Мера человек (СИ) - Изотов Александр

— Там, наверху, своя иерархия.

«Ты давно должен был стать архангелом, Тадиэль.»

Тот усмехнулся.

— Быть может, если бы стал, сегодня я бы сражался на стороне Бездны?

— Ты был верен Каэлю? — спросил я.

— Я и сейчас верен.

— Но… — я замялся, — Он же был двуликим?

«Так это правда?» — Хали в душе удивилась.

— Мы сами в это не верили, — тяжко ответил Тадиэль, — Но, да…

Я сжал покрепче меч. Не поймёшь, кто враг, кто друг.

— Можешь убить меня, сильная воля, — Тадиэль покачал головой, — Но сам Каэль не был врагом. Он — не предатель.

Мои брови подпрыгнули. А ведь Абсолют сказал так же.

— То есть, не предатель?

У меня в голове всё смешалось. Двуликие, дьявол и бог в одном лице, вся эта путаница в том, что происходит в Инфериоре.

И вдруг — он не предатель. Когда Каэль говорил со мной через алтарь, он чётко намекал, что не рад мне.

— Каэль — пленник, — ангел сгорбился, опёрся ладонями об землю.

— Кто же может пленить бога? — спросил я.

— Разве ты не видел, на что способна та магия? — Тадиэль чуть кивнул назад, каждое усилие давалось ему с трудом.

«Улетай, прошу тебя.»

— Поздно, Огненная, сил уже нет.

«Верный мой соратник, прошу…»

— До сегодняшнего дня твой бог был вполне свободен, — намекнул я.

— У Эзекаила было слово нашего бога. Наверняка, была и кровь.

«Разве этого достаточно?»

— Я не знаю. Господин наш Каэль был странным в последнее время, ох… Сам на себя не похож… эти странные приказы.

Я усмехнулся. Помнится, Белиар говорил про дьявола в Тенебре, что тот тоже двуликий.

Быть может, отсюда растут ноги всего этого?

«О, Небеса, срочно нужно поговорить с демоном.» — Хали заволновалась, едва прочитала мои мысли.

— Господин наш Каэль как-то обмолвился… — Тадиэль говорил уже едва слышным шёпотом, — Что его сжигает вина, вечный грех.

«Вина? О, Небо, перед кем мог быть виноват Каэль?»

— Не знаю, — покачал головой ангел, — Но река Слеза Каэля… не просто так названа.

Он стал опускать голову всё ниже и ниже, горбясь сильнее. Я непроизвольно схватил его.

«Тадиэль! Нет!»

Из последних сил ангел вдруг уцепился за мою руку с клинком и заглянул в глаза.

— Мне нечего тебе дать, сильная воля… Избранный. Но возьми хотя бы мой дух.

«Нет!»

Не с ангелом мериться силой человеку, по крайней мере, когда нет помощи демона. Стальная хватка до хруста сжала мою ладонь, повернув клинок, и ангел упёрся в него подбородком.

— Только ты можешь вернуть Каэля, сильная воля.

Я попытался вырвать руку. Словно в цемент вросла.

— Зачем мне спасать вашего бога?

Я вспомнил про свои собственные долги. Моя дорога лежала в Жёлтый приорат, к первушке Грезэ, а потом мне ещё думать насчёт жизней Хали и Белиара.

В моих планах не было принимать новые обязанности.

«Ты до сих пор ищешь эту девчонку? Марк, она не твоя…»

— Теперь его, Огненная… Ты же знаешь Инфериор, в нём всё не просто так, — золотистые глаза Тадиэля залучились, по лезвию потекли струйки крови, — Запомни, сильная воля. Ни тебе, ни твоим близким не будет жизни в мире, где правит Эзекаил.

Он закрыл глаза, решаясь на последний рывок. Я отвернулся, чтобы не смотреть, но почуял движение меча, и по кулаку, сжимающему рукоять, потекла тёплая кровь.

Хали рыдала.

«Тадиэль, нет!»

Я почуял, как сила влетела в меня. Конечно, этого духа не хватило, чтобы поднять ступень, но подарок ангела был бесценным.

«Он был замечательным другом и достойным воином.»

Краем глаза я заметил сияние, и, повернувшись, успел увидеть: тело Тадиэля рассыпалось, и будто стая светлячков улетела вверх, петляя сквозь листву.

Я ещё долго смотрел, как живые звёзды поднимались в утреннее небо.

