу операции, я только плюнула и, шатаясь, выскочила из ниши.

В основном зале творилось странное. Первое, что я поняла – активная фаза все ещё не начата и куча костюмированных студентов в нетерпении повернулись в сторону так называемой сцены. Второе – сейчас будет что-то важное.

– Твою ж кочерыгу, – выругалась я и постучала по уху. – Эй, алло, меня слышно? Прием!

В ухе захрипело, зашипело, кажется пару раз прозвучал голос Алекса, но я так ничего не разобрала. Тогда попробовала связаться через ятп, все равно Фабиана рядом нет, а остальные увлеченно таращатся на сцену. Поэтому развернувшись лицом к стене, я пригнулась и крутанула крохотное яблочко. Фрукт быстро покатился по окружности, я сосредоточилась на Алексе и даже на пару мгновений увидела его злое и крайне решительное лицо. Но потом по визуализации пошли волны и все прервалось.

Я прорычала:

– Да что за связь галимая! Два канала, а толку нихр*на!

Но продолжить негодовать мне не дал величественный возглас со стороны сцены:

– Собратья, как вам отдыхается?

Толпа радостно взревела, а я обернулась и увидела, как на подмостки вышла невысокая девушка в летящем платье из шифона густого болотного цвета, голова покрыта такого же тона накидкой, а лицо скрыто белой маской.

– Жрица! – раздались счастливые возгласы в толпе. – Наша жрица!

Она раскинула руки и продолжила вещать:

– Сегодня особая ночь! Вы готовы встретить её, как подобает?

Люди снова одобрительно закричали, над головами вскинулись руки, в воздух полетели платочки.

– Готовы, жрица!

– Готовы!

– Тогда, – снова заговорила незнакомка, которую именовали жрицей, – вы знаете, что делать!

– Знаем!

– Мы знаем!

В какой-то человеческой мурмурации люди вдруг расступились, образовав круг и освободив место в центре зала. Я стояла у края на ступеньке, так что с этого ракурса смогла разглядеть на полу выбитый в виде желоба прямоугольник размером примерно два на два метра. В его середине такой же желоб, только ромбовидный.

Подобных изображений я прежде не видела, но судя по желобам, это что-то вроде стоков. Они что, тут овец в жертву приносить собрались?

При мысли о том, что могу стать свидетелем заклания невинного животного, меня бросило в дрожь. Я снова постучала по уху и крутанула яблочко.

– Ну? Алло, прием, где вы все, вашу ж мать!

– Хр… Пш… Яр… Как… – донеслось из динамика.

– Да блин горелый! – в сердцах шикнула я.

Тем временем девица на сцене воздела руки к гигантской Луне на потолке и возвестила очень театральным, томным голосом:

– Внимайте, друзья! Внимайте, собратья! Сегодня свершится прорыв! Небывалое событие! И все, кто избрал истинный путь, будут вознаграждены!

Потом она резко указала в сторону наподобие кулис и добавила всё так же пафосно:

– Возблагодарите нашего агнца!

После чего из-за шторы появился мужчина в черном костюме и маске, вывовлакивая за собой девушку с мешком на голове и в простом белом платье. Плач девушки доносился приглушенный, из чего я сделала вывод, что рот ей чем-то заткнули.

– Благодарим, тебя агнец! – закричала толпа.

– Спасибо!

– Твоя жертва истинна!

Ужас и безумие происходящего зашевелили мне волосы на затылке, я отшатнулась и, наверное, упала бы, не упрись спиной в стену – то, что здесь планируется, совсем не студенческая сходка. Ох, совсем не студенческая сходка.

Девушка продолжала безмолвно рыдать и мычать, её, босую и простоволосую, беспощадно отволокли  в центр квадрата и сорвали с головы мешок. Тут я обомлела окончательно, потому что девушкой оказалась Лебедь Белая. Перепуганная, с заплаканными красными глазами и со здоровенным кляпом во рту.

– Эдрить-мадрить… – только и прошептала я перехваченным голосом.