«А что за потоп? Я так и знал, с новыми соседями будут одни проблемы. Дня не прошло, уже затопили!» — нагловатый голос Белиара ворвался в сознание.

«Демон, молчи! Иначе я за себя не отвечаю…» — сквозь слёзы проговорила Халиэль.

«Вообще-то мы воина доставали из Чистилища, а не тряпку.»

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я опустил глаза. Озеро было спокойным, и в этот раз от него не сквозило никакой опасностью. Лес Правды теперь будет безопаснее в разы.

Слёзы Хали, конечно, трогали меня, но давать обещания под таким давлением я не собирался.

— Хали, Белиар, надо бы разобраться, что произошло, — сказал я, и промотал перед моими спутниками все сегодняшние события.

Всё, от разговора с Эзекаилом, от видений Абсолюта и до пробуждения тут, на берегу.

— Что думаете? — спросил я, — Давайте. Я один не справлюсь.

«Белиар, подземный ты… кхм… демон. Что значит, ваш дьявол двуликий?»

«А то и значит, милая. Из того, что я тут увидел, мне многое стало понятно.»

И Белиар поведал свою версию. Их дьявол, получается, имел власть над Каэлем. Правда, такую мощную магию демон ещё не встречал.

«Поднёбыш, тебя всё время пытаются поймать на отчаянии. А здесь этого божка…»

«Я попрошу, вешалка рогатая, без…»

«Ладно, ладно. Чувство вины у Каэля было, и тот, кто знал его грех, имел над ним власть.»

«Не может быть. О, Небо, этого просто не может быть!»

«Перинка моя пуховая, а что тут сегодня было, по-твоему?»

«Ах ты ж… Ещё раз услышу про перинку, мясной пирожок, и ты…»

«Не смей называть меня так!»

И ангел с демоном сорвались в перепалку, заставив меня застонать.

— Минута!!! — рявкнул я, — Молчим!

Спутники, к счастью, намёк поняли. В голове наступила приятная тишина, как у нормального и здорового человека.

Я поднялся, отряхиваясь, ополоснул меч и протёр остатками своей подкладки. Блин, ну и куда можно в таком виде?

«Что ты скажешь насчёт Каэля, Марк?»

«Поднёбыш, зачем нам спасать этого бога? Ну, какая разница, кто там сверху заседает?»

Покачав головой, я усмехнулся:

— Минута не прошла.

Они опять смолкли. Я посмотрел на другой берег озера, где за стеной леса должен быть холм с Вольфградом. Потом, почесав затылок, посмотрел в другую сторону.

Если идти туда, я приду к лесному ристалищу Лунного Света. Там деревушка, и наверняка смогу что-то добыть. Конечно, не сильверитовые доспехи, но хотя бы задницу голую прикрою.

«Неплохо бы ауритовый меч.»

«Корруптовое копьё!»

— Минута, — процедил я сквозь зубы.

Наконец, приняв решение, я двинулся. Не думаю, что Хильда сильно расстроится, если я ограблю их загородную резиденцию.

— Кстати, Белиар, — я решился спросить, хотя ответ уже знал, — Как зовут этого вашего последнего дьявола?

«Аваддон, конечно», — сразу же ответил демон.

Глава 18. Ристалище

Солнце давно уже поднялось, розовые рассветные краски исчезли, а я всё шёл по землям Серых Волков. Неспеша, и радуясь тому, что ещё жив.

Аваддон. Оказывается, это дьявол в Тенебре. Насколько я понял, единственный — прошлая война с небесами хорошо их покосила.

Тот самый брат Каэля, который наслаждался жизнью человека. В Инфериоре третья мера получает практически всё, что пожелает, и Аваддона это устраивало.

Власть, женщины, богатство. Сила, текущая в жилах, нескончаемое здоровье. Весь Инфериор лежал у его ног.

Хали не удержалась:

«Если только это интересовало Аваддона, неудивительно, что он скатился в Тенебру.»

«Милая, да это единственное, ради чего стоит жи…»

«Какая я тебе милая, кожаный балдахин!»

И снова перепалка…

И снова:

— Минута!

Брат, который целыми днями молился Небу на крыше замка, был как бельмо на глазу Аваддона. Ну, что поделать, если мозги у него не к месту — всё хочется чего-то ещё, «большей силы»…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Поднёбыш, кто бы мог подумать, что единственный выживший дьявол — брат этого самого Каэля.»