Пока мужчина держал за плечи дергающуюся и пытающуюся высвободиться Лебедь, девица на сцене сложила ладони в молебном жесте и произнесла:

– Собратья! Сегодня кровь этой невинной души откроет первые врата и положит начало новому миру. Все мы получим награду за все, что сделали ради этого. Так обнажим же лица и навсегда побратаемся друг с другом!

Среди студентов прокатилось эхо:

– Слушаемся, жрица!

– Да, жрица!

После чего все разом посрывали с себя маски, открыв друг другу лица. Я делать этого не торопилась. Не только из-за нежелания раскрывать свою личность, но и потому что уставилась на жрицу на сцене и не могу поверить тому, что вижу. А вижу я Дубраву. Её лицо искажено хищной ухмылкой, черты заострены, нос какой-то непривычно длинный и напоминает сучок. Глаза светятся ядовитой зеленью, а рот оскален в пугающей улыбке.

Нервно сглотнув, я перевела взгляд на того, кто держит Лебедь и проморгалась, надеясь, что этой все наваждение, которое, если протереть глаза, исчезнет. Но все осталось на своих местах, как и Ясень, цепко впившийся в плечи несчастной Лебёдке. Его облик тоже изменился, теперь он больше напоминает настоящего лесовика – такой же острый нос, как у сестры, бешеный свет в глазах и очень недобрый оскал.

Я не могла поверить, что Дубрава оказалась жрицей «Тайников» и, судя по всему, однозначно относится к руководству. Но картинка понемногу обретала смысл – лесовичка ведь не просто так ко мне прицепилась. И в подружки набилась, и советы раздавала. Все для того, чтобы толкнуть меня в руки Фабиану Варгасу. Зачем ему я понадобилась, теперь понятно – заякориться на Земле. С какой целью? От догадок аж волосы дыбом. Правда у Фабиана все пошло не по плану. Он не ожидал, что я смогу освободиться от чар, как и того, что сам потеряет контроль. Но это жуткое жертвоприношение – просто край.

– Они ж её убьют… – шепнула я и схватилась рукой за первое, что попалось под руку.

Этим оказался зонтик в подставке, не бог весть что, но на безрыбье и карась – щука. Ко всему прочему из ниши послышался рык – кажется, Фабиан приходит в себя. Быстро он, тварь кровососущая, оклемался.

– Едрена кочерыжка! – ругнулась я и затарабанила себе по уху, мысленно ругая себя за требование агентов не мешать. – Прием! Прием, вашу за ногу!

В этот момент какой-то кудрявый, с обнаженным, но очень волосатым торсом парень обернулся ко мне. Его желтые глаза сверкнули, брови сдвинулись, а запах мокрой собачьей шерсти, пахнувший на меня, убедительно сообщил, что передо мной обыкновенный подлунный оборотень.

– А ты чего не сняла маску? – прорычал он.

Я про себя выругалась – быть раскрытой мне сейчас ещё не хватает, но вслух проговорила, быстро натянув улыбку:

– А у меня простуда вылезла. На… лбу.

Хищный оскал растянул губы оборотня, он произнес:

– Да не боись, сестра, все свои. Чего мы, простуду не видели?

– Она большая… – сглотнув, ответила я.

– Да брось. Давай помогу, – не отступал оборотень и протянул ко мне руку. – Ты в курсе, что оборотни не болеют? Слюна оборотня целебная. Оближу твою простуду – мигом пройдет.

От этого невероятного предложения к горлу подкатила тошнота, но усилием воли я смогла её подавить и ответить:

– Не стоит… Это магическая простуда. Я на зельеварении подцепила. Ещё заразишься.

На секунду оборотень замешкался, будто передумал снимать с меня маску. В этот момент со стороны сцены раздался возглас Дубравы:

– Пора!

Тут же из толпы в середину зала выступи четверо парней и ухватили Лебедь за руки и ноги. Та пронзительно закричала в кляп, задергалась, но сопротивляться пятерым, включая Ясеня, парням у неё сил нет, а прочесть заклинания с закрытым ртом тоже не получится. Наверняка она могла бы сделать что-то и молча, но если все ещё в плену, значит этой возможности её тоже лишили.

– Сейчас случится, – впечатленно прошептал оборотень.